Чтение онлайн

Но потом что-то пошло не так. Я даже не поняла, что именно произошло. То ли яма, то ли камень, то ли у меня дрогнули руки, но мне сложно стало управлять байком. Перед начало заносить, я пыталась выровнять руль, начала резко сбрасывать скорость от растерянности, от чего байк повело еще сильнее. В следующую секунду — тишина, темнота. Страх пронзил все мое существо.

Дальше все обрывками, отрывками.

Кадр. Вокруг шум голосов, я не могу открыть глаза. Сколько прошло времени? Что со мной? Я проваливаюсь в темноту.

Кадр. Кто-то зовет меня по имени, нежно, напряженно, испуганно. И вновь темнота накрывает меня.

Кадр. Я открываю глаза и жмурюсь от ослепляющего света. Наверное, это фары стоящих рядом байков.

— Это ты виноват! — звучит злой голос.

— Тим, прекрати, — раздается тихий голос Майка в ответ.

— Нет, твою мать, не прекращу! — почти рычит Тим.

Я поворачиваю голову на шум и вижу, как кулак Тима врезается в лицо Майка. Вздрагиваю. Почему он это делает? Почему так себя ведем? И опять темнота.

Кадр. Я вижу белый потолок, мы куда-то едем.

— Сэм, — раздается тихий, взволнованный голос рядом.

Я поворачивает голову, вижу бледное, окровавленное лицо Майка. Видок у него тот еще. Хотя у меня, наверное, не лучше.

— Всё хорошо, — кажется, звук даже не вырывается из моего рта, только еле шевелятся губы.

— Что ты тут делаешь?

— Не твое собачье дело.

— Тим, отстать от неё. Ты ведь не умеешь серьезно, нормально. Ты сломаешь её, растопчешь.

— Почему ты еще с ней? После меня?

Воцаряется тишина. Я уже как пару минут как не сплю, но пытаюсь не выдать себя, желая дослушать разговор.

— Я люблю её, — звучит тихий голос Майка через какое-то время.

— Любишь? — это слово из уст Тима звучит так, будто это ругательство. — А она тебя? Явно нет, если легла под меня.

— Тим, прекрати, — голос Майка перестал быть спокойным и перешел в злое рычание.

— Мне посрать на твою любовь. Отвали от неё, — спокойно отчеканил Тим.

— Ты шутишь? — кажется, Майк был удивлен такому повороту событий.

— Я похож на шута?

В палате вновь воцарилась тишина. Я непроизвольно издала тихий стон, когда попробовала пошевелиться затекшим телом.

Медленно открыла глаза, жмурясь от яркого света. Я лежала в палате в больнице. Белый потолок, белые стены. Удивленно оглянувшись, увидела плазменный телевизор, цветы на тумбочке, кресло-качалку в углу. Вопросительно посмотрела на двух стоящих парней, которые внимательно следили за моим пробуждением.

— Как ты себя чувствуешь? — Майк подошел ближе и взял мою руку в свою.

— Пока не знаю, — хрипло ответила я, слова давались с трудом, как будто бы я месяц не произносила ни слова. — Что со мной?

— Слава Богу, ничего серьезного, — раздался ехидный голос Тима, который сверлил меня мрачным взглядом, но в отличие от Майка не подошел ближе.

— Пару синяков, ушибов, ссадин, — мягко проговорил Майк. — Ты родилась в рубашке. Небольшое сотрясение мозга, но тоже не критично.

— Эта палата… — начала я, ожидая пояснений.

— Её оплатил Тим, — подал голос Майк.

Я закусила губу, не понимая, что вообще происходит. Посмотрела в глаза Тима, пытаясь понять, что он думает, что он чувствует. Но его лицо было непроницаемо, а сверкающий взгляд внимательно изучал мое лицо, будто ища какие-то свои ответы.

— Я уничтожил твой байк, — вдруг сказал Тим.

— Что? — шокированно отозвалась я.

— Ты больше не сядешь за руль, — не спрашивая, а будто констатируя факт, отчеканил Тим.

Я растерянно посмотрела на Майка. Может, мне послышалось? Тим уничтожил мой байк? Который я только недавно купила? Который стоил полмиллиона?

Майк поймал мой взгляд, выпрямился. Видимо, по-своему интерпретировав его, резко повернулся к Тимуру, сжимая кулаки.

— Тим, тебе пора уйти.

— Или тебе? — ехидно вскинул Тим бровь.

— Что здесь происходит? С вами обоими? — недоуменно спросила я.

Два пронизывающих взгляда впились в меня.

— Ты перепугала нас до смерти, — тихо сказал Майк.

— Какая тебе разница? — я смотрела прямо в глаза Тима, адресуя вопрос только ему.

Я понимала поведение Майка, но поведение Тима — нет. А мне нужны были объяснения. Жизненно необходимы.

— Я не могу переживать за своего хорошего друга? — с усмешкой ответил Тим, смотря в мои глаза, не отрываясь.

Мои глаза удивленно расширились от его заявления.

— С каких пор мы стали друзьями? Тем более хорошими?

— А вот прямо сейчас, Сэээмми, — он растянул мое имя, перекатывая его на языке, так что по телу прошла дрожь.

Я подняла глаза к потолку, отказываясь понимать, что происходит. Отказываясь понимать этого сложного, невероятного, невыносимого мужчину. В которого я, кажется, была безумно влюблена. Это осознание прострелило как яркая молния. Я и до этого понимала, что дело пахнет влюбленностью, но только сейчас глубина моих чувств стала почему-то очевидна. Чем более странно, непонятно, неадекватно, загадочно он себя вел, тем больше я в него влюблялась. Я сумасшедшая, да?

— Когда меня выпишут?

— Скоро придет врач, и всё расскажет, — Майк вновь аккуратно сжал мою руку.

— Я хочу пить, можно?

Я посмотрела сначала на Тима, потом на Майка. Майк перевел взгляд с меня на друга. Хотя уже, наверное, на бывшего друга. Видимо, приняв какое-то решение, он кивнул.

— Я вернусь через пять минут, — и вышел.

Я нервно покусывала нижнюю губу. Решила, что нужно немного приподняться, чтобы не лежать, а полусидеть. Я была в больничном халате, из руки торчала капельница.

Тим молчал. Буравил меня взглядом, продолжая внимательно разглядывать и не сдвинулся с места. Я нахмурилась. Почему он такой? Сложный?

— Спасибо, — наконец, сказала я.

— За что?

— За палату, — изучая его лицо, на котором, кажется, нельзя было прочитать ни одной эмоции, ответила я.

Его лицо — удивительное. Теперь я считала именно так. Очень резкая, острая линия подбородка, особенно, когда он стоит боком. Сначала, когда они познакомились, ей показалось, что его лицо угловатое, жесткое, сейчас я считала его лицо красивым. Темные брови добавляли его лицу какую-то хищность, мрачность. И щетина… Я даже не могла вспомнить, когда видела его без щетины. Он был красив, теперь я была в этом уверена. Мрачность, жесткость, угловатость, резкость его черт — теперь я любила каждую эту деталь.