Дома вдовца
Шрифт:
Горничная (с облегчением). Слушаю, сэр. (Уходит.)
Сарториус. Позвольте, я вас провожу в вашу комнату, Гарри. Надеюсь, вы скоро будете чувствовать себя здесь как дома. Вам тоже, мистер Кокэйн, надо у нас освоиться. Пойдемте, пока не пришла Бланш. (Направляется к двери.)
Кокэйн (следуя за ним, весело). После нашей маленькой дискуссии у меня появился прекрасный аппетит.
Тренч (мрачно). А у меня пропал.
Сарториус распахивает перед ними дверь. Они выходят. Он сам уже на пороге, когда возвращается горничная. Это кроткая, чувствительная девушка, глаза у нее на мокром месте, она и сейчас еле сдерживает слезы.
Сарториус. Ну? Придет мисс Бланш?
Горничная. Да, сэр. Кажется, придет, сэр.
Сарториус. Подождите ее здесь и скажите, что я сейчас вернусь — только провожу доктора Тренча в его комнату. Горничная. Слушаю, сэр. (Входит в комнату. Когда она проходит мимо Сарториуса, у нее вырывается сдавленное рыдание.)
Сарториус окидывает ее подозрительным взглядом и, притворив дверь, идет за ней.
Сарториус (понизив голос). Что с вами?
Горничная (всхлипнув). Ничего, сэр.
Сарториус (все так же вполголоса, но угрожающим тоном). Извольте вести себя прилично, когда у нас гости. Слышите?
Горничная. Да, сэр.
Сарториус уходит. Слышен его голос за дверью: «Простите, я вас задержал, надо было кое-что сказать прислуге», и ответы Тренча: «Ничего, пожалуйста», и Кокэйна: «Пожалуйста, пожалуйста, дорогой мистер Сарториус». Голоса замирают в отдалении. Горничная сморкается, вытирает глаза, подходит к книжному шкафу и достает из ящика лист оберточной бумаги и клубок шпагата, кладет все на стол. Она еще не совсем успокоилась и по временам всхлипывает. Входит Бланш со шкатулкой в руках. Ее лицо в эту минуту — лицо сильной, решительной женщины, охваченной неудержимым гневом. Горничная смотрит на нее взглядом, выражающим одновременно оскорбленную преданность и физический страх.
Бланш (оглядываясь). Где папа?
Горничная (дрожащим голосом, стараясь умилостивить ее). Он сказал, что сейчас придет, мисс. Сказал, что сию минуту. Я приготовила бумагу, мисс. И бечевку. (Расстилает бумагу на столе.) Позвольте, я заверну.
Бланш. Не надо. Не суйтесь не в свое дело. (Опрокидывает шкатулку. На бумагу выпадает связка писем и несколько драгоценностей. Бланш срывает с пальца кольцо и так стремительно кидает его в общую кучу, что оно скатывается со стола на ковер. Горничная покорно подбирает его и кладет на стол. При этом она опять всхлипывает и утирает глаза.) Чего вы плачете?
Горничная (жалобно). Вы так грубо со мной разговариваете, мисс Бланш. А я вас так люблю. Никто другой не стал бы это терпеть.
Бланш. Ну так уходите. Вы мне не нужны. Слышите? Убирайтесь.
Горничная (в отчаянии, падая на колени). Нет, нет, мисс Бланш! Не прогоняйте меня! Пожалуйста...
Бланш (с отвращением). Фу! Видеть вас не могу!
Горничная горько плачет, уязвленная в самое сердце.
Перестаньте реветь. Они ушли?
Горничная (плача). Ох, как вы могли мне это сказать, мисс Бланш. А я вас так...
Бланш (хватает ее за волосы и за горло). Перестань реветь! Убью!
Горничная (умоляет и уговаривает, но все вполголоса, чтобы их не услышали). Пустите, мисс Бланш, вы же потом сами пожалеете, ведь всегда так. Вспомните, как в прошлый раз я расшибла себе голову...
Бланш (в бешенстве). Ты будешь отвечать или нет? Они ушли?
Горничная. Ликчиз ушел, он ужасно... (У нее вырывается сдавленный крик — видно, пальцы Бланш крепко впились в нее.)
Бланш. Я тебя о Ликчизе спрашиваю? Дрянь! Ведь сама знаешь! Ты это нарочно!
Горничная (задыхаясь). Они остались завтракать.
Бланш (напряженно смотрит ей в лицо). А он?
Горничная (шепотом, сочувственно кивая). Он тоже, мисс.
Бланш отпускает ее и стоит подавленная, с выражением отчаяния на лице. Горничная, определив, что приступ гнева кончился и ей больше не угрожает насилие, садится на корточки и пытается привести в порядок волосы и наколку, по временам всхлипывая от изнеможения и боли.
Ну вот, теперь у меня руки дрожат, и вся посуда будет звенеть на подносе, и все это заметят. Как вам не совестно, мисс Бланш...
Кашель Сарториуса за дверью.
Бланш (быстро). Тсс! Встаньте!
Горничная вскакивает и, приняв степенный вид, проходит к двери мимо Сарториуса. Сарториус провожает ее строгим взглядом и подходит к Бланш. Горничная тихо затворяет за собой дверь.
Сарториус (сокрушенным тоном). Дитя мое, неужели ты не можешь совладать со своим нравом?
Бланш (тяжело дышит, успокаиваясь после припадка). Не могу. И не хочу. Я и так стараюсь. Кто меня любит, тот не покинет меня из-за моего нрава. Я никому его не показываю, кроме этой девушки, и одна она из всех наших слуг не берет расчета.
Сарториус. Но, дорогая, вспомни, что у нас за завтраком будут гости. Я и решил сперва поговорить с тобой -сказать, что я все уладил с Тренчем. Это Ликчиз ему бог знает чего наплел. Тренч просто дурак, молодо-зелено! Ну, да я все уладил.
Бланш. Я не хочу выходить замуж за дурака.
Сарториус. Тогда тебе придется поискать себе мужа старше тридцати лет. Нельзя требовать слишком много, дитя мое. Ты будешь богаче своего мужа и, как мне кажется, умнее. Это не так плохо.
Бланш (прижимается к его плечу). Папа!
Сарториус. Что, дорогая?
Бланш. С этим замужеством... Могу я поступить так, как я сама хочу, или я должна сделать так, как ты хочешь?
Сарториус (уклончиво). Бланш...
Бланш. Нет, папа, ты должен мне ответить.
Сарториус (отбрасывает всякую сдержанность и дает волю чувству). Дорогое мое дитя, поступай, как сама хочешь. И сейчас и всегда. У меня только одно желание — видеть мою девочку счастливой.
Бланш. Тогда я не выйду за него. Он насмеялся надо мной. Он считает нас ниже себя, он нас стыдится, он посмел сказать, что не хочет, чтобы ты благодетельствовал ему, — как будто в этом для него есть что-то позорное. А потом... все-таки соблазнился деньгами! (Бросается отцу на шею.) Папа! Я не хочу выходить замуж, я не хочу тебя покидать! Ведь нам до сих пор так хорошо жилось вместе! Мне даже думать противно о замужестве, я его совсем не люблю, я не хочу с тобой расставаться.