Чтение онлайн

— Лизабет Сандберг, — ответила она. — А теперь уходи!

— Ты понравилась мне, маленькая лгунья, — весело прошелестел дух над самой головой девушки. — Эта фамилия тебе не принадлежит, но я запишу её в свои архивы. Прощай!

В то же мгновение Дагнир Флеминг растворился в воздухе и усыпальница, окутанная призрачным светом, погрузилась в неприятную тьму. Лиза медленно опустилась на пол и вытерла выступивший на лбу холодный пот. Перед глазами метались отсветы потустороннего огня, в ушах звенели несуществующие голоса.

— Бесполезное мероприятие, — заявил Тэрон, присев рядом с ученицей и сунув факел едва ли не ей в лицо. Лиза испуганно отшатнулась. — Он узнал от нас больше, чем мы от него!

— Мне жаль, — прошептала Лиза.

— Он сказал починить мост и заключить союз с мертвецами, — размеренно и холодно произнесла графиня Агата, к которой уже вернулось самообладание. — Мы так и сделаем, друзья мои. Мы попросим о помощи тех, кто никогда не спит. Кто не боится. Тех, кто не предаст меня, когда все другие кинутся спасать свои жизни.

— Вампиры, — магистр поднялся на ноги и встретился глазами с Агатой. Она улыбалась.

Душераздирающий вопль за спиной Мередит Крайсен прервался глухим ударом, захлебнулся и перешёл в бессильный вой. Она не оборачивалась: залитое кровью и потом лицо бывшего подчинённого было ей омерзительно. Женщина смотрела, как на стенах Железной крепости вспыхивают ночные огни. Чаще всего их разжигали маги Ордена, но сегодня в дозоре был отряд, почти полностью состоящий из воинов, а потому они пользовались факелами. Сквозь толщу стекла могло показаться, будто бы крепость охватывает пламя пожара.

— Знаешь ли ты, что невежественные жители графства Трир не сжигают своих мертвецов? — спросила она, когда допрашиваемый затих. — Они обмазывают их древесной смолой и уксусом, а после запечатывают в гробницах и ходят к ним на поклон, точно к святыням…

Виктор не ответил. Голова его бессильно свешивалась, с подбородка на окровавленную грудь продолжали стекать алые струйки. Мередит приблизилась, и палач ухватил мужчину за волосы на затылке и заставил посмотреть на своего командира.

— В стенах города и Тёмном лесу они укрывают тех, кто бежал от правосудия — убийц, грабителей, насильников, чёрных магов, — продолжала она, в отчаянии покусывая губы. — Что касается Академии, то есть сведения о подземных ходах, ведущих через тоннели Вечных гор в эльфийские земли. Ты всё ещё сомневаешься в справедливости грядущего мероприятия?

— Не… сомневаюсь… — прохрипел он и попытался сплюнуть накопившуюся во рту кровь.

— Тогда как ты мог отпустить девчонку? Ты ведь знал, что эта эльфийка — одна из ручных зверушек графини Агаты Флеминг! Ты знал, сколько сил и ресурсов было вложено в её поимку!

Искательница ударила бы его снова, но на измученном лице уже не осталось живого места. Мередит положила руку на рукоять кинжала, что был закреплён на поясе.

— Я уже… уже говорил, — выдохнул Виктор. — Её золотые глаза…

Всё это продолжалось уже третий час, но, несмотря на тяжёлые кулаки и инструменты палача, к признаниям не добавилось ни единой ниточки, чтобы можно было бы ухватиться. Из сказанного вырисовывалась картина, примириться с которой у Мередит не было никаких сил. Отряд Ордена из пяти человек во главе с Виктором от самого Йелльвара преследовал прыткую маленькую лесную эльфийку. Благодаря одному из лучших мистиков отряда мерзавку удалось схватить и связать, после чего начинались подлинные чудеса.

Ни один из выживших членов отряда не мог вспомнить ничего, кроме очаровывающего взгляда её развратных золотистых глаз и того факта, что капитан лично разрезал на эльфийке путы и на руках отнёс её в свою палатку на ночной стоянке. Наутро мистик и целитель Ордена были найдены с перерезанными глотками, капитан оказался вдребезги пьян, а девчонки простыл и след.

— Она не человек, — после долгого молчания прошептал разбитыми губами Виктор, тут же исправившись, — не эльф. Никогда не видел… таких тварей раньше.

— И не увидишь, — коротко сказала искательница. — Ты сам подписал себе приговор.

Он знал, что добиться милосердия от этой женщины невозможно, но сейчас, когда боль немного отступила и стало понятно, что вопросов больше не будет, ему пришло в голову попытаться.

— Как ты собираешься… казнить меня?

— Наказание за твоё предательство послужит уроком для всех остальных, — прищурилась Мередит.

— Хочешь поджарить меня, как какого-нибудь поганого некроманта, да? После стольких лет верной службы? — усмешка придала бойцу сил, заплывшие глаза его на миг прояснились.

— Я позволю тебе выбрать способ казни. Считай это подарком за прежние заслуги, — решила искательница и приготовилась уходить.

— Когда?.. — донеслось уже ей в спину.

— При свете дня, разумеется, — бросила она через плечо и быстрым шагом покинула тюремное крыло.

***

С далёкого моря налетел ураганный ветер, вновь разметал в клочья пушистый снежный покров, которым укутался за день сонный Трир. Холодная и мокрая буря рвала ветви с деревьев в графском саду и билась о чёрные камни старого замка, надеясь попасть внутрь. Агата теребила в руках шёлковые кисточки шали и всё никак не могла успокоиться, нервно расхаживая по гостиной. Причина её переживаний, впрочем, была цела и невредима, если не считать пары синяков и царапин на лице и запястьях.

— Никогда, — сказала, наконец, графиня эльфийке, что грелась у камина в объятиях молчаливого убийцы, — никогда больше не отпущу тебя одну, Тесса.

Эльф гладил сестру по спине и распущенным волосам, и в его движениях выражалось полное согласие с покровительницей. «Я тоже», — словно говорил он, прижимая девушку к себе и накручивая светлые локоны на пальцы.

— Будь я не одна, — подала голос Тесса, — мне не удалось бы очаровать искателей. Они бы заподозрили неладное. Капитан оказался крепким орешком! Долго не поддавался чарам.

— Ты едва не угодила в Железную крепость! — в отчаянии топнула каблуком графиня.

— И всё же не угодила, — беспечно пожала плечами златоглазая бесстыдница и выпуталась из объятий брата. — Разве можете вы сказать, что послали меня в Йелльвар зря, ваша светлость?

Тесса грациозно растянулась на медвежьей шкуре, что лежала у очага и подперла очаровательную головку согнутой рукой. Агата не выдержала, покачала головой и утёрла краешком шали ползущую по щеке слезинку. Мысль о том, что она могла бы потерять одного из своих приёмных эльфят, пронзала её раз за разом точно ледяное копьё. Ни подогретое вино, ни натопленная гостиная не могли унять её дрожи.