Чтение онлайн

Рей усмехнулся:

— Судя по тому, сколько лакомств ты украдкой подсунула Лошади, её преданность ты уже купила.

— Ты же такая умница, правда, девочка? — Силла похлопала Лошадь по холке. — Такая умная, такая смелая. Я буду тебя баловать до самого Истре.

— Ты её испортишь! — простонал Рей у неё за спиной.

Силла тайком улыбнулась. И к концу дня поводья действительно оказались в её руках, она направляла Лошадь между высокими скалами ущелья. Доверять Рею после того, что сделал Джонас, было страшно. Но именно он пришёл за ней, когда у неё никого не осталось. И это что-то значило.

И тут Силла поймала себя на мысли: всё это время она искала место, где можно было бы чувствовать себя в безопасности. А что, если она смотрела не туда? Что, если безопасность — это не место, а человек? Люди? Без отца ей нужно было найти тех, кто, как и она, не вписывается в этот мир, кто станет её союзниками, кто сможет научить, как выживать в этом мире.

Она вздохнула. Она так многого не знала. Можно ли действительно доверять Рею? Что ждёт её в Нордуре? Как научиться контролировать этот неуправляемый свет под кожей? И теперь, когда она знала своё настоящее имя, найдёт ли она когда-нибудь союзников, или же до конца дней будет скрываться?

А ещё Сага… Силла почти не позволяла себе думать о сестре, живущей среди врагов. Найди меня, сестра, — говорила девочка, и Силла поклялась это сделать.

Будущее её было окутано туманом. Опасности ещё ждут впереди. И всё же… Силла вдруг поймала себя на том, что тихо напевает.

ЭПИЛОГ

ЗАМОК АСКАБОРГ, СУННАВИК

Сага Вольсик верила во многие вещи: что чашка настоя тысячелистника по утрам полезна для здоровья; что, вопреки словам приёмной матери, чёрный это вполне подходящий цвет для дамы высокого ранга; и что жители Южного Континента владеют самыми великолепными ругательствами на всём свете.

Но больше всего Сага верила в удачу. Кто-то скажет, что жизнь это всего лишь игра вероятностей, где шансы на беду уравновешены шансами на счастье. Но Сага предпочитала думать иначе. Ей нравилась мысль, что судьба человека определяется при рождении, а свободная воля и выбор это лишь дополнения, не меняющие общего хода жизни.

Слишком уж заметно было, как некоторым людям просто везёт. Солнце будто светит только им, цветы распускаются прямо под ногами этих раздражающе лёгких на подъём созданий. Всё у них складывается так легко, и, хуже всего то, что они ещё и думают, будто заслужили всё это.

Нет, хотелось закричать Саге. Вы не заслужили. Вам просто попалась счастливая рука, когда судьба раздавала карты.

Кто-то назвал бы её озлобленной. Но Сага знала, что такое вытянуть самую гнилую, самую чумную из всех возможных судеб. Вероятно, она цеплялась за эту мысль ради крохотного утешения, чтобы считать, что не сделала ничего, чтобы заслужить ту цепь кошмарных событий, что обрушилась на неё. Что в бесконечных вариациях того, как могла обернуться та ужасная ночь, её злосчастный жребий всегда привёл бы к краху.

Она родилась в семействе Вольсик — самом знаменитом роду во всём Исельдуре. И это, казалось бы, должно было означать везение. Но чем выше забрался, тем больнее падать. А Сага потеряла всё.

Свою семью.

Свою свободу.

Связь с рассудком.

Что касается последнего, надо признать: даже самому удачливому человеку было бы нелегко сохранить ясность ума после четырёх недель заточения в своих покоях. Сначала это казалось игрой. Сколько дней Сага сможет не выходить из комнат? К её неописуемой радости, недели проходили без вызовов. Порой ей казалось, будто о ней попросту забыли. Позволяла себе мечтать, что больше никогда не ступит в тот зал, где её окружают те, кто либо жалеет её, либо жаждет её смерти.

Но затем служанка Арлауг принесла весть: королева требует её присутствия. Так Сага впервые за месяц покинула свои покои, облачённая не в чёрное, а в сиреневое платье, дабы угодить вкусам приёмной матери.

И без того было непросто, остатки сна всё ещё цеплялись за её разум. Ей снилась сестра, снова и снова. Целый месяц одно и то же. Будто ей не хватало напоминаний о той ночи, когда её удача отвернулась от неё. Эта рука, обвивающая её талию, вырывающая из пальцев маленькой Эйсы. И боги, эти крики, такие отчаянные, до сих пор звенели в её голове.

Она попыталась заглушить их, когда последовала за Арлоуг по коридорам. За пределами безопасности своих покоев, пульс у Саги участился, а в груди становилось всё теснее с каждым шагом.

— Мне нехорошо, — попробовала она, когда они подошли к главной лестнице. Всё вокруг было слишком открыто, и ей пришлось схватиться за перила, чтобы не потерять равновесие.

Но Арлоуг была непреклонна:

— Её Величество приказала явиться, даже если вы при смерти.

— Не при смерти, — возразила Сага. — Хуже. Болезнь. Опасная. Очень заразная.

Арлоуг бросила на неё тяжёлый взгляд.

— Вши? — не сдавалась Сага. — Проказа?

Арлауг упрямо зашагала дальше.

— Ну, госпожа, всё не так уж страшно. Просто побеседуете с Её Высочеством и всё. Ничего сложного в том, чтобы потерпеть часок с улыбкой.

Само слово «улыбка» заставило губы Саги дрогнуть.

Избалованная девчонка не ценит, что у неё есть, — промелькнула мысль Арлоуг, острая, как шило.

Сага споткнулась на ступеньке.

Разве она не понимает, что люди в Суннавике голодают? Конечно, не понимает, слишком занята тем, чтобы жалеть себя. Я бы с радостью надела её платья и пила её роа и…

Сага стремительно снова воздвигла ментальные барьеры, скрыв за ними своё Чутьё. Нервы были натянуты до предела, она даже не заметила, как прорвало её защиту. Боги, ей нужно было собраться, прежде чем встретиться с Сигной.

Увидев, что Сага остановилась на лестнице, Арлоуг обернулась.

— Королева ясно дала понять: если ты не спустишься на своих двоих, она пошлёт Торира, чтобы тебя дотащили.

Лицо Саги ещё больше перекосилось.

— Иду, — буркнула она, возобновив спуск.

Когда они добрались до дверей в гостиную Сигны, у Саги учащённо забилось сердце, и она принялась возиться с перчатками. Арлоуг остановилась, пригладила светлые волосы Саги, потом пощипала ей щёки, чтобы придать им цвет.

Со вздохом служанка выдавила из себя натянутую улыбку:

— Прекрасное платье, правда. Хотя не понимаю, почему ты упорно носишь эти серьги с перьями зимоклыла, когда у тебя есть куда более достойные драгоценности.