Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Дорога к себе
Шрифт:

Глава 11. Последний Треугольник

Sea without a shore for the banished one unheard… He lightens the beacon, light at the end of world, Showing the way lighting hope in their hearts, The ones on their travels homeward from afar [23] . Nightwish. The Islander

Чем его так приложило?

23

Никто не услышит изгнанников в безбрежном океане… Он зажигает маяк, свет на краю мира, Указывая путь, зажигая надежду в их сердцах, Тех, кто возвращается домой издалека.

Эльдалин не ответила, а может, и не услышала вопроса. Она сосредоточенно ощупывала грудь Ломенара, временами замирая, словно к чему-то прислушиваясь, и вдруг вскрикнула, отдергивая руки.

— Что с ним? Где он, я не понимаю! — она выглядела до крайности растерянной и взволнованной.

Айнери приложила ухо к груди Ломенара и замерла.

— Он жив, — удовлетворенно кивнула она мгновение спустя. — Сердце бьется. Да что с тобой?!

По лицу Эльдалин бежали слезы, она дрожала.

— Его энергия… жизненный свет… его нет, — всхлипывая, сбивчиво попыталась объяснить она. — Его не может не быть совсем, если он жив, но я не ощущаю в нем жизни. Я попыталась влить в него собственные силы, но они утекают будто в никуда. В мертвое тело мне не удалось бы их влить вовсе. Я не понимаю, что с ним, не вижу ран… Не считая пары ожогов и царапины, его тело не повреждено, но это лишь оболочка, она пуста! Я не чувствую его. Ломенар не мертв, но его здесь нет, только его тело, я никогда такого не видела, я не понимаю, что это…

— Хватит! Все, успокойся! Я вижу, с ним происходит что-то странное, но ты и сама не понимаешь, что именно, так что прекрати этот поток слов и слез. Пользы от них нет. Мне нужно подумать… Погоди. Ого!

Айнери подняла талисман Ломенара: лучи септаграммы оплавились и потеряли форму, металл покрылся пятнами и был весь в дырках и щербинах, будто изъеденный ржавчиной. Под пальцами он крошился.

Эльдалин ошеломленно распахнула глаза:

— Это же серебро урисков! Вы, кажется, зовете его радужной сталью. Этот металл не ржавеет, а жар, способный его расплавить, прожег бы грудь Ломенара насквозь, от такого даже амдарская кровь не спасет!

— Хочешь сказать, что это подделка?

— Никогда не слышала, чтобы орианы подделывали. Амдары никогда не осмелятся на это, а людям это просто ни к чему. Но даже будь ориана из простого железа, что могло такое с ней сотворить? Вчера она была целой, я сама видела, а маги ни разу не достали Ломенара, по крайней мере я этого не заметила. Вот, взгляни на его кольцо.

Кольцо на пальце Ломенара выглядело получше, но тоже было сильно оплавлено, хотя темный полупрозрачный камень внешне не пострадал.

— Оставаясь здесь, ответов мы не найдем, — решила Айнери. — Помоги мне привязать его к седлу, поедем дальше, куда вы и собирались. Возможно, лекари в Гермине смогут ему помочь, или маги скажут, что за сила превратила его амулет в мусор.

«Прости, дядюшка Смаль, я снова подвожу тебя, но вернуться пока не могу».

Кажется, так говорили древние мудрецы: «Какой бы долгой ни была ночь, рассвет все равно наступит». Впрочем, до ночи в прямом смысле было еще далеко — они покинули город с первой дневной долей, а теперь наступила только первая из вечерних.

Поначалу Айнери постоянно оглядывалась, но потом опасаться новой погони перестала: откуда ей взяться, если с той поляны из ультунцев не ушел никто, да и не ожидали они нарваться на Ломенара… Лес, в начале их пути маячивший на горизонте, потихоньку подбирался к дороге, и вскоре справа уже можно было различить отдельные деревья. Навалилась усталость, но Айнери все откладывала мысль об отдыхе, стремясь уйти как можно дальше от столицы. Она смотрела теперь в основном на дорогу и потому вздрогнула, услышав негромкое:

— Здравствуй, Айнери Лин-Таари.

Девушка остановилась и дико огляделась. Сзади тихонько ахнула Эльдалин.

На опушке леса, в паре ланов от дороги, стоял человек — словно соткался из смешения солнечных лучей и тени листвы, до того бесшумно он появился. Довольно высокий, широкоплечий, на вид лет пятидесяти — самый расцвет зрелости для мужчины, с широким обветренным лицом, он спокойно глядел на замерших девушек, а его волосы золотило постепенно садившееся солнце. Его можно было принять за лесника или охотника, если бы не рубашка из нежно-зеленого полотна, вышитая по вороту и обшлагам блестящими нитями, — роскошь, хотя и умеренная, но странная для человека, проводящего много времени в лесу. Возле незнакомца невозмутимо сидел огромный пушистый пес необычного красно-рыжего цвета, неподалеку паслась каурая лошадь.

— Ты кто? Что тебе надо? — выпалила Айнери прежде, чем притупленный усталостью мозг сообразил: незнакомцу откуда-то известно ее имя. — Тоже за мной пожаловал?

Мужчина улыбнулся — судя по всему, своим мыслям или воспоминаниям:

— Ты именно такая, как тебя описывали твои родители и твой брат. Смелая, порывистая, за словом в карман не лезешь, — он шагнул вперед, протягивая раскрытую ладонь. — Меня зовут Этайн, я друг твоей семьи, а значит, и твой тоже. Лин и Кирина неоднократно бывали у меня, а твой брат приезжал в прошлом году и оставил у меня… одну вещь.

— Странно иметь друга, о котором не слышал. С врагами так чаще бывает. Думается мне, ты из Ультуны или из Светлого Совета. Не могут взять силой, самого языкастого уболтать меня послали? Ты можешь доказать, что не из них?

— Те, кто преследует тебя, ищут это, — мужчина достал из поясной сумки уже знакомую Айнери Сферу, и девушка вздрогнула, впрочем, тут же совладав с собой. — Будь я одним из них, ты была бы мне уже не нужна.

— Где Винде? — произнесла Айнери ледяным тоном, вытаскивая из ножен элатри. — Что ты с ним сделал? И как узнал, что я проеду тут именно сегодня?

— Твой брат был в порядке, когда я видел его в последний раз. Где он сейчас, я точно не знаю. Что до всех прочих вопросов, с удовольствием отвечу на них, если прогуляешься до моего дома. Еще раз говорю, я не враг, иначе не стал бы с тобой разговаривать.

— Мне кажется, он не врет, Айнери, — подала голос Эльдалин. — Он точно знал, где ты проедешь, мог подготовиться и получше, если хотел тебя схватить. И ты только посмотри на собаку!

И правда, хвост пса так и мелькал, усиленно доказывая самые добрые намерения.

— Или же он мог просто не успеть собрать людей. И уж точно я не буду судить о нем по поведению какого-то безмозглого пса.

Собака совсем не казалась глупой даже самой Айнери, девушка просто давала выход давно накопившейся злости. И потом, после всего случившегося она не собиралась доверять кому бы то ни было, если был хоть малейший повод сомневаться в нем. В случае с Этайном поводов хватало.

— Если с Винде все хорошо, почему он не вернулся?!

— В Виарене слишком опасно, ты и сама это знаешь. Он не мог вернуться за тобой, но он посылал людей найти тебя, и я сам пытался это сделать, однако ты пропала, и никто не знал, где тебя искать. Пойдем со мной, я все расскажу.

Поделиться с друзьями: