Чтение онлайн

— Аристов, ты себя, сейчас, слышишь?! — голос сорвался на крик. В глазах блеснули слезы. — Не приближайся! — выставив перед собой руки, вжалась в стекло с такой силой, что Аристов, действительно испугался, как бы не продавила. Остановился, уже сделав пол шага вперед. — У тебя — жена! Живая! По паспорту! — медленно сползая по стеклу на пол, продолжала с надрывом. — А кто я? Ты понимаешь, кто я тебе при живой жене?!.

Зажав ладошкой рот, словно испугавшись собственного вопроса, подняла на Аристова взгляд. Боль, страх, какое-то еще непонятное для него чувство… Как там говорят — всё в одном флаконе. И виновник этого гремучего коктейля — он со своим прошлым, со своими сомнениями и страхами относительно откровенного разговора.

Секунда для принятия решения. Либо она сама себя, у него на глазах и при его полном бездействии, доводит себя до истерики и нервного срыва. Либо он идет на риск, поднимает её с этого чертового пола, на который уселась после душа и…

— Эля, девочка, ты — любимая, — произнес совершенно спокойно, делая в её направлении уверенный шаг. — Моя любимая женщина.

— А потом, как любимая женщина, получу колье стоимостью, в зависимости от того, как отрабатывать буду?!!

— Да ёб твою ж меть! — пожалуй, впервые позволив себе ругнуться при ней, рывком подняв с пола, без видимого труда подхватил на руки. Пронеся через квартиру (как оказалось, к удивлению Эльвиры, та совсем у него не маленькая), толкнув ногой дверь, переступил порог кабинета. — Сиди! — позволил себе слегка повысить голос, заметив, как Эльвира медленно начала сползать по дивану. Задержав на ней секундный взгляд, отошел к картине на стене.

— Ты же привязал меня к себе, Костя, — вспомнила имя, возможно, не всё так плохо, — отметил про себя Аристов, занимаясь открытием сейфа и, одновременно, стараясь держать в поле видимости гостью кабинета. — Я ни с кем другим не смогу, — слезы текли по щекам, вытирать не успевала. Всхлипывания с трудом сдерживала. — Как мы теперь…

— Всё зависит от нас двоих, — перебил он, заканчивая открывать сейф и снова на короткое время задумываясь. — Я тебя терять не хочу, — уверенно продолжал звучать голос. — Мне кажется я вообще впервые в жизни влюбился. Буду счастлив, если позволишь остаться рядом. У нас всё будет хорошо. Не смотря на нынешние проблемы. Обещаю. И у тебя будет больше, чем колье.

— Интересно, что еще дарят любовницам в благодарность… — прошептала она, задержав взгляд на футляре в его руках.

— Мне не нужна любовница, — с уверенностью прозвучал голос Аристова, когда присаживался рядом с ней на диван. — Мне ты нужна. Как любимая женщина, как жена, — продолжал он, открывая небольшой футляр, прихваченный из сейфа. — Хочу тебя любить, баловать, — на белом бархате лежало миниатюрной работы колье-капля с большим синим сапфиром, обрамленным микроскопическими бриллиантами. — С тобой по утрам просыпаться и в ночь засыпать. Хочу смех твой слышать, ворчание, когда особенно достану. Эля, я не знал, как тебе рассказать. Когда выяснилось, что Наталья жива, как раз произошел тот чертов инцидент…

— Для меня? — осторожно касаясь подушечками пальцев украшения, перебивая Аристова. Тихо спросила Эльвира.

— Рубины мне показались тяжеловатыми, — признался Константин, застегивая украшение у неё на шейке. Поправив за плечи растрепавшиеся волосы, не встречая сопротивления, коротким поцелуем коснулся губ. — Эля, прости меня, пожалуйста, — продолжал негромко. Не встречая сопротивления, обнял, пересадив себе на колени. — Я не смогу без тебя. Это не громкие слова, поверь. У нас будет помолвка, будет свадьба, обещаю. Дай нам немного времени разобраться с тем, что происходит. Если есть вопросы, готов поговорить. Только не молчи.

Затянувшаяся пауза. И когда уже решил, что вопрос остается открытым, Эльвира, подобно маленькому ребенку, перебралась к нему на колени. Уткнувшись в шею, затихла. Почувствовав его руки, сомкнувшиеся у себя на спине, чуть отстранилась.

Он наблюдал, как медленно распускает полотенце, обнажаясь перед ним. Ладошки «нырнули» под футболку. Сглотнув, стянул ту через голову. Девочка сама предлагала игру, в которую готов включиться. Если только не задумала какую провокацию…

Чуть отступив, дала возможность рассмотреть себя. Хотя и так прекрасно знал, как выглядит. Любовался каждый раз, когда оказывались в одной постели. А она, тем временем, поставив ножку на диван, не отводя глаз, очень медленно, очерчивая каждый изгиб своего тела, начиная от груди, спустила ладошку к заветному треугольничку внизу животика. Секунда и пальчики «нырнули» в то самое местечко, куда минувшей ночью не добрался.

Что она творила… Вопрос. К кому — к самому себе? Или к ней? А Эля между тем… ласкала себя у него на глазах. И это было… Вот столь резкого подъема от своего «друга» никак не ожидал. Не отводя взгляда от её руки, пальчики которой скользили меж складочками, одним резким движением стащил с себя домашние брюки. Протянув руку, коснулся ласкаемой ею промежности… Влажная, горячая, пульсирующая. Готовая принять. Главное не испугать. Вот так, как молчаливо предложила она — у них впервые…

— Листик, не знаю, с чего такой подарок, но просто бомба. Ты меня выжала, — шептал Аристов, откидываясь на спинку дивана и увлекая за собой Элю, прижимая к своей груди.

Который раз они вот так близко после секса. Его ладони, успокаивающе поглаживают её по плечикам, спинке, периодически опускаясь к ягодицам. Еще чувствовал ее сокращения, еще по телу пробегала волна мелкой дрожи. Сегодня — как никогда — бурно, откровенно! Ощущение, что рухнула какая-то невидимая стена.

Уперевшись руками в спинку дивана, чуть отстранившись, задержала взгляд на лице Аристова. Не чувствовала с ним неловкости. Хотя, нет, не совсем верно. От его слов не появлялось ощущения чего-то грязного и непристойного в том, чем занимались. Как он сказал, усаживаясь удобнее на диване и притягивая за руку ближе к себе энное время назад?

— Эля, девочка, сядь верхом, побудь наездницей…

Не он доминировал. Не он развел в стороны её ноги, чтобы войти. Сама, обхватив пальчиками «мужскую гордость», которая уже успела принять стойку, направила к своему разгоряченному местечку, в неуверенности замерев. Он — не торопил, лишь одобрительно кивнул. Ладони ласкали её бедра, перемещаясь на ягодицы. Ни одного резкого движения или грубости. Сама. Прикусив нижнюю губу, чуть надавила, присаживаясь, пустив головку в святая святых. Замерла. Неожиданные, странные ощущения. Она — хозяйка положения.

Представить себе не могла, сколько усилий потребовалось Аристову, чтобы в тот момент одним резким движением не насадить её на себя. Может, когда-нибудь, и позволит себе легкую грубость в моменты близости, но не сейчас. Преодолеть получилось главное — её страхи и сомнения в сексе. С её стороны шло доверие. Невольно оттолкнуть, желания не имел.

Приоткрыв глаза, остановил на её очаровательном личике взгляд.

— Интересно, о чем думает женщина, когда смотрит на своего мужчину, обессиленного от секса с ней? — поинтересовался тихо, запуская пальцы ей в распущенные волосы. Вообще, обратила внимание, что ему нравилось касаться их. Словно какой-то непонятный кайф ловил. — У нас ведь всё хорошо, Элечка? — в тоне мелькнула обеспокоенность. Молчание заводило в тупик. Секс вышел бурный, кайфовый. Во время примирения, наверно, такой и должен быть. Вот только примирение ли здесь?

— Хочешь услышать дифирамбы в честь своей мужской силы?

Его сейчас пытались зацепить? Ирония? Продолжение игры? Или уже попахивает жареным и не мешает включать работу мозга на полную катушку?

— Боюсь услышать, что это — прощальный, завершающий аккорд, — выдал совершенно неожиданно даже для самого себя, не только для Эли.

— Не дождёшься…

Эльвира вскрикнула в испуге, когда Аристов, сев прямо, подхватил её под лопатки, удерживая рядом. На столько сильно обнял, что испугалась оказаться раздавленной.