Чтение онлайн

Неожиданно девочка дернулась и села, захлопав глазами. Девушки подняли визг, и тотчас в комнату вошла живущая за стенкой Осиба.

– Мама, я вернулась!
– Голосовые связки не слушались девочку, так что она хрипела, так, словно перенесла ангину. Горло действительно болело, впрочем, как и все тело. Но об этом Юкки решила подумать немного позже.

– Доченька моя!
– Осиба бросилась к малышке, обнимая ее.

– Почему вы не покинули замок, мама! Я же предупреждала вас!
– Кукольное личико напряглось, бровки сдвинулись к переносице.

– Мы не можем покинуть замок, наши союзники еще не подошли, опасно путешествовать без охраны.

– Надо было давно уже бежать отсюда!
– Девочка попыталась подняться, но упала на руки матери. Вместе они с величайшей осторожностью добрались до окна.
– За лесом стоит воинство сегуната. Мы опоздали!
– По щеке Юкки побежала слеза.

– Не стоит плакать. Ты еще сможешь переселиться в любое понравившееся тебе тело. Ты же говорила!

– Я да, а ты?
– Лицо Юкки исказила гримаса отчаяния.
– Я не оставлю тебя здесь!

– Тебе не стоит думать обо мне. Я прожила хорошую жизнь.
– Осиба и не думала плакать или жалеть себя.
– Когда они подойдут к замку, я поставлю их перед фактом, что они вынуждают меня совершить самоубийство. Моя кровь падет на их головы. Они не смогут доказать, что это я и мой сын разрушили замок Грюку. Все будет выглядеть так, будто бы мы мирно устроились в этом замке, и нас здесь поубивали всех. Вот! Им потом вовек не отмыться!

– Хиромацу с удовольствием спалит весь замок, так что от нас даже косточек не останется! Отец никогда не узнает, что с нами произошло. Вы ведь не сообщили ему о том, что собираетесь остановиться именно в этом замке?

– Не сообщила.
– Осиба смотрела в окно, пытаясь разглядеть за деревьями притаившихся там воинов сегуната.

– У вас есть эликсир?
– С надеждой в голосе спросила Юкки.
– Если есть, я помогла бы вам убраться отсюда. Мы могли бы перенестись куда угодно во времени и пространстве...

– У меня нет эликсира. Как агента меня должны были использовать только в Японии.
– Она закусила губу.

– Я могу рассказать вам, как следует покидать тело и вселяться в другое, - пыталась найти выход Юкки.
– Мы могли бы...

– Превратиться в глупую крестьянку, которую сможет изнасиловать и изуродовать любой самурай.
– Осиба пожала плечами.

– В жену какого-нибудь даймё, - пожала плечами Юкки.

– Я уже была женой даймё. Все пустое.
– Она оторвалась от окна и, пройдя в комнату, села посередине.
– Пусть сперва вообще докажут, что я в чем-то повинна. Если Хиромацу убьет меня, Дзатаки ему потом это припомнит. Будет судебный процесс, полетят головы.
– Осиба горько усмехнулась.
– Неужели ты думаешь, что Токугава пожелает запачкаться кровью Хидэёри или моей? Чтобы против него восстал его брат?

– Токугава далеко, а Арекусу Грюку близко.

– Ага. А я приказала зарубить его сына Амакаву.
– Осиба горько вздохнула.

– Отпустите Гёхэя!
– почти выкрикнула Юкки.

– Что общего между Гёхэем и Арекусу Грюку?

– Общего?
– Юкки хотела уже сказать, что Гёхэй на самом деле никакой не Гёхэй, а сын Арекусу Грюку Минору. Но вовремя прикусила язычок. Эту информацию она узнала от Кима, но теперь было не время отдавать единственный козырь.
– Пока я не могу вам этого сказать. Верьте, что так будет лучше. Ну, я очень-очень прошу вас об этом!
– Она ткнулась лбом в пол.

– Не делай таких резких движений! Ты с месяц лежала неподвижно.
– Осиба посмотрела на застывших с глупыми выражениями лиц служанок.

'Вот ведь, ни слова, небось, не поняли, дуры, а все равно слушают'.

Юкки перехватила взгляд матери, и вдруг закатила глаза и шлепнулась на пол. В тот же момент рухнула одна из служанок.

– А вот и я!
– вскрикнула она, вскакивая с места в новом обличье.

Бросившаяся было к дочери Осиба от неожиданности села на пол, прикрывая рот ладонью. Служанка сделала несколько замысловатых движений и рухнула в обморок, но тут же словно кто-то пнул другую девушку, и та шмякнулась лицом в стену.

– И снова я!
– пропела Юкки голосом только что поверженной ею служанки.
– Как прекрасен день!
– Вторая служанка так же свалилась на пол, словно ненужная одежда, и, дернувшись, Юкки снова подняла голову.
– Я могу стать кем угодно, мама. Пойдем со мной, это весело.

– Я никуда не пойду!
– Осиба казалась ошеломленной.

– Позволь мне тогда отпустить Гёхэя, увидишь, что Арекусу не станет мстить тебе, если ты пощадишь этого парня.

– Можешь принять мой образ и делать что хочешь.
– Осиба закрыла лицо руками, стараясь успокоиться.

– Если я сделаю так, ты погибнешь.
– Юкки виновато улыбнулась.
– Скажи самураям, чтобы слушались меня. Я сделаю все сама.

Как ни просил Павел Пехов, чтобы Ким взял его с собой на штурм замка, тот только и мог делать, что крутить у виска. Во-первых, сам Ким собирался примкнуть к войску Ала не иначе как бесплотным духом. Так получалось и быстрее, и завсегда новое тело приобрести можно было, он же, Павел, никак не мог научиться перемещаться без эликсира, ну хоть что с ним делай.

Наконец, порешили так: Ким вернется за ним не в этом, так в ином обличье, Павлу же пока не до войны, мало ли что он спецназовец, в настоящее-то время годовалый ребятенок, и все его прежние заслуги не считаются. Такой ни катану не подымет, ни в седле не удержится. Позор, а не самурай.

– Постарайся выжить и вырасти, - попросил у него на прощание Ким, сам он, несмотря на частые отлучки, как-то умудрялся сохранять для себя тело деревенского самурая Хёбу Мията. Да только на долго ли...

После взятия замка Ким надеялся занять тело какого-нибудь богатого даймё, хорошо, конечно, если тело это окажется молодым и сильным, хорошо, если жена его будет красивой и послушной. Или с ней можно будет без особых последствий развестись. Но да не бывает же всего и сразу.

Войска сегуната окружили замок, подбираясь к нему все ближе и ближе. Воины были полны решимости, и, казалось, выйди к ним навстречу сейчас хоть злобный горный дух, хоть многомилостивый Будда, разорвут на клочки.