Чтение онлайн

— Был тут один святоша заезжий, — задумчиво продолжил Ягир. — Распорядился было статую Ньир с площади убрать и в пыль растолочь. Ни к чему, говорил, нам, честным людям, сумеречные эльфийские боги. Никто, мол, не знает, что у них на уме.

О лунной богине эльфов Лиза знала немного — только из курса общей истории. До войны с эльфами святилища древних богов стояли во многих городах, а как изгнали остроухих прочь за Предел и Вечные горы, так и идолов прошлого порушили и в землю закопали.

— И как — растолкли в пыль? — полушёпотом спросила девушка.

— Только шапка от этого святоши и осталась, даже костей не нашли, — фыркнул лучник и надолго замолчал.

— Ты вот лучше расскажи нам, как цела и невредима через лес прошла? — полюбопытствовал Брун, оглаживая усы. — У нас не то, что девчонки, здоровые мужики с оружием и те ходят лесом только при свете дня. А уж если какие обозы с товаром, так купцы целый отряд охранников нанимают. Неспокойные здесь места, а кто говорит — проклятые. Мол, жили здесь прежде одни только гномы да птицы, а как пришли люди, так и осерчали на них и горы, и лес.

— Не помню, — искренне ответила Лиза, со страхом вспоминая прогулку по странной призрачной дороге. — Я испугалась, а потому по сторонам и не смотрела даже, шла и шла, словно с закрытыми глазами.

— Убежала, что ли, из дому? — спросил Ягир. На этот раз в его голосе вдруг прозвучали живые, человеческие нотки, хотя прежде девушка слышала в нём лишь сухой шелестящий металл.

— Убежала, — тихо сказала она.

Врать она не умела вообще. Не приходилось прежде, да и незачем было. Не говорить лишнего — да, в последние пару лет была нужда держать при себе многие соображения, но вот сочинять на ходу всяческие небылицы, как это умел делать Фредерик, Лиза никогда даже не пробовала.

— От кого? — Брун снял с широкого пояса плоскую флягу, откупорил её, понюхал содержимое и хлебнул из горлышка.

Она укуталась плотнее и теперь смотрела, как огонь, едва ли не выпрыгивая из камина, лижет свежую порцию дров. Больше всего на свете ей хотелось бы оказаться сейчас на чердаке, в их с Фредом маленькой каморке. Впервые с момента, когда она поспешно и решительно оставила родительский дом и без оглядки убежала из Фоллинге, ей вдруг захотелось, чтобы всё происходящее оказалось длинным сумрачным сном. Чтобы она открыла глаза, увидела рыжие затылки Элин и Молли, услышала звонкий голос матери, зовущей к ужину, и мягкий бас отца, наставляющий Фреда прежде, чем тот совершит очередное безумство на заднем дворе. Они жили слишком лёгкой, простой и беззаботной жизнью, были слишком близки и дружны, прежде чем всё вдруг изменилось бесповоротно и окончательно.

— От замужества, — со вздохом ответила Лиза, с трудом сдерживая подступившие слёзы.

Всё изменилось бы даже в том случае, останься она дома…

— Чего? — недоверчиво обернулся Ягир, смерив её неприязненным взглядом. — Да кому ты нужна-то, немочь бледная, кожа да кости. К тому же, магичка.

Было видно, что стражник сильно пожалел о своём минутном сочувствии и теперь всячески пытается исправить ситуацию.

— А по-моему, вполне красавица, — улыбнулся усатый Брун, и его щеки стали похожи на румяные помидоры. — Хотя откормить не помешало бы, это верно. Ну, если в Академию поступишь, там студенты не бедствуют. Графиня лично следит, чтобы всякому, даже из бедного народа, студенту, выделяли и паёк, и форму, и учебники.

— Она волшебница? — робко улыбнулась Лиза.

— Скорее, ведьма, — вставил лучник, поднимаясь со скрипучего стула. — Пройдусь. Неспокойно что-то нынче вечером.

— Отдыхай, — сказал Брун и тоже вышел прочь.

Девушка устроилась на скамейке, поджала ноги так, чтобы они уместились под жёстким, но таким тёплым одеялом и вздохнула. Волны тепла укачивали её, и глаза закрывались сами собой, помимо её воли. «Подремлю совсем недолго, а потом встану и умоюсь водой из кадки», — решила про себя Лиза и моментально провалилась в глубокий сон. Во сне она шла и шла по бесконечной дороге, а рядом с ней шёл призрачный незнакомец, так и не назвавший своего имени.

Девушка очнулась от звонкого собачьего лая и откинула с головы одеяло. В распахнутое окошко, что смотрело внутрь широкого двора, светило солнце. Удивлённая Лиза вскочила на ноги, не сразу сообразив, что находится в помещении не одна: хмурый лучник стоял возле потухшего камина и с мрачным интересом изучал «Учебник для искателей первого года обучения», оставленный волшебницей подсушиться на низком табурете. Заметив движение, стражник небрежно захлопнул книжицу и вернул на место.

— Забавно, — хрипло произнёс он безо всякой улыбки на сухощавом лице. — Сначала все дети как дети, изучают заклинания, читают книжки, а потом одни уходят в леса и зарываются под землю, а другие хватаются за огненные мечи и идут их резать… Что же такое этот ваш дар, если не наказание от богов?

— Наверное, — Лиза поспешно натянула мантию и взяла со спинки стула высохшие чулки, — наверное, это зависит от того, как распорядишься своим даром.

— Судя по этому, — он указал небритым рыжеватым подбородком на учебник Вольдемара Гвинты, — ты уже придумала, как им распорядиться?

— Нет, — покачала головой девушка. — В инквизиторы меня точно не возьмут.

Она хотела было добавить, что это всего лишь книга, что человека не стоит судить по одной-единственной книге из дорожной сумки, но не решилась. Неприязненное выражение на лице мужчины не располагало к продолжению разговора.

— Это славно, — почему-то ответил Ягир, наблюдая, как ночная гостья зашнуровывает ботинки. — Как выйдешь на площадь, ступай прямо к горе.

— Спасибо, что впустили меня, — поблагодарила Лиза, подхватывая дорожную сумку.

— Я этого не делал, — мужчина брезгливо дёрнул плечом и указал волшебнице на дверь.

Она уже переступила порог и начала спускаться по лестнице с узкими и крутыми ступенями, когда услышала брошенное напоследок ей в спину: «Была бы моя воля, я бы таких, как ты, в корыте топил сразу после рождения. Проклятые маги, чтоб вам всем пусто было…»

***

Несколько долгих минут Лиза только удивлённо смотрела вверх, задрав голову, не в силах сдвинуться с места. К Академии её привела длинная и красивая дорожка из разноцветных камней, выложенных в виде мозаики. По обе стороны от неё тянулась живая изгородь из блестящих тёмной зеленью кустов самшита, торжественных свечевидных тисов и голубоватого раскидистого можжевельника. За ней располагались незнакомые причудливые деревья с изогнутыми стволами и кривыми извилистыми ветвями, свисающими до самой земли.

Трава здесь была короткой и серебристой, она едва прикрыла бы щиколотки желающему прогуляться по ухоженным газонам. Кое-где среди извивающихся деревьев виднелись статуи волшебников — людей, эльфов и даже странных птицеподобных созданий с раскинутыми в стороны крыльями. Лиза тут же вспомнила рассказ профессора Ильсена о птичьих оборотнях, некогда населявших Вечные горы. Должно быть, в далёком прошлом и люди-птицы, равно как и эльфы, жили среди людей и даже учились или преподавали в Академии.