Чтение онлайн

— Что за детский сад? — Адалин закатывает глаза, и собрается было соскользнуть с его рук, как Стрелецкий прижимает её к себе крепче, сверкнув серыми глазами в полумраке. — Ты что, серьезно? — Ада знала, что есть одно волшебное слово, которое достаточно было просто прошептать, чтобы помощь тут же подоспела. — Женя!

— Сделай вздох!

В этот момент крепкие руки цепко обвивают худой живот и толчок потянул её назад, прямо в сторону бассейна. Илья со смехом выждал буквально секунды две, чтобы осознание успело её настигнуть, а в следующий момент оттолкнулся и вместе с ней кубарем рухнул в воду, уходя под тяжестью почти к самому дну.

Он отпускает её почти мгновенно, чтобы позволить всплыть первой. Ощущает толчок в свой живот, когда она вздымается выше и медленно смыкает свои глаза. Вода обнимает его тело, не даря тот непревзойденный контраст, что был у остальных. Его сердце замирает, пузырьки воздуха вздымаются вверх и исчезают на поверхности, пока он находится там, под водой. И только спустя какое-то время Илья отталкивается от дна и медленно выныривает, шумно выдыхая через ноздри остаток воздуха.

Тело, нагретое солнцем, продрагивает от вечернего холода, пока Адалин, улыбаясь, проводит ладонями по лицу, стирая назойливо затекающие в глаза крупные капли воды. Вуд тихо смеётся, когда слышит злое шлепанье босых ног Жени по плитке. О… уж Женя за Адалин то…

— Илюша, я оторву тебе яйца! И заставлю съесть их на ужин, — шипит на него с плитки Павлецкая, пока Адалин, оперевшись руками о нагретую солнцем керамику плитки, подтягивает тело наверх — футболка вымокла вся до последней нитки, безжалостно облепив тело блондинки, как вторая кожа. — Вот выйдешь оттуда, я тебе покажу, где раки зимуют, негодник!

Вуд как-то чисто случайно пересекается взглядом с Кириллом. И что в глазах друга Жени, что в глаза Адалин вспыхивают одинаковые, нехорошие огоньки. В их головах родилась одна мысль. Пока Павлецкая отчитывала Илью, а заодно и всех остальных, всеми известными ей словами, Адалин медленно поднялась на ноги. Сейчас подруге и дела не было до неё, а значит… Руки блондинки обхватывают подругу где-то под грудью, пока мокрая футболка прижимается к её спине и Женя испускает нервный взвизг, от обжигающего кожу холода. Кирилл тихо смеется в кулак, чтобы не раскрыть этот «коварный план», пока Адалин спешно отстраняется, почти тут же срываясь на бег от разъяренной Жени.

Сентябрь, 2011.

Франция, Париж.

Адалин подтягивается, удобнее устраиваясь на подоконнике окна и осторожно поправляя школьную клетчатую юбку. Пятки кроссовок упираются в бок скамейки, на которой развалился Тоин, скрыв свои глаза за стёклами солнцезащитных очков, и привалившийся к нему плечом Ник, положив на свои колени ноутбук, а второй рукой нащупывая сэндвич из пекарни, протягивая его разместившейся на подоконнике Адалин.

— Сидеть на подоконнике неприлично, — буркнул Ник, подняв на троюродную сестру глаза поверх экрана ноутбука. — Приятного. Я взял с индейкой.

— Может быть, не будь вы оба такими широкими, что заняли всю скамейку, я бы и потеснилась с вами. Выключай своего чопорного англичанина, Ник, — прицокнула языком Адалин, принимая из его рук сэндвич и начиная бороться с непослушной пластиковой упаковкой.

— А мог бы и мне чего-нибудь захватить, — сонно протягивает рядом Тоин и широко зевает, хватаясь за дужки своих очков. — Я не успел позавтракать и чуть не проспал всё на свете, — он натянул очки себе на лоб, красноречиво демонстрируя всем глубокие синяки под глазами от недосыпа.

Вуд тихо присвистнула, согнувшись в талии, чтобы наклониться поближе к Тоину и, обхватив его подбородок пальцами, покрутить лицо в разные стороны под солнечным светом.

— Сколько ты не спал? Хотя правильнее спросить, сколько ты спал?

Тоин зашипел диким неприрученным котом и аккуратно дёрнул подбородок в сторону, чтобы сбросить с себя руки подруги. Белок глаз вокруг зелёной радужки поломался паутинкой красных капилляров, взгляд рассеянно блуждал то по Аде, то по Нику. Тоин с трудом высидел урок, забившись в свой угол и тихо дремля в очках. А теперь широко зевал, боролся со сном и заваливался на плечо Фейна.

— Я играл в третий far cry, мне было не до ваших крепких снов, принцесса Ада. Я лишь мечтал о том, как бы утро медленно наступало, чтобы пройти как можно больше, — Тоин снова широко зевнул, даже не прикрывая рот рукой, пока Николас осуждающе качает головой и прицокивает языком.

— Я куплю тебе кофе из автомата, Атталь. Только не зевай так широко. Кажется, у вас сегодня лёгкие уроки? — карие глаза Николаса обращаются к Аде, которая жадно вгрызается в свой сэндвич. — Присмотришь сегодня за ним? Если что, можешь выбить из-под него стул, и может быть, тогда он и проснётся.

Тоин недовольно застонал, пока Адалин решительно кивнула. И возмутился от не столько разговору «как будто его здесь нет», сколько тому, что Николас Фейн, отложив свой ноутбук на подоконник рядом с Вуд, стал подниматься на ноги, лишая Тоина мягкого нагретого местечка.

— Не играется тебе в выходные, — тихо шепчет Адалин, приподнимая брови, когда друг из положения «сидя» перетёк в положение «лёжа», — Пожалел бы хоть сам себя. Последнее на что ты теперь похож, это на человека.

— Я ленивая коала, которой нужно дерево, чтобы завалиться спать, Ада, — бурчит куда-то Тоин, подкладывая под щёку руку и закрывая глаза. — Меня не существует сегодня и ещё пару дней, пока я не пройду эту игрушку, — очки скатились набекрень, впились в кожу кудрявой головы Тоина, но вряд ли ему вообще было дело до таких незначительных неудобств, когда он мог коротко задремать.

Адалин страдальчески выдыхает. Спорить с Тоином было просто невыносимо, и она даже не стала прикладывать усилия, чтобы вбить в голову Аталля, что завтра им тоже идти в школу, сидеть все уроки. И не спасёт его кофе из автомата, неожиданная проверочная работа по математике или плохая оценка. Тоину вообще можно было позавидовать. Адалин он напоминал вольного уличного кота, которые шёл, куда ему хотелось; делал, что взбредёт в голову; и вообще, никто его не контролировал.

— Поднимись, синюшное недоразумение, — вздыхает Николас, свободной рукой потрепав кудрявую голову, и заставляя Тоина застонать, но подчиниться. — Ваш кофе, сэр.

Словно непослушное желе в холодильнике, Тоин с трудом поднялся, выпутал свои волосы из оправы очков и поднял заспанные глаза сначала на Николаса, а потом и на бумажный стаканчик кофе в его руках. Жадно втянул воздух, пропитанный ароматом кофейных зёрен, и с трудом успел буркнуть другу «спасибо», как уже заливал живительную жидкость в рот. И всё равно, что этот кофе обжигает ему язык, а кофеин не помогает взбодриться. Но по крайней мере, Тоин больше не трещал языком. Николас снова утыкается в ноутбук, а Ада поглощала свой сэндвич, мало на что обращая внимание.

Длинный школьный коридор, куда стекались школьники с учебных кабинетов, чтобы в холодную погоду пообедать, наполнялся шумом, гулом и смехом. Державшиеся особняком, Николас Фейн, Тоин Атталь и Адалин Вуд, редко кого пускали в свою компанию, но не потому что они были изгоями школы — скорее уж наоборот. Семья Ады нашла инвесторов в строительство этой новой школы, семья Фейнов занималась обеспечением школы новшествами в мире айти, а семья Атталь были одними из тех, кто вкладывался в этот проект. В общем то, эти трое просто не любили преднамеренную лесть. А вот брат Ады наоборот, собрал вокруг себя целую свору лебезящих, ползащих перед ним на коленях школьников — по большей части девушек, конечно. Этим троим было комфортно друг с другом.