Доппельгангеры семьи Бодари
Шрифт:
– Ничего, сходи в душ.
Действительно, только сейчас Бланш почувствовала, насколько она вспотела.
– У меня на плечах не осталось никаких отметин?
– она наклонила голову, пытаясь рассмотреть хоть что-то.
– Нет, не осталось. Это не физическое воздействие, а субъективное ощущение. Тело босса сначала переходило в плазмоид, а затем в тень. Горячо и холодно, в данном случае это не более чем темно и светло.
– Ты хочешь пить?
– Да, очень, - Грин только сейчас отпустил её руки.
– Мы отдали ему много энергии, ее надо восстанавливать.
– А ты совсем не вспотел!
– удивилась она, проведя ему по лицу.
Масси хитро улыбнулся:
– Мертвые не потеют!
Глава 14. Тот и этот мир.
Холлисток стоял посреди бескрайней равнины. Где-то далеко позади него виднелась полоса густого леса, а слева, в совсем уже невообразимой дали, возвышались горы, более напоминавшие мираж, колышущийся в неясной дымке. Холлисток ждал Эверта. Его старинный друг, вместе с которым они выросли, служил своеобразным передаточным звеном между ним и теми силами, именем которых он действовал на земле. Именно Эверт забирал с собой людей, чье пребывание в физическом мире, по тем или иным причинам, становилось нежелательным. Холлисток находил их, а Эверт сопровождал дальше, в мир загробный, где каждому воздавалось по заслугам. Их сотрудничество, носившее подчас неформальный характер, продолжалось с того самого момента, когда Холлисток появился на земле и должно было закончится лишь тогда, когда ему придется ее покинуть.
– Привет!
– голос Эверта, прозвучавший над самым ухом, заставил Холлистока вздрогнуть от неожиданности.
– Привет! Ты как всегда, появляешься сразу!
– Откуда ты меня звал, там я и появился, - Эверт, одетый в свой неизменный темный плащ с ниспадающим на лицо капюшоном, вышел у него и-за спины и встал напротив.
– Приятно тебя видеть, Армор! Знаешь, в настоящем своем виде ты мне все же больше нравишься, чем когда ты Холлисток.
– А я уже и не помню, как выглядишь ты, - Холлисток улыбнулся, - вечно в своем капюшоне!
– Я - тень, мне так положено, а ты вон зато какой красавец!
В самом деле, Холлисток, став Армором, сильно изменился. Высокий, с мощной фигурой, покрытый золотистой чешуйчатой кожей, он был сейчас тем, кем и являлся до того момента, как однажды забрал тело одного английского аристократа, став Генрихом Холлистоком. Его демоническое лицо, крупное и широкое, с массивными зубами и глазами, горевшими ярко-красным светом, имело мало человеческих черт, но все же было красиво.
– Я уже привык быть Холлистоком, - в ответ на слова Эверта он пожал плечами.
– Люди тоже могут быть красивыми, особенно женщины.
Эверт махнул рукой:
– Ну, это не мне судить. Ты же знаешь, мне нравятся валькирии из потустороннего мира. Так что случилось, дружище, зачем я тебе понадобился?
– Есть дело... присядем, - Холлисток указал на невесть откуда появившуюся мраморную скамью.
– Слушаю тебя!
– Эверт сел и закинул ногу на ногу так, что из-под плаща показалась часть его голени, более напоминающая серый дым, нежели плоть.
– Дело интересное и стоящее. Мне необходимо найти нескольких доппельгангеров, которые переступили черту, разделяющую их обычный стиль жизни, против которого никто ничего не имеет и, собственно, закон.
– Зачем тебе нужна эта мелочь?
– Эверт удивленно посмотрел на друга и Генрих увидел внутри капюшона два ярких синих глаза.
– У них там свои начальники есть, вот пусть и разбираются. Это не твой профиль!
– Да, но у меня есть в этом деле собственный интерес.
– И что они такого сделали?
– Вселяются в людей и подменяют их жизнь своей.
Эверт усмехнулся:
– Доппельгангеры иначе не выживут, они этим питаются, ты же знаешь.
– Они доводят до смерти людей, затеяв с ними крупную игру.
– Непорядок, это не их право!
– Вот и я о том же!
– Генрих кивнул.
– Эта пятерка взяла на себя слишком много, и я полагаю, что об этом никто не знает, в том числе и их директорат.
– Расскажи подробнее, я тебя слушаю!
Когда Генрих закончил свой рассказ, Эверт некоторое время молчал, а затем развел руками:
– Ну-у-у, - протянул он, - тут достаточно сообщить их директорату и с ними разберутся. Но раз у тебя свой интерес, то я готов тебе помочь. Что нужно?
– Найти место, где они обитают. Я не хочу афишировать это дело в тонком мире, а ты мог бы это сделать. Есть вероятность, что весьма скоро кто-то из них перейдет в тело одной из своих жертв, так вот это было бы весьма нежелательно. Они нужны мне все сразу. Будет даже лучше, если ты со своими умертвиями захватишь их, и пусть дожидаются моего появления.
– Когда начинать, Армор? Ты же знаешь, что я не очень хорошо ориентируюсь в разнице течения времени между мирами.
– Прямо сейчас. На земле пятница, а значит для этих доппельгангеров настает самое удобное время для веселья. Я отправлюсь назад, а потом мы с тобой встретимся на нашем месте и приступим к делу.
– Ты успеешь? Здесь мгновение, а там, на земле, полдня пройдет.
– У меня там как раз намечено все на вечер, успею. С меня пирушка, дружище.
– А, ты только обещаешь!
– Эверт махнул рукой.
– Ну хорошо, сделаем! Как тебе отказать?! Но в чем твоя выгода, я так и не понял?
Холлисток пожал плечами:
– Мне просто интересно. Я ведь тоже играю, и без этого мне просто становится скучно жить. Я решил сыграть с ними свою игру, со своими правилами и козырями...
– Ты это любишь.
– Да, - Холлисток хитро улыбнулся.
– Восьмому Лорду всех тридцати вампирских легионов не пристало действовать иначе.