Чтение онлайн

Глава 11. Несвятая троица.

Для Холлистока не составило труда найти место перелома и уже через несколько минут сломанная лучевая кость, размягченная и слепленная вновь, была полностью здорова. Откинув в сторону ненужный гипс, он еще раз придирчиво оглядел поврежденный участок и, видимо, остался весьма доволен своей работой.

– Вы вот тут все брыкаетесь, мадемуазель, выгоняете нас, - сказал он, отходя в сторону, чтобы не давить на Бланш своим близким присутствием, - а мы, между тем, из последних сил вас лечим и вообще, мы скорее ваши защитники и друзья, нежели что-то иное. Масси, не закрывай больше девушке рот!

– Не будете кричать?
– наклонившись к девушке, Масси посмотрел ей в глаза. Прикрыв веки, та дала утвердительный ответ, и тут же руки Грина отошла ослабили свою хватку, давая возможность женщине вдохнуть полной грудью.

– Я уже ничему не удивляюсь, - сказала она, медленно поднимаясь с пола.
– Сначала шесть пьяных идиотов, который я знаю с детства, вдруг воспылали ко мне страстью, а потом, когда ничего у них не вышло, избивают слабую женщину, ломают ей руку. Хорошо еще, что мои крики услышали другие рабочие и только это меня спасло от группового изнасилования. Я не сказала полиции про это, пусть они еще будут благодарны за мое великодушие, пусть отделаются штрафом и исправительными работами за нападение. Но вообще, эта компания... они такие ублюдки, что всей округе житья не дадут. Ну с этим ладно, разобрались. Потом ко мне едут журналисты, звонят среди ночи -дай им интервью! Конечно, в нашем захолустье так редко что-нибудь происходит, а ту такая тема! Потом полиция приезжает по два раза на день, за показаниями. И вот наконец, вы!

Генрих усмехнулся:

– Посмотрите на себя в зеркало!

– Я так плохо выгляжу?

– Посмотрите, посмотрите!

Оглянувшись на Масси, стоявшего неподалеку, Бланш пожала плечами и, подойдя к трюмо, закинула волосы назад.

– О, синяка нет! - воскликнула она.
– А как это так?! Мои травки, и те оказались бессильны!

– Рука не болит?
– Холлисток вновь усмехнулся.

– Рука? О дьявол, нет! Да что же это такое?!

– Вот с дьяволом поосторожнее!
– Генрих назидательно поднял вверх указательный палец.
– Не стоит его поминать в таком контексте, он это не любит.

– Да?! А что он любит?
– Бланш осторожно подвигала рукой, еще не веря в произошедшие с ней метаморфозы.

– Любит, когда его имя не произносят в качестве ругательства. Но дело не в этом... скажите, Бланш, что вы сейчас думаете?

– Я не понимаю, что произошло. Кто вы такие?

– А вы считаете себя ведьмой?
– вдруг спросил Масси, к этому времени уже сидевший на старинной скамье, стоявшей возле входа.
– Только честно!

– Хороший вопрос!
– Бланш усмехнулась.
– Когда тебя считают таковой все окружающие, то поневоле поверишь и сама. Да, я считаю себя необычным человеком, может и ведьмой, но вот на метле не летаю и в шабашах замечена не была.

– А вот мы — были!
– Холлисток подмигнул ей.
– Можете считать нас представителями смежной профессии. Я тоже лечу людей за деньги, тоже шепчу разные наговоры и заклятия над своими инструментами и тоже живу очень и очень обособленно. Говорят даже, что я вампир!

– А он?
– Бланш кивнула на Масси.

Холлисток улыбнулся:

– А он совсем вампир! Если я только наполовину, то Масси у нас чистокровный.

– Зачем же нужно было устраивать это нападение не меня?

Генрих развел руками:

– А разве с вами, с людьми, можно иначе? Вы ничему не хотите верить, во всем сомневаетесь, не хотите перемен. Это инстинкт, я понимаю, так что бороться с человеческим солипсизмом можно лишь такими методами. Если начать что-то объяснять, то стена непонимания, это самое малое, на что придется натолкнуться. Вот вы, например, даже ничего не узнав о нас, уже составили свое мнение и принялись выгонять. Скажите, сколько мне пришлось бы вам доказывать обычными методами реальность возможности всего того, что я проделал за несколько минут.

Некоторое время Бланш молчала, а затем, вскинув голову, посмотрела Холлистоку прямо в глаза:

– Так вы вампиры? А как же солнечный свет?

Холлисток покачал головой:

– Его бояться только вурдалаки.

– Вы часто пьете кровь?

– Нет, не очень.

– А люди становятся вампирами, если их укусить?

Конечно, нет. Кровь вампира должна попасть в тело человека и только тогда запускается этот процесс. Но это великая привилегия и оказывается она далеко не всем.

– Понятно.... но тогда докажите.

– Вам мало доказательств?
– Генрих взглядом указал на ее руку.

– Вот вам моя кровь, - Бланш откинула волосы в сторону и, наклонив голову, обнажила тонкую белую шею, на которой отчетливо виднелась пульсирующая вена.
– У вас должны быть клыки — выпейте, мне не жалко... а то вдруг вы вкололи мне в руку обезболивающее, а синяк я не вижу из-за гипноза?

Холлисток и Масси переглянулись.

– Вы может быть не знаете, но когда вампиру добровольно предлагают кровь, он не может отказаться, - голос Холлистока стал ниже, а немигающий взгляд неотрывно следил за тонкой синей жилкой на шее женщины.

– Вот и попробуйте, а то вдр....

Бланш не успела договорить. В долю секунды Холлисток преодолел расстояние до нее и впившись ей в шею, сделал несколько глотков теплой густой крови, потоком хлынувшей из ранок, оставленных мгновенно отросшими клыками вампира.

– Теперь ты!
– Холлисток вытер окровавленный рот и посмотрел на своего помощника.

Масси не надо было повторять приглашение. Тенью метнувшись к Бланш, безвольно висевшую голову которой Холлисток наклонил еще больше, он мгновенно присосался к уже оставленным ранкам, делая большие жадные глотки.

– Хватит, хватит, - Холлисток похлопал помощника по спине.
– Не переусердствуй, а то у нее ни на что потом не хватит сил.

– Да?
– Масси слизнул несколько капель, проступивших на шее после того, как она вынул из нее свои клыки.
– А действительно, я не спросил — зачем она нам?

– Нам нужен еще один помощник. Для троих доппельгангеров тебя одного мало, - Холлисток провел открытой ладонью по лбу женщины и та открыла глаза.
– Мадемуазель Лорнье, просыпайтесь!