Чтение онлайн

В Донецком крае значительная часть земли была казенной. На ней жили различные категории государственных крестьян. Росло, однако, и помещичье землевладение, так как царское правительство щедро раздавало земли за службу.

Во время царствования Бориса Годунова ставились и отстраивались новые города в Курском крае и дальше в степях по Северскому Донцу и его притокам:

Старый Оскол — на одноименной реке, впадавшей в Донец, Валуйки — на реке Валуе, Новый Царе-Борисов — у впадения Оскола в Донец, вблизи нынешнего Изюма. По донецким степям раскинулась сторожевая — Изюмская Сакма — застава, оберегавшая переезды через Донец от набега крымских татар и ногайцев.

Степи почти совсем не были заселены. Жили здесь лишь «сторожа окраин». Это были подвижные сторожевые отряды: им запрещалось «сседать с конь», а также «сварить каша два раза на одном и том же месте». Ратные люди, служившие в «сторожах», все время должны были разъезжать и «в коем месте, кто полдновал, и в том месте не ночевать».

Правительство переселяло «жилецких людей» на пустынные, целинные хлебородные земли, но неохотно ехали туда крестьяне из центральных областей России, опасаясь набегов кочевников, опустошавших и сжигавших поселения. В огромном Белгородском уезде, охватывавшем территории нынешних трех областей — Курской, Харьковской, Донецкой, было всего около 20 поселений, имевших 800 дворов.

Борис Годунов не случайно велел основать город Царево-Борисов и сторожевую заставу Маяки на Донце. «Изветчики» да «охочие люди», побывавшие в донецких степях, донесли ему о соляных Торских (Славянских) озерах, о залежах железной руды вблизи «Изюмской сакмы», «алавостров (гипсов) на реке Бахмуте», «дикого камня» на Крынке-реке и других минералов.

Во всех этих полезных ископаемых нуждалось московское государство. И по тому, что Борис Годунов поручал разыскивать опытных рудознатцев можно судить, что он намеревался организовать разведку донецких руд и минералов.

В «смутное время», наступившее после смерти Годунова, официальные разведки минеральных богатств Донецкого бассейна были прекращены, они начались после воцарения Алексея Михайловича.

Но уже с появлением первых «сторожей окраин», в заставах по Северскому Донцу, рудознатцы (как называли в старину геологоразведчиков-самоучек), начинают разведку природных богатств Донецкого кряжа и разработку их. К началу XVI века начинается заселение донских и донецких степей вольными людьми — казаками.

С каждым десятилетием край становится безопаснее. Жилецкие люди переселялись охотно на целинные, хлебодатные земли. Новопоселенцы донецких лесов и степей возобновляли прерванные нашествием половцев, татар и других кочевников исследования недр Донецкого бассейна.

В 1645 году в районе нынешнего Славянска уже добывали соль. Об этом докладывал царю Алексею Михайловичу один из донских станичников. «Промышлять» соль в донецкие степи ездили «охочие» люди из Валуек, Оскола, Ельца, Курска и других «окраинных» городов России.

В 1646 году у впадения Торца в Донец был построен острожек Тор для охраны от крымских татар, делавших набеги на новопоселенцев и «охочих» людей, добывавших соль. В 1650 году начали действовать частные соляные заводы. Алексей Михайлович придавал большое значение развитию рудного дела и поискам руд. Им были предприняты меры для розыска руд, в стране давались привилегии всем, кто имел желание искать их.

Уже в 1665 году в Торе возник царский соляной завод, состоявший из трех куреней, в которых вываривалась соль. Всего в куренях насчитывалось вмазанных 40 котлов, под которыми были устроены печи. Для ссыпки соли было построено три амбара.

В казачьих поселениях «городках», вдоль Северского Донца и Дона, было налажено металлургическое, горное и кузнечное производство. Розыск руд и топлива производили сами казаки. Среди них было немало опытных и умелых металлургов. Они принесли с собой из центральной России культуру производства металлов, искусство розыска руд и минералов.

В XVI–XVII веке Россия была передовой по тому времени страной в Европе и Азии по производству черного и цветного металла, по добыче руд и минералов. По свидетельству путешественников, на русских рынках продавались мечи, за которыми приезжали из Венеции и других стран. Русские купцы вывозили в другие страны среди прочих товаров, железное оружие, ножи, топоры, иглы.

Английская компания писала своим агентам в России в 1557 году: «Мы слышали, что в России очень много стали и хотим, чтобы вы прислали нам немного для образца, написав нам ваше мнение о том, какое количество ее стоит приобрести, потому что по слышанным нами рассказам ее там очень много. До нашего же сведения дошло, что во владениях царя очень много меди и мы хотели бы удостовериться, в каком обилии она имеется и в каком виде, плитами или же круглыми плоскими кусками: пошлите нам немного для образца».

Красную медь успешно продавали в Персию.

К XVI веку мастерство русских металлургов настолько усовершенствовалось, что в Москве выплавлялись орудия из чугуна весом до 4,5 тонны. Это вызвало изумление западных металлургов. Русская сталь марок «стырь», «харалуга», «сыродутный уклад» считалась в Англии лучшей.

Донские казаки вынуждены были наладить у себя производство металла, в частности, стали, меди и свинца, так как Московское правительство не разрешало воронежским и другим купцам «украинских городов» продавать казакам «заповедные товары», в том числе металлические изделия.

Были уже тогда замечательные русские рудознатцы, так, например, числившийся при тайном приказе Алексея Михайловича «для сыску всяких руд» Семен Захаров.

Донские казаки энергично разыскивали железные, свинцовые, серебряные и медные руды, соляные источники и продвинули свои розыски вниз по течению Донца, Дона и их притоков: Оскола, Торца, Кундручьей и другим.

Не случайно, уже с начала XVII века появляются более точные сведения о славянских соляных озерах. В книге Большого Чертежа (описание, приложенное к географической карте, составленное около 1527 г.), указывается «а в Большой Тор пала речка Торец от Донца версты с 4, а на устье озера соленые».

Снова возрождается металлургия и кузнечное производство в донских степях. Изюмские казаки из Торских и Маяцких городков, а также донские казаки из Сухаревской станицы стали варить соль не только в Торске, но и на Бахмуте — притоке Донца. Возле новых соляных промыслов вырос городок. Он существовал уже в 1663 году. Среди казаков были опытные мастера солеварения, сумевшие широко по тому времени развернуть дело. В Бахмутском городке было 140 солеваренных сковород. Для его обслуживания и охраны от набегов крымских татар из Белгорода направили 318 человек.