Чтение онлайн

– О! Уже чуток соображать начал, – удовлетворённо хмыкнул гражданский, и добавил, – Только не до конца.

Он начал рыться в горке вещей на столе и быстро выудил оттуда пачку сигарет Максима:

– Это для них вообще приманка номер один. Так они сразу понимают, что тут не просто раненая дичь, а живой иммунный. Не обращённый. И не животное какое-нибудь. А некоторые крутые твари могут чуять подобное и за километр. Но ты не боись. Вокруг крупных нет, они все уже по-любому в городе пируют. Да и я их чувствую, когда надо. А мы на стабе сейчас – сюда они редко заходят. Либо ушли отсюда давным-давно, либо передохли. И находится он в низине – звуки далеко не разлетаются, хоть и пошумели мы тут изрядно.

– Твари? – переспросил Максим, – И что значит – «чувствуешь»?

– Ну да. Сначала все топчутся как куклы безмозглые. Потом едят как не в себя. И тогда некоторые вымахивают до таких размеров, что закачаешься. А человеческий облик при этом меняют. Что же насчет того – как я их чувствую – потом расскажу, сейчас всё в башку твою не влезет, поверь.

– Понял, – сухо кивнул Ивернев, нахмурившись.

– Видел крутых монстров? – насторожился мужик, доставая фляжку из специального кармана на поясе.

– Нет. Но когда ехал по шоссе – на паре машин крыши сорваны были, и отметины, как будто динозавр потоптал, – пояснил Максим.

– Далеко?

– Километров десять-двенадцать.

– Ну, это нормально. В город убежали. Открывай рот… – мужик протянул флягу, от которой всё это время медленно-медленно отвинчивал крышку.

– Что это? Вода?

– Ага, вода-вода! – ухмыльнулся чернявый.

От горлышка пахнуло каким-то крепким алкоголем. Ивернев потянул носом.

– Да не ерепенься ты! Это настойка такая лечебная. Потом расскажу, как делается. Вон, твоему «коллеге» по несчастью уже помогло, – мужик указал на собровца.

Тот нехотя кивнул, подтверждая сказанное. Но глаза его всё равно внимательно изучали Максима.

Максим покорно глотнул жгучую субстанцию, похожую на коньяк. По телу вдруг разлилось тепло. Организм запросил ещё. Он потянулся к горлышку и мужик услужливо подставил флягу снова, ни капли не возражая.

Голова начала быстро проходить. Через глоток появилась ясность мыслей, и Максим буквально физически почувствовал, что виски понемногу начинают приходить в порядок. Живот уже не скручивало так, словно он хотел полностью избавиться от всего, что съел сегодня.

– Во-от, молодца! – похвалил мужик и начал закручивать пробку.

Ивернев с сожалением посмотрел на целебное зелье, но собеседник пояснил:

– Перебарщивать тоже не стоит. Минут через десять ещё выпьешь. Да и запасы у меня не безграничные. Цистерну живчика я за собой не таскаю – уж извините.

В этот момент в подполе раздался плач. Оба мужика синхронно дёрнулись к автоматам. Максим от досады чуть не крякнул. Ну сидели же тихо до этого. Но, как видно, кто-то из детей не выдержал. Громкие всхлипы явно напрягли обоих незнакомцев. Они вскочили, и собровец настороженно спросил, обращаясь к связанному Иверневу:

– Кто в подполе?

– Чего не слышишь что ли? Дети там, – угрюмо ответил Максим.

– Твои?

– Мои. Детдомовцы.

– Что там делают?

– От пуль спрятал, когда эти уроды нас гоп-стопнуть решили, – Максим кивнул в коридор на сидящий труп Окуня.

– А не врешь?

– Ну, так не будь дураком – открой, да посмотри, – устало процедил Ивернев, – Только жмура этого убери. Не надо им смотреть на такое лишний раз.

Тот вопросительно посмотрел на гражданского. Мужичок лишь пожал плечами:

– Чтобы твари имитировали плач – не слышал. Да и тупые они, когда слабые. А крутая тварь в такой люк просто не пролезет.

Боец строго глянул на Ивернева, затем вышел из комнаты, ухватил за ремни разгрузки убитого Окуня, и потащил его вглубь дома. Там послышался глухой шлепок бездыханного тела – бандита бросили в боковой комнате, где была спальня явно без излишних церемоний. Всё это время чернявый не сводил глаз с Максима, лишь изредка посматривая настороженно на люк и прислушиваясь. Собровец вернулся и нагнулся над дверцей в полу. Откинул её и тут же отпрянул в сторону. Снова пахнуло сыростью.

Боец удивленно отпрянул:

– Дети. Нормальные причём.

Максим не выдержал и буркнул язвительно:

– Ну так ненормальные они бы урчали как собаки, а не плакали…

Мужичок вытянул шею и восхищенно покачал головой:

– Об-бал-деть! И все иммунные что ли? А вес какой?

– Зачем тебе их вес, – тут же напрягся Ивернев, памятуя о странном списке бандитов.

– Да тут такое дело. Дети вроде бы тоже заражаются, но превращаться в заражённых начинают любые всеядные животные и люди от пятнадцати или семнадцати килограмм. Ну или около того. Плюс-минус. А тут, если считать с тобой вместе, сразу пятеро иммунных. Вы всё время вместе были, или ты их пособирал по разным местам? – спросил мужик с интересом.

– Да, уже несколько часов как с утра, – ответил Максим.

– Тогда это прямо нонсенс какой-то, – покачал головой чернявый и объяснил, – Такого не бывает почти никогда. Невероятная редкость. Шансы стать иммунным очень малы. А они вон хоть и худые, однако почти все уже большенькие. Явно по весу уже в опасной стадии. Эй, ребятня, вылезайте. Мы ничего Вам не сделаем. Даю слово!

– А если они потом начнут превращаться? – недоверчиво поинтересовался собровец.

– Я же уже всё объяснял. Не начнут. Они в этот мир на быстром кластере попали – перерождение уже бы закончилось даже у самых тормознутых в этом плане. Тем более, этот новичок явно с самого начала их с собой таскает – сам же сказал.

– Мужик, да поясни, что вообще здесь происходит, – взвился Максим, уже устав теряться в догадках.

– Объяснять долго – что-то Вам ваш товарищ дорасскажет. У него процесс попадания сюда был более живописный. У меня язык отсохнет два раза всё это прогонять. Разве что по пути, если будет время, расскажу. Если коротко – с утра Вы все проснулись, ничего подозрительного не видели, потом пропала связь, все заволокло зелёным туманом. Пахнет ещё, как кисляк на болоте. Потом он резко сошёл, а вокруг Вас постепенно все начали в кровожадных уродов обращаться и жрать друг-дружку. Так вот, пока Вы в тумане плутали – Вас перебросило в другой мир. А если быть точным – скопировало часть Вашего мира. Такие куски называют кластерами. Вся местность со всем, что на ней было, копируется сюда. Там – на «родине», Вас даже не хватятся. Вы, может быть, уже дома там сидите и чай пьете. А тут Ваша копия, причём абсолютно с самостоятельным сознанием. Ну, или там копия осталась – это надо голову ломать. Я не углублялся. Это всё что мне рассказывали самому. Так что теперь Вы счастливые обладатели билета на сохранение человеческого облика – стали иммунными. То есть Вас заражение не изменило. Веришь в рассказанное?

– Верю, – сухо пробурчал Максим.

– А обычно не верят, – хмыкнул собеседник.

– Да я вроде бы своим глазам ещё хозяин, – мрачно проговорил Ивернев, – Но есть один вопрос.

– Ну давай, – ухмыльнулся чернявый.

– Что с городом?

– В смысле? – не сразу понял гражданский.

– Полгорода как не родные. Дома совсем другие. Завод-то кто спёр с радиовышкой?

– Аааа, ты об этом. Да там границы двух кластеров. Очень неудобно пролегли. Часть города прилетела сюда, а часть – нет. А что? Семья там?