Чтение онлайн

— На самом деле не может. Я же вычислил предыдущего. Есть всего один вариант, при котором он станет невидимкой. Если будет вести себя как мы. Загрузится в созданного им андроида, и будет действовать, прикидываясь человеком.

— Валентин Сергеевич — обратился к врачу Андрей. — Среди детей, которые умирают на той стороне… — при этих словах Ринчин вздрогнул. — Есть те, кому нужны реконструктивные операции большого объема, так чтобы восстанавливать, целые органы и системы?

— Ну, да… — протянул Голубев. — А ты это к чему?

— А мы уже произвели нужное оборудование? — продолжил Андрей, не заметив вопроса врача.

— Ну-у-у… — протянул Валентин Сергеевич. — Д-да… У нас пара изделий проходит обкатку.

— Ринчин мы сможем определить пропажу… — Андрей лихорадочно заметался по стрижу.

— Андрюх очнись, он сдал одного из своих, ради цели. Он не будет так глупо палиться. Он украл чертежи, при изготовлении тестовых устройств. Док, какие нужны материалы, для создания тела? — Ринчин был необычайно серьёзен.

— Имуннонейтральные клетки — много, и стволовых тоже порядком — доктор словно считал, что-то. — Всю массу тела. Плюс на межклеточное вещество, куча органики. А ещё экзокортекс, чтобы через него загрузится в мозг.

— Сколько времени займёт печать? — напряженно спросил Ринчин.

— Пару нед… месяц. На дифференцировку нервной системы нужно время — совсем сник Голубев. — Есть одно но: для того, чтобы научиться пользоваться нервной системой, уйдёт ещё месяц. В это время он, скорее всего, не будет подключаться к сети. Он вообще только этим и будет занят….

— То есть у нас от месяца до двух? — задумчиво спросил Андрей. — Туннель на ту сторону будет начерно готов через полтора месяца, начисто через два.

— Столько без сети сидеть нельзя! — жёстко сказал Ринчин. — Если он оставил свои подарочки в машинах, то сработай они, мы даже не узнаем о диверсиях.

— И что ты предлагаешь? — устало спросил Андрей.

— Мы восстанавливаем сеть это трое-четверо суток — пожал плечами Ринчин. — Потом начинаем физические поиски его логова. И это твое устройство надо довести до ума, это наш единственный шанс.

— Поздно… — устало ответил Андрей. — Именно этой возможности он и опасался. Потому и стянул чертежи. Я создавал устройство в первую очередь для предотвращения обнаружения. Так что он будет полностью защищён от подобного.

— Значит, будем прорабатывать, поиск спрятавшихся — пожал плечами Ринчин. — У нас вариантов больше нет.

— Его надо будет в туннеле ловить — заговорил Доктор. — Единственное для чего ему могло понадобиться человеческое тело, это сбежать и затеряться на континенте. Он собирается ждать. До гада дошло, что нас ему не взять, он решил затаиться.

Повисло тяжёлое молчание.

— Боюсь, что всё намного хуже — тяжело вздохнул Андрей. — Он понял, что мы собираемся делать, и теперь реализует нашу идею. Соберёт армию, обучит её и вооружит. И тогда нам придётся иметь дело, не с клубком враждующих родов, а с сильным единым государством. Даже если они будут иметь технологии на уровне середины двадцатого века, нам не выстоять.

У него есть знания и целая гора готовых чертежей. Каждый призрак содержит прорву самой разной информации. Они её повсюду собирают и хранят непонятно где. Валентин Сергеевич, а сколько может функционировать искусственное тело?

— Это зависит от генетики, если работать будет грамотный специалист, то очень долго — столетия — голос доктора дрогнул. Он сел в кресло и бессильно развалился на нём.

— То есть играть будет он в долгую — подытожил Ринчин. — Просто подождёт пока мы умрём, а там… Сам в это время потихоньку создаст государство, разовьёт промышленность. У него и идеология готова: противостояние пришельцам, что нам, что тем, с западного континента. Выходит, это всё никакая не месть, он здесь просто жить собрался. Док, только честно, технологии создания тела, можно было получить в готовом виде?

— Нет, конечно — глядя в сторону ответил врач. — Они запрещены. Я просто увлёкся. Это всё не так уж сложно, если знать, что делать… Ну и в принципе…

— Док, я правильно понимаю, что это часть того, за что ты здесь? — спросил Андрей.

— Да… — тяжело вздохнул тот. — Так что ловить его надо в туннеле. Думаю, что он очень хорошо спрятался.

— Ладно, что горе горевать! — устало сказал Ринчин. — Пора работать. Восстановим сеть… Андрюх надо искать заваленный вход куда-нибудь.

— Давай что ли… — грустно откликнулся Андрей. — Только сначала выспимся, а то у меня голова, что твой арбуз.

На том и порешили…

Увы, древний не смог найти переплетённых документов, пропавших из Круга. Впрочем, для Лалфи архив и без них представлял огромный интерес. Она аккуратно переписала и систематизировала блокнот Эдди и теперь имела комбинации цифр для доступа более чем в сотню шкафов.

К сожалению, большинство из них оказались забиты либо деталями непонятных устройств, либо странными прозрачными дисками, либо книгами с абсолютно непонятными названиями. Среди одинаковых томов, правда, нашлось несколько очень полезных. Во-первых, «Экспериментальная евгеника для чайников», а, во-вторых, «Основы манипулирования естественным пси-излучением».

Язык был чудовищно сложен и изобиловал незнакомыми словами. Однако Лалфи пусть с трудом, но смогла его понять. Впрочем, она занялась первой книгой. Вторую изучала Лайшми.

Теперь она знала, что признаки — фены, наследуются с помощью специальных кусочков нитей под названием гены. Эти самые гены стояли в ниточках последовательно и потому наследовались группами.

Одарённость или, как её звали древние, способность к манипулированию пси-излучением, была связана с определённым набором генов, а те объединялись в группы с кусочками нитей, отвечавшими за внешность. Эти группы и называли типами.

Сама она относилась к типу 2, а Лайшми к типу 6. Видящие, мгновенно определявшие способности одарённого, как, например, Ших, просто умели замечать сочетания признаков.

Лалфи заинтересовал перечень признаков, который достался ей, кроме вполне понятных цвета волос и глаз, оттенка кожи, особенностей загара, способа организации костей черепа и природной вспыльчивости, там значился «прогестероновый фенотип». Что это такое, девушка никак не могла выяснить.

В тот день Лалфи было откровенно лень пробиваться сквозь хитросплетения знаний древних, и она занялась изучением шкафов, выбирая их наугад. Увы, ничего интересного так и не нашла.