Чтение онлайн

Мама, наконец, улыбнулась.

– - Ничего они без меня не построят. Не только коммунизм. Они без меня не смогут сделать правильный расчет котла, и он взорвется. И будет много жертв. Я не могу этого допустить.

– - Ах, какая сознательность! Но обрати внимание: ты сказала -- "они".

– - Что поделаешь, Света. Сколько бы я ни твердила "мы", ничего не изменится, о нас говорят "они". Может, у тебя будет все по-другому. У твоих детей. Хотя... смотря за кого ты выйдешь замуж...

Она замолчала, обе они молчали. Потом мама сказала, без тени грусти, без пафоса, ровным таким голосом:

– - Что делать? Мы здесь родились, мы не выбирали место, где родиться. Зачем выбирать -- где умереть?

– - Ма!

– - Что "ма"? Умирать все равно придется, хочешь не хочешь, -- она произнесла "хошь-не-хошь".
– - А здесь я хоть пользу приношу. И работу свою люблю. Но чего это вдруг? Это так дурно влияют на тебя твои друзья-сионисты?

– - Какие они сионисты?
– - вдруг, как часто бывало в разговоре с мамой, она высказала то, о чем раньше не думала, что только смутно ощущала.
– - Они подпольные евреи. И те, кто половинки, и те, кто целые. Те, кто целые, конечно, пишут в анкетах, как положено. Но никто из них не выйдет на площадь с шестиконечной звездой.

– - И правильно, -- сказала мама.
– - Это было бы глупо. Они собираются уезжать?

– - Ни, боже мой! За океан их никто не зовет. О Ближнем Востоке они и думать не хотят. Но как приятно рассказывать, что был в Прибалтике, заходил в синагогу и -- ax!
– - какое снизошло на него озарение. А в Ленинграде встречался с дядей-отказником. Та-ай-но!

– - Светка, -- мама ласково погладила ее распущенные волосы, -- бросай ты эту сомнительную муть. Ехать в самом деле некуда. В лапы к арабам? Если уезжать, то только за океан. Они правы. Но ведь и там все чужое.

– - А здесь -- свое?

– - А ты не чувствуешь, что это -- твое?

– - Пожалуй, да.

– - Ну вот, значит, все в порядке. Кончай дипломную работу...
– - мама помедлила, потом решилась:

– - Ты за кого-то из них собираешься замуж?

– - А ты бы хотела, чтобы я за кого-то из них вышла замуж?

– - Светка, не отвечай вопросом на вопрос.

– - Но все-таки?

– - Я ведь не слепая, вижу, как некоторые на тебя смотрят.

– - Пусть смотрят, если им приятно.

– - А тебе?

– - Как-то скучно.

– - Скучно? Мне казалось, тебе с ними интересно.

– - Было. Раньше. Но, понимаешь, все это как-то ненадежно. Ненастоящее. Хотя они все прекрасно учатся и, наверное, чего-то все-таки смогут добиться.

– - А где настоящее?

– - Не знаю.

– - Но к концу учебы девочки стараются как-то устроить свою личную жизнь, -осторожно сказала мама.

– - Я не хочу "как-то". Не хочу.

– - Пожалуй, ты права.

Вот такой разговор вспомнился Светлане в какую-то из бессонных ночей на гостиничной койке. Сейчас, спустя столько лет, она вспоминала свою юность с чувством щемящей грусти. Это было. И хорошо, что было. Но, слава Богу, осталось в прошлом. Слава Богу.

Светлана положила трубку и долго стояла, не двигаясь, полная нежности к маме и Светке. Казалось, она еще слышит их голоса. Потом сделала над собой усилие, вернулась в коридор, обула комнатные тапочки, стала снимать дорожную одежду.

Все было не так в этот ее приезд. Раньше, если не было дома Светки младшей, когда Светлана возвращалась после долгой и даже недолгой отлучки, он захлопывал дверь и не давал ей поменять обувь. Туфли слетали в воздухе.

– - Ой, -- отбивалась она не очень решительно, -- подожди, я приму душ.

– - Какой душ?
– - он обнимал ее крепче.
– - Я соскучился. Сейчас он прошел в комнату, включил телевизор, но не сел в кресло, стоял, она видела его длинную напряженную спину. Он что-то решил? Значит, он ей скажет.

Месяца два спустя после того разговора мама сказала:

– - Я вчера говорила с начальником, он может похлопотать о твоем назначении в наш институт. У нас как раз создают новый отдел, где будут нужны программисты.

– - Мама, -- Светлана подошла и обняла ее, -- мне не хочется у вас работать.
– - Она говорила медленно, искала слова, чтоб не обидеть маму.
– - Мне кажется, у вас стало немного душно. А мне хочется простора.

– - В молодости все этого хотят. Со мной тоже такое было.

– - Ну, вот видишь.

– - И где, ты думаешь, есть простор?

Сказать? Все равно надо сказать, а сейчас вроде бы легче.

– - Помнишь, я тебе говорила, что есть город, построенный на песке?

– - Светка, это очень ненадежно -- город на песке.

– - Ма! В самом деле. Оттого, что на песке, чисто, нет грязи. Город молодой, зеленый, красивый. Там куча всяких научных институтов, и берут на работу всех, даже евреев. Неделю назад приезжал к нам на факультет представитель фирмы, где делают вычислительную технику. Агитировал. Обещал интересную работу и койку в общежитии. Если бы я была замужем, дали бы в общежитии комнату.

– - Вот видишь, замужем...

– - Ма!

– - Ладно. И далеко этот город в пустыне?

– - Почему пустыня? Песчаный берег реки. И всего пять часов езды от нас.

– - Прекрасно, -- мама вздохнула и отошла от Светланы.
– - Пять часов -- всегда можно приехать. Это тебе не какая-нибудь Байкало-Амурская магистраль.

– - Что ты, -- Светлана повела плечиками.
– - Туда меня не тянет, ты меня не так воспитала.

– - Конечно. Я поумнела за последние четверть века. Меня-то воспитали так, что я чуть не уехала на целинные земли.

– - Мама, ты прелесть, -- Светлана подошла и чмокнула ее в щеку.

x x x

– - О!
– - сказал кто-то высокий и худой. Кажется, он только что вошел.
– - У вас новенькая!

Светлана сидела за первым в своей жизни рабочим столом в первый рабочий день. Стол ей поставили в углу, головы она не повернула, высокого видела боковым зрением. Понятно: "новенькая" -- это она. Странно -- как в первом классе. Только в голосе чуть-чуть насмешка. Знакомая манера. Но голос низкий, приятный.

– - Везет людям, а у нас приняли одних мужиков.

– - Ясное дело, -- ответили ему, -- у вас железки, дело мужское. Это очень неженственно -- железки.

– - Точно!
– - голос высокого.
– - Я обратил внимание на женственность ваших программ. Иногда такие номера выкидывают...

– - О чем спор?
– - сказал кто-то из сидящих в комнате.
– - Не работают ни программы, ни железки. Как в том анекдоте. Покупатель спрашивает в магазине, нет ли мяса, а продавец отвечает: "У нас нет рыбы, а мяса нет в отделе напротив".