Чтение онлайн

— Отрава, — снова прошептала она.

— Сам знаю! — рявкнул юноша, силясь отыскать в карманах платья ещё один пузырёк. Первый безнадёжно затерялся в темноте. Второго не было, должно быть, Лиза не рассчитывала, что он может понадобиться, или попросту истратила все восстанавливающие силы зелья на подготовку к экзаменам. Фред стащил куртку, скомкал и осторожно положил под голову сестры. Засучил рукава:

— Ладно, Лиз. Попробуем…

Сияющий целительный свет окутал его ладони, но, стоило поднести их к груди бесчувственной некромантки, как он тут же побледнел и угас. Юноша припал к её груди, выслушивая пульс. Эльфийка присела тут же, склонила кудрявую головку:

— Живая, — и потрогала щёку девушки тыльной стороной руки.

— Не трогай её, — Фред отпихнул лесную бестию, запоздало сообразив, что она ранена.

Дикарка отскочила, удержавшись на ногах, осталась поодаль. Он активировал лечащее заклинание снова, потом ещё раз и ещё, но ничего не выходило — энергия просто рассеивалась в окружающую тьму, словно Лиза до сих пор была окутана непроницаемым коконом. Фред поднялся на ноги, прошёлся туда-сюда, сминая высоченные стебли полыни и кусая согнутые в кулак пальцы. Затем вернулся к сестре, примерился и выпустил в неё тончайшую искрящуюся молнию. Тело Лизы вздрогнуло от разряда, и она очнулась.

Над головой раскинулось бескрайнее небо, белый с серебром глаз луны был похож на неровную дырку в бархатном, усыпанным точками звёзд, покрывале. Девушка сидела, обхватив руками пульсирующую от боли голову. Эльфийка пыталась что-то отцепить от своего пояса, шипя от боли и негодования. В конце концов, в её ладони сверкнула странная треугольная вещица. Дикарка протянула её Лизе:

— Возьми… надо прятать. Людям не нравится.

— Что это? — удивилась девушка.

— Тебе, — подтверждающе кивнула эльфийка. — Прощай.

Значок был похож на сплетённый и спаянный из медных проволочек трилистник. Он казался Лизе странно знакомым, будто когда-то очень давно, совсем в глубоком детстве она видела такой же у кого-то. У мамы. Да, у мамы в маленькой костяной шкатулке. В центре трилистника тогда ещё была прозрачная розовая бусина. Кажется. Если всё это вообще было. Лиза потрясла головой: реальность странно двоилась, будто бы она минуту назад видела себя лежащей без чувств, а потом — бежала к дому, где горели все огни, даже во дворе, где мать с отцом искали их с Фредом, звали.

— Зачем дарить безделушку, которую всё равно придётся прятать от людей? — возмутился Фредерик. — Можешь просто бежать в свой лес, нам не нужны подарки.

Тёмно-изумрудные, почти чёрные сейчас глаза дикарки остановились на его лице. Она сделала пару шагов, подняла голову и неожиданно чисто произнесла:

— Тебе тоже будет награда. Потом.

Готовый тут же возразить, Фред вдруг странно примолк и смутился. Должно быть, ему только померещилось в голосе спасённой девушки тщательно завуалированное обещание чего-то не совсем обычного. Отчего мысли вдруг начали путаться, а кровь прилила к щекам.

Эльфийка тихо попятилась, в последний раз прикоснулась к Лизе — щекой к её худенькому плечу, развернулась и исчезла в высокой траве.

— Фред, — Лиза посмотрела на чуть колышущиеся стебли. — Мы это сделали. Представляешь? Ты представляешь, что будет завтра на рассвете?

Он обернулся с кривой улыбкой:

— Да. Экзамен. А ты едва стоишь на ногах. Я пытался лечить…

— Лечить? — воскликнула Лиза. — Нет, это бесполезно. После этого заклинания на несколько часов остаются следы, делающие исцеление невозможным.

— Замечательно, — хмуро сказал юноша. — Только этого и не хватает, чтобы обо всём узнал отец. Остаточных излучений этой тёмной дряни.

Они шли по тропинке в сторону домов, что выстроились в ряд и были окружены пышными садами из яблонь и груш. Где-то далеко бухал сторожевой пёс. Снова трещали неугомонные насекомые, и над низинами собирались облачка предутреннего тумана. Дом Сандбергов спал. Никто не бегал по двору с зажженным фонарём, не кричал и не паниковал.

Лиза бессильно привалилась к стене дома. Фред погладил её по руке:

— Мы это сделали. Значит, всё было не зря.

— Что она имела в виду, когда пообещала тебе награду? — тихо спросила девушка.

— Понятия не имею, — прошептал юноша со странным чувством, будто всё прекрасно понимает и сейчас лишь из смущения не желает рассказывать об этом сестре. Впрочем, он тут же увёл разговор в сторону, понадеявшись, что Лиза ничего не заметит: — Завтра на рассвете все эти люди, которые кричали про отравленные колодцы, умерших зимой младенцев и больных коров, придут на площадь и устроят разборки инспектору Ордена. Меня согревает эта мысль жарче любой другой награды. Ему придётся вертеться перед толпой, как на сковородке!

— Очень надеюсь, что ему достанется… в том числе и от его начальства, — вздохнула Лиза устало.

— Как ты думаешь, что означает эта её безделушка? — улыбнулся Фред, когда увидел, что сестра крутит между пальцев странный треугольник.

— Не знаю, Фред. Но я узнаю, обязательно узнаю. Только вряд ли эта штука поможет нам на завтрашнем экзамене, в ней нет никакой магии.

Брат внимательно посмотрел на Лизу:

— Тебе уже лучше?.. Кажется, мы действительно сбили их со следа…

— Да, всё в порядке. Ну, почти. Пойдём в дом. Надо попытаться уснуть.

Опыт введения профилактических проверок среди учащихся магических классов и младших курсов академий с целью выявления предрасположенности к запрещённым искусствам дал прямо противоположный результат. Студенты и школьники начали проявлять повышенный интерес к магии призыва теней и некромантии, поэтому экзаменационные проверки были отменены спустя три года после введения. В настоящее время преподавателям и кураторам рекомендуется составление актов наблюдений и протоколов выявления нарушений среди учащихся с дальнейшей передачей сведений в Инспекцию Отдела магического контроля. (Вольдемар Гвинта, Учебник для искателей первого года обучения)

— Полевые цветы? — воскликнула председатель экзаменационной комиссии, мелкими шажками вкатываясь в классную комнату и восхищённо всплёскивая руками. — Как мило!

Она была невысокой круглой дамочкой средних лет, одетой в плотно сидящий костюм из коричневого шёлка. Волосы волшебницы были начёсаны, взбиты и сколоты на затылке, золотисто-красные, большие. Их венчала смешная заколка с длинными и тонкими перьями какой-то птицы.

— Вот это луковица, — прошептал Фред, и все мистики захихикали, — даже перья зелёные!