Дорога сильных. На пороге мира
Шрифт:
Все это мелькнуло на краешке сознания, когда Виктор поднялся и шагнул вслед за греном Лусаром, который предпочел отойти в сторону. Дорогу Витьке заступил Снур. Лицо воина было таким, что парню захотелось врезать не только магу, но и ему.
– Даже не пробуй, – сказал тэн, угадав его мысли.
– Это его вина, – процедил, сплевывая слова, Виктор.
Ярость в груди призывала рвать и метать, и добраться наконец до чертова мага, чтоб тряхнуть его за дела прошлые и нынешние, но парень наступил ей на горло и продолжил спокойно, насколько мог:
– Взял и угробил здоровую девушку, просто так, опыта ради. Жаль ему, как же! С-с-с… – Виктор с трудом проглотил ругательство, выдохнул: – Стоит и не делает ничего, чтобы помочь. Не пытается даже.
Грен Лусар тронул джеррца за плечо, тот шагнул в сторону. Ритка скомандовала «вдох», и взор парня невольно упал на Олега, который, зажав пальцами нос Линды, накрыл своим ртом ее. Ни разу не эротично, но в груди шевельнулось что-то непонятное. Виктор стиснул зубы и кулаки, обернулся к мужчине. Взгляд заметался в поисках решения, хоть какого! Зацепился за виноватые глаза мага, губы, в складке которых злость, растерянность, опять сожаление, пробежался по цепочкам на его груди и остановился на амулете.
– Дай-ка мне эту штуку.
Тот, будто завороженный, глянул на крупный камень в массивной стальной оправе. Качнул головой.
– Опасно, слишком много здесь силы. И вам это не поможет.
– Делись давай, ей хуже уже не будет.
Маг молчал, сверлил взглядом. Витька шагнул ближе, сказал тихо:
– Если она умрет, тебе это никто не простит. Никогда. Сколько память ни правь. И кто тогда будет врагом? Разве торийцы?
И добавил, протягивая руку, сжатую до того в кулак:
– Давай уже, ну!
В ладонь лег амулет, теплый и тяжелый, и Виктор бросился обратно. На лбу Ритки блестели капельки пота, косы упали вперед, но девушка, ничего не замечая, давила и давила на грудь подруги, считала, командовала Олегу и щупала пульс в перерывах.
– Держи.
Маргариту при виде камня аж передернуло.
– Убери эту гадость! – выкрикнула она. – Не мешай, Вик! Мы… сейчас…
Она куснула губу и вернулась к работе.
– Просто попробуй. Возьми и влей силу, как Одрику, только разрядом.
Девушка переменилась в лице, в глазах зажглись по очереди понимание, надежда, сомнение.
– Дефибрилляция?
– Типа того.
– Я… не знаю, – выдохнула Марго. Пальцы ее на миг вцепились в рубашку Линды, словно в спасательный круг, но тут же ладони снова легли друг на друга и продолжили надавливания. – Не знаю. Что это за штука… и как с ней работать… вдруг она только берет? Вдруг мы сделаем хуже?
– Некуда хуже, – отрезал Виктор. – Ты ведьма и врач, у тебя все получится.
«Ты же не дашь ей умереть, правда?»
Хотел сказать, но промолчал, сунул только злосчастный амулет в руки. Рита вдохнула и выдохнула, камень нацелился на ложбинку между грудей Линды.
– Погоди! – окрикнул Павел.
На колени бросился, закрывая ладонями девушку от амулета.
– Чтоб тебя! Паша! – вскрикнула Рита.
– У нее что-то не так с контурами, ты разве не видишь? И на этом висит заклинание.
– Говорю же, у вас не выйдет, – устало произнес маг.
Пашка, такой спокойный обычно, сорвался на крик:
– Так помоги же!
– Чтоб тебя, Павел! Я не лекарь и не некромант, сколько вам говорить! Я не знаю, как возвращать людей к жизни! Никто не знает.
– Врач у нас есть. Просто рассей последнее, что было на камне, а мы сделаем остальное.
Грен Лусар пожал плечами. Движения его казались такими медленными, что хотелось для скорости дать пинка. Сделал несколько пассов, что-то прошептал. Паша кивнул и присел рядом с Линдой, его пальцы скользнули в рыжие волосы, обняли голову. Глядя на его сосредоточенное лицо, хотелось верить в успех. Хотелось, но… сколько минут прошло? Пять, десять? Или пятнадцать? Через какое время мозг погибает?
Время… это чертово время работает не на них!
– Давай! – скомандовал Пашка.
Ритка выдохнула и прижала камень к груди подруги. Раздался треск, сверкнула вспышка, тело Линды вздрогнуло, и Маргарита кинулась слушать сердце. Черные брови нахмурились, она вновь взялась за амулет.
– Еще! Еще! И… еще!
Рыжая выгнулась дугой, касаясь пола лишь затылком и копчиком, зеленые глаза распахнулись. Со всхлипом втянула воздух, рот открылся в беззвучном крике. Рита отдернула руки, и подруга закашлялась и обмякла, вновь теряя сознание.
Маргарита тронула ее шею, нащупала пульс. Медленно выпрямилась.
– Стучит, – шепнула она, словно не веря в то, что у них получилось. – Стучит! Чертовы маги, ненавижу вас всех!
Пряча слезы, ткнулась в плечо покрасневшему Пашке.
В голове у Витьки звенела пустота. Он смотрел на то, как вздымается тихонько и опускается грудь девушки, как Мия гладит ее ногу, а Олег перебирает рыжие волосы.
Жива.
Она снова жива.
– То, что вы сделали, – невероятно, – раздалось за спиной.
Обернулся резко. Маг смотрел внимательно, и было в его взгляде что-то такое, от чего зачесались вновь кулаки. Любопытство, холодный интерес ученого-экспериментатора.
– Да. Эти двое исправили твою ошибку.
Мужчина втянул резко воздух, процедил:
– Со всеми бывает, увы.
– Бывает. Только когда цена – чья-то жизнь, надо быть осторожнее. А не играть нами, будто мы и не люди, а так, зверюшки подопытные.
Маг поджал губы. Не привык, чтобы отчитывали. Но во взглядах ребят обожания поубавилось, некоторые так и вовсе волками смотрят. Потому выслушает грен все, что Витька сказать захочет, и даже к сведению примет.
– Лосху, – наконец сказал мужчина, протягивая ладонь. – Амулет-накопитель отдай.
Рита оторвалась от Пашкиного плеча, в темных глазах полыхнула злоба.
– Ага, разбежался! Линды мало? Еще кого-то угробить захотел?
– Рит, дай мне, – попросил Виктор, но смотрел при этом только на мага. – Опытов больше не будет. Ни зелий, ни заклинаний. Ничего без нашего ведома и согласия. Ведь так?
Народ сверлил взглядами, маг кивнул. А что ему оставалось? Конечно, сила и власть за ним, но, ломая ребят сейчас, рискуешь лишиться последних капель доверия. А они ой как ценны!