Дорога войны
Шрифт:
– Не слишком долговечно, – заметил Айзек, придерживая коня.
– Нам это и не нужно, – возразил Сегретто.
Стоило им проехать ворота, как глава шпионов тут же оказался в центре внимания: каждый встречный приветствовал Сегретто, а затем непременно косился на Айзека с подозрением. Стоило отдать должное местной дисциплине – никто не задавал вопросов.
Несколько небольших улочек строгими линиями сбегались к основной – широкой, с деревянным настилом. Проезжая по ним, Айзек успел заметить оружейную, пару конюшен, домик лекаря, а откуда-то сбоку ветер приносил стук молотка и запах горячего железа. Главная же улица стрелой пересекала весь посёлок: начинаясь у восточной сторожевой башни – там, где часовой всегда первым встречал рассвет, она тянулась на запад, упираясь в крепкие двери единственного здесь каменного здания.
– Моя вотчина, – заметил Сегретто, указав на массивное строение.
Айзек кивнул в ответ. Шпион остановил лошадь возле барака: длинная приземистая постройка.
– Будешь обитать здесь. Идём.
Пёс спешился следом за Сегретто и по его же примеру привязал поводья к коновязи.
– Ты человек здесь новый. И непроверенный – буду говорить начистоту, ты вроде как не неженка. Сам понимаешь, вокруг постоянно будут мои люди: помогать, обучать и приглядывать.
Айзек и не ждал другого, расположение – не говоря уж о доверии – нужно заслужить. Мужчина распахнул дверь в общую спальню.
– Найдёшь себе свободную койку, где взять одеяло и прочее – расскажут ребята. Жизнь у нас не самая простая. – Сегретто усмехнулся. – Но это всяко лучше городской тюрьмы.
С этим было сложно поспорить.
– С территории выходить тебе запрещено – без моего разрешения. Тренировки и занятия обязательны – мне надо понять, на что ты вообще годен. Первое время никаких заданий, побудешь мальчиком на побегушках – я ещё не вполне решил, подходишь ли ты мне.
– Я понимаю.
– Вот и славно, по нраву мне понятливые.
Сегретто хлопнул его по плечу и вышел, оставив наедине с тишиной и полумраком едва обставленной комнаты: с десяток деревянных коек, несколько полок и всего два узких окошка. Айзек побрёл к дальней кровати без постели. Да, это лучше, чем тюрьма, и, возможно, окажется лучше, чем жизнь наёмника на войне. Даже Вларика признала это, позволив Псу уйти: ему теперь ведь никуда не деться, стальной занавес воли больше не спасёт от ведовства. Мёртвым Айзек бесполезен – так почему бы не дать своевольной марионетке поразвлекаться? Всё это она с самодовольной ухмылкой высказала ему в темнице, выжрав на прощание все силы. И оставив обещание держаться поближе – впрочем, это уже были проблемы самой ведьмы, для Айзека же Сегретто оказался шансом, которым он намеревался воспользоваться – а там боги знают, куда повернёт колесо судьбы.
Глава 13. Крысы
Когда вызывает командир, не спрашивают зачем, а просто идут. Сердце Пса сжалось от нехорошего предчувствия задолго до того, как он переступил порог комнаты. А войдя и увидев нахмуренного Сегретто, Айзек сник. Глава шпионов окинул его недобрым взглядом и без лишних предисловий потребовал:
– Я хочу знать правду… Полную правду, и от этого будет зависеть твоё будущее. Кто ты на самом деле таков?
Айзек изобразил растерянную улыбку. Разумеется, он понял, о чём речь, но не лишит ли он себя шанса остаться при Сегретто, признавшись?
– Я наёмник. Каратель. Перебежчик. Что именно вы имеете в виду?
Сегретто прищуриляся.
– Про это я уже слышал. Но, сдаётся мне, ты утаил кое-какие детали из прошлого. Ты здесь всего месяц, а сражаешься лучше тех, кто учился у меня не один год, ты владеешь несколькими языками, а навыкам шпиона тебя явно обучали до меня. Парень, кто ты таков?
– Я быстро всё схватываю.
Сегретто грохнул кулаком по столу.
– Я сегодня же отправлю тебя обратно на войну. Или лучше сдам карателям – пусть они поразвлекаются. Кто. Ты. Такой. Айзек.
– Идущий по Дороге Крови.
От этих тихих слов Сегретто открыл рот и в изумлении уставился на стоявшего перед ним Пса.
– Идущий по… Один из Ордена?!
– Да.
– Не может быть! – Сегретто вскочил из-за стола и принялся мерить шагами комнату. – Мне следовало задуматься об этом, когда я узнал, что ты с Вольных Островов. Но нет! Мне и в голову не пришло такое. Встретить на войне одного из идущих!
Повисла пауза. Сегретто нервно прохаживался по комнате, а Айзек неотрывно глядел в стену.
– Идущий по Дороге Крови. – Глава шпионов рухнул обратно в кресло и потарабанил пальцами по столу. – Тот, кто отправил тебя в каратели, знал?
– Нет. Никто не знал.
– Как ты оказался на войне? Какое у тебя задание? За кем ты шпионишь?
Айзек выдержал враждебный взгляд Сегретто.
– Я больше не один из Ордена. Вы очень верно в своё время назвали меня предателем, только стал я им задолго до войны.
– Точнее.
– Я не выполнил задания, и мне пришлось бежать. На войне я не шпионю, я прячусь – от учителя и его ищеек.
– Ты врёшь, – ровно произнёс Сегретто.
– Вы можете проверить мои слова. Это будет непросто, но возможно. Моего учителя зовут Мареун, любой из Ордена знает о предавшем его ученике.
– Вот только где мне взять «любого из Ордена»?
– Вы же… – Айзек прикусил язык.
– Я же что? Шпион? Верно. Но куда мне до вас – идущих по Дороге Крови.
– Вы отошлёте меня? Куда?
– Боюсь, ты найдёшь способ не добраться до места.
– Убьёте?
– А стоило бы?
Айзек передёрнул плечами.
– Возможно. Я знаю только жестокие законы Ордена, они бы убили – чтобы не рисковать. Как заведено у вас, я не знаю.
– Пытаешься добиться моего расположения предельной откровенностью?
– И это тоже, – не стал отрицать Пёс. – Мне нечего терять, так к чему скрывать что-то. А здесь я мог бы оказаться полезным, я действительно многое умею – ведь потому вы меня и взяли.
Сегретто задумчиво потёр подбородок.
– Я не могу тебе доверять…
– Я понимаю и готов доказать, что хочу работать на вас. С вами.
– Мне надо всё обдумать. Свободен.
Айзек коротко кивнул и вышел: что-то дальше говорить и оправдываться бесполезно, шпиону надо время – осознать правду. А вот сам Пёс дал маху и переусердствовал в попытках зарекомендовать себя как очень полезную находку. Стоило быть осторожнее и разумнее.
Сегретто появился через три дня. Немного понаблюдал за тренировочными боями, а затем подошёл к Айзеку и приказал: