Дорога на Дамаск
Шрифт:
Елена видела по глазам отца, что в его голове закружился рой воспоминаний. Она уже выходила в информационную сеть Вишну с помощью компьютера, купленного ей отцом, и нашла там историческую справку о событиях на Этене. На протяжении следующих двух .часов она не только узнала о них правду, но и воспылала ненавистью к своим бывшим учителям, которые постоянно лгали ей и другим джефферсонским школьникам. А ведь именно из-за их лжи она чуть не разрушила свои отношения с отцом, которого на других планетах называют не иначе, как спасителем человечества!
Конечно, Саймон не хотел, чтобы его дочь сделала шаг в преисподнюю и лицом к лицу столкнулась с тем адом, который ему пришлось пережить. Он не хотел всю оставшуюся жизнь читать страшные воспоминания в ее глазах или сжимать в руках пришедшую на дочь похоронку. И все-таки он дал ей множество полезных советов, объяснил, что и как лучше делать, и даже сам начал ее кое к чему готовить, чтобы помочь Елене закончить эти курсы целой и невредимой. Кроме того, и Саймон в свою очередь понял, что после их окончания его дочь не собирается поступать ни в одно из военных училищ при Окружном командовании. По крайней мере, не раньше, чем решит более насущные проблемы…
В раздевалке Елена убрала в шкафчик ненужные ей сейчас вещи и направилась на полигон, находившийся за школьным спортзалом. В этом семестре слушатели программы Конкордата занимались боевыми искусствами, и сегодня Елене предстояла не одна жаркая схватка. На площадке за школой была беговая дорожка. Дул холодный осенний ветер, пришпоривая бегунов, вынуждал их мчаться с ним наперегонки. Елена обогнула дорожку и зашла в спортзал через заднюю дверь, чтобы побыстрее добраться до полигона.
В спортзале воняло хлоркой из бассейна, потом, грязными носками и тальком. Одни спортсмены тренировались на снарядах, другие отрабатывали бег на сто метров перед трибунами. В углу зала двадцать потных молодых людей носились с мячом под висевшими на стенах кольцами.
Отношения Елены со звездами школьного спорта были еще хуже, чем с остальными учащимися. Спортсмены считали ее высокомерной замухрышкой за то, что она не восхищалась их умением забрасывать мяч в корзину.
Ни на кого не глядя, Елена молча прошла через зал. На нее тоже никто не обернулся. Казалось, на девочке шапка-невидимка.
Елена спустилась в подвал к раздевалкам, где лежала военная форма. Там она внезапно увидела такое, что остановилась на месте как вкопанная. Внизу восемь или десять прыщавых юнцов джабовских семей прижали к стенке школьницу, которая, как догадывалась Елена, была беженкой из Каламетского каньона. Они зажали ей рот ладонью и тащили в мужскую раздевалку.
Парни были так захвачены своим гнусным делом, что не заметили появления Елены и не слышали, как она открыла дверь.
Елена знала жертву в лицо. Девочку звали Дэна Миндел. Ей недавно исполнилось пятнадцать лет. Ходили слухи, что ее вместе с родителями недавно переправили с Джефферсона тамошние повстанцы, которых с каждым днем становилось все больше и больше. Елена сжала отполированное временем дерево перил с такой силой, что у нее захрустели пальцы. Ей были понятны намерения юных джабовцев. Они хотели унизить Дэну Миндел, желали продемонстрировать ей и другим беженцам, что, хотя те и сумели скрыться с Джефферсона, ДЖАБ’а все равно считает их отребьем и властна над их судьбами даже на Вишну.
На цыпочках Елена поднялась в помещение с инвентарем и снарядами. Там она взяла корзину с бейсбольными мячами, спортивный деревянный меч и пригоршню метательных звезд. По соображениям безопасности у них были затуплены грани и концы, но в умелых руках они могли быть опасным оружием…
Потом Елена бесшумно проскользнула на лестницу. Урок уже начался, и вокруг никого не было. Спустившись к дверям коридора, ведущего к мужской раздевалке, Елена осторожно заглянула в стеклянное окошко двери. Один из мерзавцев остался караулить возле нее. Впрочем, он стоял к ней спиной и тянул изо всех сил шею к углу, стараясь получше разглядеть происходившее. Это стало его первой и роковой ошибкой.
Елена беззвучно отворила дверь. Теперь ей были хорошо слышны пронзительные стоны жертвы и гогот парней. Потом затрещала одежда. Вот кто-то врезал девочке оплеуху. Елена прикидывала, где именно находятся Дэна и ее палачи, но звук расстегиваемых молний заставил ее поспешить.
Взяв меч в левую руку, она изо всех сил запустила тяжелым кожаным мячом в голову стоявшего в коридоре парня. Мяч ударил его над самым ухом, и он рухнул на пол. Стук явно привлек чье-то внимание.
«Что за черт!..» — выругался кто-то высоким ломающимся голосом.
Елена не дала мерзавцам опомниться. Выпрыгнув из-за угла, она высыпала всю корзину мячей прямо под ноги поднимавшимся с пола насильникам. Пока те спотыкались о мячи, Елена начала кидать в них метательными звездами, стараясь попасть в пах, в глаз или в горло. Половина парней с воплями тут же попадала на пол. Остальные бросились на Елену. Первые двое получили деревянным мечом с такой силой, что у них хрустнули кости.
Присев, Елена без труда уклонилась от беспорядочных ударов ринувшихся на нее молодчиков и сумела толкнуть их в спины так удачно, что они с размаха врезались в стену. Елена перемещалась легко и свободно. Она держала в поле зрения весь коридор, прикидывая, как действовать дальше. Она видела и слышала все, даже раздавшиеся на лестнице голоса. Кто-то говорил на диалекте каламетских фермеров. Девочку, лежавшую у ног Елены, уже искали. Голоса все еще звучали где-то наверху, когда последний из устоявших на ногах несостоявшихся насильников попытался удрать вглубь коридора, но запнулся о мяч и растянулся на полу. Елена шагнула к нему и пнула его в висок. Не так сильно, чтобы убить, но достаточно, чтобы парень больше не дергался. Тяжело дыша, Елена несколько мгновений стояла среди неподвижных тел и наконец с удивлением поняла, что победила.
Схватка длилась не больше минуты. Дэна съежилась на полу, всхлипывала и дрожала. Ее платье и белье были изорваны в клочья. Елена присела над девочкой и вложила в ее трясущиеся пальцы рукоять деревянного меча. Дэна подняла глаза и наконец поняла, кто перед ней. Потом она услышала голоса друзей, повернулась к двери и попыталась что-то крикнуть в ответ, но ее горло издало лишь чуть слышный хрип.
— Сюда! — крикнула Елена так громко, что Дэна вновь задрожала. — Сюда! В мужскую раздевалку!
Потом Елена бросилась бежать, перепрыгивая через мячи. Через заднюю дверь раздевалки она выбежала в коридор, пронеслась мимо помещений для борцов и штангистов и снова оказалась в большом зале, по которому и проследовала неторопливой походкой ко второй лестнице, ведущей в женскую раздевалку. Пройдя мимо бревен и брусьев, на которых занимались гимнастки, девочка добралась до нужного ей помещения, надела военную форму и явилась на полигон всего с четырехминутным опозданием. Но сосредоточиться на том, что говорил и показывал инструктор, ей было трудно. Первый шок прошел, и Елену захлестнул целый круговорот мыслей и чувств, — лютая ненависть, от которой ее всю трясло, страх того, что ее исключат из школы или даже посадят в тюрьму по обвинениям очнувшихся негодяев… Вместе с этим Елену терзала боль, которая, оказывается, еще не утихла и стала только сильнее. Ведь подонки, которых она чуть не убила возле раздевалки, в сущности, ничем не отличались от тех, кто застрелили ее маму!
Сегодня в каждый удар по спортивным снарядам Елена вкладывала всю свою ненависть.
А что могло произойти, если бы не появились друзья Дэны? Неужели она убила бы этих парней?! А как ей этого хотелось! И она вполне могла это сделать!
Елену трясло от ярости, и ее удары были неточными.
«Какой же из меня выйдет военный?! — упрекала себя девочка. — Но ведь папа никогда не говорил мне, что должен чувствовать офицер после боя и как ему бороться с ослепляющей ненавистью!»
Она кое-как дотянула до конца занятия, которое к тому же было прервано появлением полиции и «скорой помощи». Вместе с остальными курсантами Елена следила за тем, как автомобили умчались под вой сирен в ближайшую больницу, и ждала, что ее вот-вот арестуют полицейские, допрашивавшие учителей и других учащихся, но никто даже не взглянул в ее сторону.