Чтение онлайн

Сквайр потянулся к кувшину, дабы вновь наполнить бокал гостя.

–  Выпейте еще, - предложил он.
– Чертовски вкусно, а?

Церковный сторож поглядел на вино, льющееся в его бокал; поглядел на бокал, вином уже наполненный; перевел взгляд с Марка на Оливера и обратно, словно отчасти заподозрив, что джентльмены затеяли напоить его допьяна. Не то чтобы мистер Боттом возражал против подобной участи; просто он предпочитал содержимое своей старой плетеной бутыли.

–  Что до сорта, тут вы не беспокойтесь, - увещевал его сквайр: - Доброе эйлеширское вино, вот что это такое: лучшее, что есть в наших погребах.

–  Замечательное вино, - подтвердил и Оливер.

–  На вкус просто мед. Пойдет вам только на пользу. Мистер Боттом попытался выпрямиться в кресле, да так, чтобы не расплескать вино и не выронить трубку.

–  Беспокоит меня, сэры, - промолвил он, вертя головой из стороны в сторону и словно не зная, к которому из джентльменов ему надлежит обращаться, - с какой стати вы меня в Далройд-то позвали? Чем вам может услужить такой, как я?

–  Нам хотелось бы узнать чуть больше про колодец в пещере, ответствовал Марк.
– Мы вот оба думаем, что вам про него кое-что известно.

–  Мне, сэр?

–  Полагаю, нет нужды напоминать, что ремесло ваше - резчик по камню. Колодец был запечатан крышкой из тесаного камня, подогнанного как раз по размеру отверстия. Вся конструкция скрывалась под завалом строительного мусора - осколков камня, засохшего раствора и тому подобного; все это, надо думать, собрали среди развалин аббатства. Кто-то, кто недурно понимает в работе с камнем, постарался на совесть: надежно закрыл колодец и спрятал его от посторонних взглядов. И хотя находится эта шахта в дальнем конце сырой и темной пещеры, что до сих пор служила логовом Косолапу, на южном склоне мыса - с глаз долой, из сердца вон, как говорится!
– тем не менее в силу какой-то причины этот человек завалил колодец камнями, дабы никто к нему не подобрался. Я склонен думать, что этим человеком были вы. Я не прав?

Церковный сторож пожал плечами, демонстрируя полное свое неведение. Тем временем бокал снова наполнили; мистер Боттом тут же его осушил, отчасти утоляя жажду, отчасти пытаясь взять себя в руки. И сквайр, и Оливер знали, сколь крепок боттомов грог и сколь тот сделался невосприимчив к винным парам; возможно, это первосортное нетерпкое вино подействует на него исподволь и поможет им добиться своего: в конце концов, к этому напитку старик непривычен.

–  Мне сказать нечего, - объявил мистер Боттом, отпивая еще вина. Оно и впрямь пришлось гостю весьма по вкусу: как приятное разнообразие после привычной ему забористой смеси.
– Нечего!

–  Подозреваю, что и крышка, и груда камней - ваших рук дело. А еще мы нашли среди мусора некий предмет - забытый, вероятно, или потерянный в спешке: старинное распятие на нитке четок. Что вы ответите на это, сэр? Какое отношение вы имеете к Озерным братьям?

–  Никакого!
– воскликнул мистер Боттом, дрожа от волнения и мотая головой.
– Озерные братья... нет... нет, сэр!

–  Тогда что вы знаете о колодце? Его прорубили монахи?

Глаза мистера Боттома просто-таки выкатывались из орбит. Он провел ладонью по щеке, по губам, по обтрепанным усам; напряженно-встревоженный взгляд его блуждал по комнате.

–  Держу пари, первым колодец обнаружил молодой Кэмплемэн, верно? осведомился Марк, лениво разглядывая сигару.

–  Да, Чарльз Кэмплемэн, - сознался мистер Боттом с тяжким вздохом. Только я-то здесь ни при чем, сэр; я с ним никаких дел не имел и с Озерными братьями тоже! Вот находка-то его и изменила, сэр, изменила во всех отношениях! Прежде он был достойным, порядочным, благородным джентльменом, таким многообещающим юношей - гордость своего престарелого отца, да и только! Все его уважали и почитали - и в Скайлингдене, и в деревне. Но после, сэр, после... ох, довольно я всего наговорил. Черт подери, проклятие, не стану я навлекать на себя кару спустя почти тридцать лет!

–  Кару?
– подхватил Оливер.
– От руки кого, мистер Боттом? Уж не мистера ли Уинтермарча?

Церковный сторож озадаченно нахмурился.

–  Ничего я об этом не знаю, - промолвил он.

–  Тогда, может статься, вам что-либо известно про мисс Марчант?

Мистер Боттом отставил бокал - снова, кстати говоря, опустевший - и протестующе замахал рукой.

–  Я на этот счет ни словечка не скажу.
– Голос его дрожал от страха. Ни словечка не скажу, ни единого. Ибо, сэры, вокруг вас духи так и реют, уж здесь вы мне поверьте!

–  Нам дали понять, что это вы нашли на озере пустую лодку, - проговорил Оливер, помолчав.

–  Я ни словечка на сей счет не скажу, - повторил мистер Боттом, плеснул себе еще вина, уже без помощи сквайра, и залпом осушил бокал.
– Не стану я говорить про ялик, сэры, хотя нашел его и впрямь я. Только ялик - и ничего больше.

–  Сомневаюсь, - отозвался Марк, не сводя с него глаз и вовсю дымя сигарой.
– По вашему поведению видно, что это не все, далеко не все. Вы еще что-то нашли.

Молчание было ему ответом: мистер Боттом, крепко зажмурившись, несколько раз встряхнул головой, укрепляясь в своем намерении.

–  Сторож, - улыбнулся Марк, подвигая кресло чуть ближе к мистеру Боттому. Сквайр Далройдский, при всей его праздности и нелюдимости, умел убеждать - если, конечно, хотел.
– Сторож, в округе - и в деревне, и в Скайлингдене - происходит что-то до крайности странное; я убежден, что вы знаете, в чем дело. Поверьте, я вовсе не желаю подвергать вас опасности если опасность и впрямь существует. Мне-то на любые угрозы плевать, но послушайте: пусть меня повесят, если я позволю утаить от меня какие-то важные сведения под этой вашей непроницаемой каменной маской. Вынужден напомнить: у вас есть определенные обязательства перед держателем бенефиция, и вы от него напрямую зависите. Кстати, не желаете ли еще вина?

Он вновь наполнил бокал гостя - и раз, и дважды, и трижды. Вскорости взгляд мистера Боттома сделался рассеянным, трубка уже не путешествовала к губам и обратно, тело обмякло, веки отяжелели. Сила его сопротивления стремительно убывала. Сквайр понимал: времени мало, еще немного - и сторож выскользнет у них из рук прямо в ласковые объятия Морфея.

–  Мистер Боттом, - позвал Марк, слегка встряхивая его за обтянутое порыжевшей тканью плечо.
– Так что вы нашли в ялике?

Мистер Боттом глупо вгляделся в лицо собеседника. Он, похоже, разрывался надвое между страхом - и желанием от страха избавиться, рассказав о нем хоть кому-нибудь. Возможно, размышлял он, это из-за вина воля его слабеет. Здесь мистер Боттом не ошибся; и за несколько минут до того, как погрузиться в хмельной туман, он произнес-таки слова великой важности.

–  Самоубийца, - хрипло выговорил мистер Bottom.
– Та, что покончила с собою... дочка мистера Марчанта... мисс Эдит... это она взяла ялик. Он всегда был ко мне добр, мистер Марчант-то. Девчонка... треклятый колодец... дьяволы... бедный молодой Чарли!

–  Так что там с дочкой мистера Марчанта?
– не отступался Оливер. Говорят, она влюбилась в мистера Кэмплемэна, но он дал ей от ворот поворот, вот она и утопилась. Так расскажите почему...

Здесь церковный сторож повел себя несколько неожиданно - залился жиденьким смехом и тут же захлебнулся кашлем.