Чтение онлайн

Вернувшись в свою комнату, где уже был наведен идеальный порядок, я прямиком отправилась в душ. Хорошо вымылась, буквально скребя жесткими губками по своей коже, как любит Себастьян. Подсушила волосы, оделась в чистую тогу и по-своему расставила на столике угощения и напитки.

Приближение своего последнего клиента я услышала до того, как он появился на пороге комнаты.

— Себ! — с мольбой упрашивала Свеона. — Пожалуйста, давай поговорим!

— Нам не, о чем разговаривать! — отрезал он.

Я подошла к двери, чуть приоткрыла ее и стала свидетельницей их семейной драмы. Волоски-червячки на голове моей заклятой подруги плакали в три ручьи, сама она была готова упасть перед Себастьяном на колени, а ее губы дрожали.

— Семь лет… Я все поняла… Себ…

— Свеона! — Он остановился и со своей гордой осанкой повернулся к ней лицом. — Между нами все закончилось в тот день, когда мы подписали бракоразводный договор.

— Но ты по-прежнему ходишь сюда. Значит, ты одинок…

— Я не одинок, — вздохнул он. — Я встретил потрясающую девушку. И через месяц у нас свадьба. Мой сегодняшний визит в «Соблазн» — последний. Просто я не мог не попрощаться с одной моей очень хорошей подругой. И это не ты. Свеона.

Она подняла руки в попытке обнять его, но он тактично отвел их в стороны и добавил:

— Прощай.

Его корпус развернулся к моей двери, и я бегом кинулась к кровати. Взобралась на нее, приняла хищную позу — его любимую — и встретила ликана плотоядным рычанием.

— Вау! — улыбнулся он, ногой захлопнув дверь перед лицом Свеоны и потянувшись к золотым пуговицам своего камзола.

С крепких плеч слетела форма, рубашка отлетела прочь, и мужчина, заигрывая, опустился на четвереньки, угрожающе зарычав.

Я пригнулась к постели грудью и улыбнулась, показывая свою наигранную покорность.

Давай, Себастьян, ты же любишь поиграть, и я поддержу. Мне это просто необходимо.

Прыжок, и он почти настиг меня, залетая на кровать, которая в сравнение с предыдущей даже не скрипнула и выдержала натиск крепкого тела.

— Таш-ш-ша! — прорычал он, когда я ловко увернулась и скатилась с постели, отскакивая в сторону. — А ну иди сюда, чертовка!

— Поймай, — прошептала я и улыбнулась, пытаясь сбежать, но уступая мужчине в ловкости, оказалась пойманной и придавленной к полу, с оттопыренной вверх попкой.

— Мм… Не могу не признаться, я скучал по ней. — Он, продолжая придавливать меня тяжелой рукой к полу, второй погладил практически не прикрытые ягодицы.

— Она по тебе тоже. — Я повиляла задом, словно пытаясь сильнее потереться об его пальцы.

— Тогда исправим это, — предвкушающе прошептал он и забросил тогу на мою поясницу, полностью освобождая для себя мое мягкое место и аккуратно, не смотря на напряжение, что чувствовалось в держащей меня руке, провел костяшками по влажным складкам поднимая их вверх.

— Да, Себастьян, ты мне задолжал, — сквозь стон прошептала я, понимая, что действительно намокла и хочу его.

Конечно, мне хотелось верить, что это все еще эффект метки, которую он оставил на мне в прошлый раз, но где-то глубоко в сознании понимала, что я все еще не отпустила привязанность которая родилась к этому мужчине. И сейчас она играла мне на руку.

Я хотела его искренне, и думаю, он это понимал.

Подушечкой пальца он погладил тугое колечко и растер по нему влагу, чуть надавливая, уверенно пытаясь проникнуть внутрь, и я юлила бедрами, сама напрашиваясь на усиление ласки.

— Себастьян…

— Да, сейчас малыш. — Это ласковое обращение разлило новый огонь внутри, и я с каким-то скулежом потянулась к нему, прижимаясь бедрами к вздыбленному члену, рвущему плотную ткань штанов. — Сейчас, маленькая.

Шуршание ткани, и горячая плоть упирается в мою кожу, приставленная ровно туда, где секунды назад были его пальцы.

Мужчина запрокинул голову и тяжело задышал, проталкивая член вперед, раскрывая для себя мои узкие стеночки и впервые оказываясь там, куда так стремился.

— Давно хотел… — тяжело прошептал он, протиснувшись почти наполовину. — Хотел твою попку.

Я не ответила, лишь вновь повела бедрами, насаживаясь на горячий пульсирующий орган, ощущая, как тысячи маленьких искр рассыпаются по телу, оставаясь лишь вспышками на сосках, которые просили о ласке и внимании, и в промежности.

— Еще! — Я выгнулась сильнее, вытягивая руки вперед и пытаясь ладонями дать себе опору, чтобы продолжать двигаться. — Я хочу еще!

— Ненасытная! — прорычал ликан, хватая меня за волосы и поднимая в воздух, уже безжалостно толкаясь внутрь, наконец, проникая до конца. — Ты ненасытная, Таша!

Он легко развернул меня, впечатывая грудью в стену, и принялся долбить, все сильнее набирая темп, не проявляя жалости, которая не была мне нужна.

Я хотела того, что мог дать мне только он — грубого животного секса.

Он брал меня, сжав и заставляя стоять неподвижно, врывался внутрь вновь и вновь, шлепая о мои бедра и грозно рыча. Но его хватило ненадолго, точнее его терпения, и, подхватывая меня за пояс рукой, буквально стянул со своего члена и забросил на постель.

— Хоть раз хочу взять тебя в кровати. — Он поднялся, улыбаясь и тяжело дыша. — В позу!

Послушно прогнувшись, я в предвкушении прислушивалась к звукам вокруг, утыкаясь лицом в подушку.

Влажное от пота тело остывало в прохладе комнаты, и я покрылась мурашками, когда тяжелые ладони вновь опустились на бедра и потянули их назад.

— Шире ноги. Хочу тебя всю.

И крепкий член вновь проник внутрь, с рывком раздвигая полыхающую от желания плоть, что я зашипела и застонала, что больше походило на вой.

Себастьян вновь задвигался во мне, но сейчас это было больше похоже на секс, нежели на акт случки. Его пальцы сминали кожу, бродили по телу, оставляя теплые фантомные отпечатки, и пружина волнения в моей груди, распускалась, успокаивая и отдавая, наконец, то горячее и спокойное удовольствие.

Это было даже нежно. Если можно так назвать секс с ликаном.

Это были все те же грубые и резкие толчки, безжалостные вторжения и тяжелое дыхание, но создавалось ощущение, что так и должно быть. Он не наказывал меня, а дарил что-то. Что-то, что разливалось с кровью по венам, вынуждая меня лишь жадно втягивать воздух.

— Хочу целовать тебя, малыш.

Он вновь вышел, и я готова была заскулить от обиды и захныкать, но ловко усадив меня к себе на живот, он подвинул мои бедра и уверенно вновь заполнил собой, вырывая столь сладкий стон, что больше походил на хрип.