Чтение онлайн

По существовавшему тогда обряду при возведении на престол нового кагана ему набрасывали на шею шелковую петлю и, хорошо придушив, спрашивали о том, сколько он собирается царствовать. Когда каган в полубессознательном состоянии называл число лет, его возводили на престол. Если правитель, процарствовав названный срок, не умирал своей смертью, его умерщвляли.

Максимальный срок правления кагана ограничивался сорока годами. По истечению этого времени его убивали, так как по верованию хазар ум и рассудок кагана, а также его божественная сила ослабевали, и он уже был не в состоянии приносить пользу своему народу.

В первой половине VIII века один из знатных людей Хазарии по имени Булан принял иудейскую веру и сумел навязать ее ряду других хазарских князей. Затем принял иудаизм и сам каган. Потомок Булана, хазарский военачальник Обадия, совершив государственный переворот, захватил в стране власть и превратил кагана в послушную марионетку. Каган стал лишь сакральным государственным символом и олицетворением в глазах простых хазар могущества и силы Хазарии. Вся же реальная политическая власть полностью перешла к каган-беку и его ближайшему окружению, состоявшему из нескольких тысяч человек.

Каган, лишенный власти, превратился в своего рода жертвенное животное, которое при любом слухе об ослаблении его божественной силы можно было спокойно убить “по требованию народа” или самого бека. Это превратило кагана в послушное и безропотное существо, слепо повиновавшееся беку и его окружению и рабски благословлявшее все их действия. Удаленный от народа каган стал жить в полном затворничестве в своем дворце под пристальным наблюдением. И лишь изредка его показывали людям, дабы убедить их в том, что он жив и здоров.

Обадия построил в Хазарии синагоги и школы, собрал большое количество еврейских мудрецов со всего света и, заплатив им много золота и серебра, получил разъяснения священных иудейских писаний, Талмуда, Мишны и праздничных молитв. Именно с Обадии пошли 12 хазарских царей-иудеев.

Итак, в Х веке Хазарский каганат был на пороге невиданного взлета. Но далеко идущие планы хазарских правителей оказались разрушены благодаря мужеству, воле и военному гению одного человека.

Русский князь Святослав нанес сокрушительный удар по Хазарии, после которого она фактически прекратила свое существование как единое государство. Спустившись в 965 году по Волге в хазарские земли, Святослав разгромил в открытом бою кагана и его войско, захватил город Саркел (Белая Вежа), столицу Хазарии Итиль, а чуть позже Семендер. Эти победы решили судьбу войны и предопределили дальнейший распад Каганата.

В результате сокрушения Хазарии произошло слияние большей части восточнославянских племен в получившее полную политическую и экономическую независимость единое государство — Русь, которая установила контроль над важнейшими торговыми путями по Волге и Дону и стала одним из сильнейших европейских государств.

После разгрома Хазарии на территории Донбасса поселились племена печенегов. Печенеги были частью распавшегося политического объединения Кантюгой или Кангар, кочевавшего в бассейне Сыр-Дарьи. Формирование печенежского этноса произошло на основе тюркских и угро-финских компонентов в степном Приуралье и в междуречье Яика и Волги.

В конце IX века гузы заставили их уйти из Северного Прикаспия. Продвижение печенегов по южнорусским степям сопровождалось гибелью большинства степных и лесостепных поселений. Константин VII Багрянородный в своем труде «Об управлении империей» сообщает, что венгры, проживавшие в это время в междуречье Днепра и Сирета, не выдержали печенежского натиска и переселились в Паннонию. Средневековые источники содержат мало сведений о политической истории восточной ветви печенегов. Арабские и византийские авторы были заняты другими проблемами, а хазарский каган Иосиф в своем хвастливом письме по вполне понятным причинам лишь бегло упоминал о них (кому приятно писать о своих поражениях). Печенеги же расселились почти по всей территории каганата, окружив полукольцом домен самого кагана. Богатые земледельческие поселки степной и лесостепной зон Подонья подверглись опустошению. Население было частично уничтожено, частично вошло в кочевые подразделения печенегов или бежало на север, в Волжскую Булгарию и в глухие уголки верховий Оскола и Дона, защищенные от набегов номадов лесными массивами. В это время заметно увеличилось население Саркела, представлявшего собой сильную крепость.

До середины X века киевские князья старались быть с кочевниками в мире, свидетельством чему служат походы князя Игоря в 944 году на Византию и столицу Кавказской Албании Бердаа, к которым он привлек печенегов, а также поход Святослава в 965 году на Хазарию, в котором, вероятно, приняли участие печенеги. Лишь в записи за 920 год летописи отмечают единственный поход князя Игоря на печенегов. Куда был направлен удар русских войск и кто победил, неизвестно.

В конце 60-х — начале 70-х годов X века византийской дипломатии все же удается натравить печенегов на Русь. В 969 году они безуспешно осаждали Киев, а в 972 году подстерегли и убили у Днепровских порогов возвращавшегося из похода Святослава.

После смерти Святослава давление печенегов на границы Руси усилилось, и киевский князь Владимир вынужден был укреплять свои южные рубежи, одновременно поддерживая мир с номадами. Такой мир в начале XI века от лица русского князя заключил католический епископ Бруно, проследовавший через Киев к печенегам. В заложники Владимир отдал своего нелюбимого сына Святополка. Неслучайно именно он воспользовался печенежской помощью в борьбе за отцовский престол после смерти князя Владимира в 1015 году. В течение четырех лет печенеги, участвуя в смуте, грабили Русь.

В 1036 году под Киевом состоялась решительная битва Ярослава с печенегами, в которой кочевники потерпели сокрушительное поражение и больше никогда на Русь не нападали. Основная их масса ушла в степи Северо-западного Причерноморья и с 40-х годов XI века стала тревожить своими набегами балканские провинции Византии. Империя вела с ними затяжные кровопролитные войны. Не вынеся тягот войны с Византией на западе и с торками-гузами на востоке, часть печенегов перешла Дунай и на правах федератов стала служить империи. Другие были расселены киевскими князьями вместе с торками в Поросье, где они стали известны под именем черных клобуков. Третьих принял венгерский король на условиях несения пограничной службы.

Однако отдельные группы печенегов и торков продолжали кочевать в южнорусских степях в первой четверти XII века. Например, в 1103 году, возвращаясь из похода против половцев, Владимир Мономах встретил на реке Сутени (Молочной) и забрал с собой на Русь печенегов и торков. До 1117 года печенеги и торки составляли гарнизон русского города Саркела Белой Вежи.

И снова недолгим был покой. Не прошло и 20 лет со времени знаменитой битвы под Киевом, только-только начиналось возрождение земледельческих сел на юге, как объявилась новая опасность. Под давлением азиатских соседей к русским границам подошли торки, кочевавшие в Донбассе. В 1055 году они впервые вторглись на Русь, попытавшись разграбить Переяславское княжество.

Исторический опыт подсказывал русским князьям, что для обеспечения безопасности необходимы решительные действия, тем более, что в степях уже обозначилась и новая опасность — половцы. Поэтому в 1060 году русские князья, соединив дружины, «.пошли на конях и в ладьях бесчисленным множеством на торков. И уведав об этом, торки испугались и побежали. И умирали, отступая, кто от холода, другие от голода, иные от болезней…».

Активные действия русских князей поставили торков в тяжелое положение, а с востока на них накатывалась волна половецких орд. Поэтому, помирившись с Русью, торки поселились в бассейнах Днепра и Роси, основали здесь город Торческ, а также разместили свои военные отряды в некоторых русских пограничных крепостях. Прошло совсем немного времени, и торки вместе с русскими вступили в борьбу с общим врагом — могущественными половцами.