Чтение онлайн

Брайс все-таки заметила Азриеля: тень, которая была темнее остальных, перемещалась в сторону туннеля. Значит, нападать на нее он не собирался, а отправился за подкреплением.

– Нет! – крикнула Брайс.

Она выставила руку. Из-под пальцев брызнул свет, ударился в тени, разметал тьму. Но это не остановило стремительно бегущего Азриеля.

Ей требовалось больше силы.

Восьмиконечная звезда на полу замерцала, словно пробужденная магией Брайс. Это напоминало догоревший костер, под золой которого еще оставались тлеющие угли. Что, если звезда на груди вела ее не к знаниям, а к чему-то… иному? К чему-то осязаемому?

Подобное взывает к подобному.

«Вам, на этом самом камне, я оставляю наследие и ношу, которую моя мать когда-то передала мне» – так завершила свой рассказ Силена.

Это место, ставшее Тюрьмой, и королевский двор, который существовал здесь когда-то, были наследием Брайс. Как и Силена когда-то, она могла им повелевать.

Ей вспомнилась Силена, лежащая в центре зала рядом с Арфой. Принцесса тогда тянулась к каменному изображению, а на пальце разгоралось зернышко света…

На этом самом камне…

Силена до неузнаваемости изменила великолепный дворец, свое родовое гнездо, превратив его в Тюрьму. Должно быть, для этого она напитала камни магической силой. Отдала часть этой силы не только на изменение окружающего пространства, но и на размещение астерийского «зоопарка» в камерах.

Этому Силена научилась от Тейи. Накануне расставания с дочерьми Тейя с помощью Арфы передала часть своей магии Хелене и Силене, дабы их защитить. Внешне это проявилось в виде звезды. Может, Силена повторила здесь материнский ритуал?

Могла ли Арфа, когда Силена к ней потянулась, передать магию Силены этому месту?

«…Я оставляю наследие и ношу, которую моя мать когда-то передала мне…»

И точно так же, как Тейя передала свою силу Силене… возможно, Силена оставила часть той силы здесь, на случай если она понадобится наследникам из будущего.

Мысли в голове Брайс неслись со скоростью падающих звезд. Повинуясь инстинкту, а не разуму, она опустилась на колени и ударила рукой по верхушке восьмиконечной звезды. Разумом она потянулась вниз, сквозь слои камня и… нашла. Глубоко под ней спала древняя магическая сила.

Это не был первосвет, знакомый ей по Мидгарду. То была первозданная фэйская магия, существовавшая до появления Нырка. И теперь эта первозданная сила поднималась к ней сквозь камень, будто сверкающая стрела, пущенная в темноте.

Азриель взмахнул крыльями и мигом поднялся в воздух, торопясь к выходу, за которым начинался туннель.

Из каменного пола, словно маленькое солнце, появился шар света. Он превратился в звезду, аналогичную звезде на груди Брайс. Ее собственный свет наконец пробудился и словно протянул сияющие пальцы к звезде, парящей в нескольких дюймах от нее.

Брайс дрожащими руками направила эту звезду на свою. В собственное тело.

Повсюду вспыхнул яркий белый свет.

По ее жилам, обжигая их, понеслась древняя магическая сила – неискаженная и необузданная. Волосы на голове встали дыбом. В воздух поднялась каменная пыль. Брайс ощущала себя пребывающей повсюду и нигде. Она была вечерней звездой и последними лучами солнца перед надвигающейся темнотой.

Азриель почти достиг туннеля. Еще один взмах крыльев – и он исчезнет во тьме арки.

Стоило Брайс подумать, как со всех сторон к нему потянулись сталактиты и сталагмиты, преграждая путь. Зал превратился в волка, челюсти которого нацелились на крылатого воина.

Камни подчинялись ее воле, как когда-то воле Силены.

– Остановить его, – приказала Брайс.

Никогда еще ее интонации так отвратительно не напоминали интонации отца.

Азриель, намеревавшийся влететь в арку туннеля, ударился о каменную стену. Выход был запечатан.

Шелестя крыльями, он медленно повернулся. Из носа текла кровь – результат лобового столкновения с каменной стеной. Азриель расправил крылья, приготовившись к поединку с Брайс.

Гора задрожала, а с ней задрожал и круглый зал. С потолка посыпались обломки. Стены пришли в движение. Камень со скрежетом терся о камень. Казалось, дворец, сокрытый под каменной толщей, силился сбросить ее.

К Брайс помчалась Неста, держа наготове Атараксию. Лезвие меча было окутано серебристым пламенем.

Брайс подняла руку, и на пути Несты, один за другим, стали вырастать каменные шипы, не давая сделать ни шагу. Зал снова вздрогнул.

– Прекрати! – взревел Азриель, в голосе которого улавливалась паника. – Камеры…

Брайс чувствовала их на расстоянии: тварей, запертых в недрах горы. Ее горы. Отвратительные, злобные и бесконечно опасные существа. Некоторые томились здесь со времени пленения их Силеной. На протяжении тысячелетий они мечтали о побеге и мести. Если вернуть горе прежнее великолепие, камеры исчезнут и эти исчадия вырвутся на свободу.

И в этот момент гора и весь остров заговорили с ней.

Одиночество. Какое они чувствовали одиночество! Холодные, брошенные на произвол судьбы в бурлящих серо-стальных водах моря. Если она откликнется на их зов, если сумеет раскрыть им сердце… остров вновь запоет. Пробудится. Его сердце находилось глубоко внизу, гораздо глубже круглого зала. Живое, но сдавленное со всех сторон камнем. Если она освободит его, земля очнется от затяжного сна и явит свои чудеса.

Гора опять содрогнулась. Неста и Азриель замерли в десяти футах от Брайс. Атараксия пылал серебристым огнем. Лезвие Правдорубца окутывали тени. Звездный меч оставался в ножнах за спиной Азриеля. Но Брайс могла поклясться: клинок вибрировал, словно требуя, чтобы его извлекли из ножен.

Неста смотрела на дрожащий пол.

– Если ты откроешь здешние камеры…

– Я не хочу воевать с вами, – сказала Брайс, удивляясь опустошенности своего голоса, словно магия, извлеченная из хранилища Силены, высосала все из ее души. – Я вам не враг.

– Тогда прекрати сопротивляться, – потребовала Неста. – Мы доставим тебя к нашему верховному правителю.

Лезвие Атараксии вспыхнуло.

– А дальше что? Снова запрете меня в той черной комнате? Вырежете Рог со спины?

– Вырежем, если понадобится, – холодно ответила Неста. Она согнула колени, приготовившись ударить. – Если это убережет наш мир от опасности вторжения.

Брайс оскалила зубы в звериной усмешке. На пути Несты и Азриеля появились новые каменные шипы.

– Ну так подойдите и возьмите меня в плен.