Дорогами алхимии
Шрифт:
— Зато эти — самые безопасные, — ответил Шелагин и неожиданно включился в установку нашего лагеря.
Палатки ставить он точно умел, но причиной его интереса были наверняка не палатки, потому что каждый артефакт удостаивался его пристального внимания. А артефактов было много: и археологические, и бытовые. Последние Шелагин тоже изучал, хотя уж таких должен был насмотреться раньше. Не знаю как Олегу, а мне показалось, что он пытается найти среди наших артефактов работающие артефакты Древних. У нас такие были, но только защитные, личные. Разглядеть их Шелагин не мог, но, как будто их чувствовал.
Это заставляло меня нервничать. Возможно, именно из-за этого я не обратил внимания, что моя сумка с личными вещами расстегнулась и показала содержимое, среди которого был кляссер с модулями, обложка которого тоже сдвинулась.
— Ты возишь с собой монеты Древних, Илья? — удивился Шелагин.
— У меня не такая большая коллекция, Александр Павлович, чтобы это было чем-то сложным, — заметил я.
— Можно посмотреть?
Он протянул руку к моему кляссеру, даже не думая, что я могу отказать. Я и не мог, хотя хотелось. Но уже то, что он спросил, прежде чем взять, говорило о том, что со мной, хоть немного, но считаются. Поэтому я подавил нежелание делиться своим с посторонними и достал свою коллекцию из сумки. Шелагин открыл и полистал.
— Ты по какому-то принципу их раскладываешь? Разве вот эти не одинаковые?
Он ткнул в набор по ДРД, который у меня был полным.
— Они одинаковые, но с разной цифрой.
— Цифрой?
Я показал на одном из модулей. Цифра была хоть измененная, но узнаваемая.
— Точно, цифра, — он удивленно улыбнулся. — Не так уж Древние от нас отличаются, как я думал. И похоже, это все же не деньги.
Тема была довольно скользкой, поэтому Олег, который делал вид, что разбирается с археологическими артефактами, а сам прислушивался к нашему разговору, с преувеличенной бодростью сказал:
— Думаю, начнем отсюда. Похоже на главный вход.
Он запустил расчищающий артефакт, который воспарил над нужным местом и зажужжал. Затем Олег начал расставлять артефакты, чтобы иметь информацию о месте свою, а не только выданную. Свои действия он громко комментировал, поэтому разговор о монетах Древних увял и Шелагин переключился с вопросами на моего дядю, вернув мне кляссер. Я засунул коллекцию поглубже в сумку и подумал, не был ли привоз ее сюда очередной глупостью с моей стороны. Вроде бы Шелагин интерес к ней потерял, но именно что вроде бы.
Вещи я забросил в спальную палатку и принялся дальше наводить порядок в местах общего пользования. Перетаскал продукты, часть из которых отправил в холодильник, поставил вариться суп и пошел к дяде, тем более там уже начало что-то вырисовываться.
— Кажется, колонны? — спросил я, когда подобрался поближе.
— Они, — подтвердил дядя. — Мы с Александром Павловичем уже обсудили, что на вход украшений не пожалели. Может, и выкопаем что приличное.
Выглядел он воодушевленно, а уж когда между колоннами обнаружилась почти неповрежденная табличка, аж засиял от радости, поэтому я ему говорить сразу не стал, что на табличке написано «Средняя общеобразовательная школа № 68 города Добринска».
«Школы хорошо защищали — грустно сказал Песец, тоже понявший величину облома. — Но рассчитывать на приличные артефакты в них не стоит. Модулей тоже не будет».
Глава 14
После того как дядя дополнительно проверил выкопанную табличку с помощью нескольких артефактов и посчитал безопасной, она переходила из рук моего дяди в руки Шелагина до самого обеда. Довелось подержать ее и мне. Не знаю, на что рассчитывал Шелагин, когда смотрел на мои руки, но «пробудить» ее я не смог бы при всем желании: табличка была совершенно обычной, не артефактной.
«Странно, что здание разрушено, а на табличке нет даже царапины».
«Ничего странного, — возразил Песец. — Ты вообще представляешь детские возможности разрушения? Содрать, погнуть и расцарапать табличку — раз плюнуть. Поэтому все школьные таблички заказывались с антивандальной обработкой. Им какая-то там магическая чума не помеха, потому что магия в таких изделиях использовалась исключительно на этапе изготовления, а дальше это уже фактически автономный продукт».
Ага, хоть сейчас на фронтон очередной школы вешай — даже буквы не выцвели. Хотя, конечно, кто знает, какими они были при создании…
«Тогда, выходит, здесь должны быть и модули, и кристаллы?» — спохватился я.
«С чего бы? Ты же сам прочитал, что школа общеобразовательная. В ней учили детей без способностей к магии традиционными методами».
«И что, вообще никаких магических устройств не было? — недоверчиво уточнил я. — Проигрывателей каких-нибудь для тех же кристаллов».
«Там, скорее всего, проигрыватели электронные были и от них ничего не осталось. Поэтому исследование и не показало артефактный фон».
«То есть там может не быть вообще никаких артефактов?» — сообразил я.
«Зачем они в обычной школе? Артефакт дороже обычного устройства, при выходе из строя их ремонт тоже офигительно дорогой. Кроме того, полноценно артефактами пользоваться могут только маги, в то время как электронные устройства доступны абсолютно всем. И не забывай еще о том, что артефакты используют магическую энергию. В случае не магов для этих целей использовался накопитель, зарядка которого была не бесплатной».
«А какой-нибудь медкабинет? — не унимался я. — Неужели там тоже было наполнение исключительно всякой ерундой?»
«Почему обязательно ерундой? — возмутился Песец. — Тот же йод обеззараживает не менее эффективно, чем заклинание. Но здесь ты прав: при школьных медицинских кабинетах работали целители с минимальным даром. Но не при всех. Сам понимаешь, для целителя это не слишком престижная работа».
«Но у целителя мог быть свой набор артефактов и модулей».
«Илья, зачем целителю обучающие модули? Он уже выучился. А если захочет изучить через модули что-то другое, не станет делать это на работе. Так что, если там что и есть, так только артефакты».
«Где обычно в ваших школах размещались медпункты?»
«А в ваших? — фыркнул Песец. — Где выделят кабинет, там и размещались».
«По схеме примерно понять нельзя?»
«По схеме только примерно понять можно, где директорский кабинет, если перед ним располагалась приемная. Кстати, если где еще могут быть артефакты, то там».
Схему раскопок скинул мне дядя еще в Верейска, как он сказал, на всякий случай, так что я открыл первую же и принялся разбираться в хитросплетении линий, чтобы понять, где тут может быть кабинет директора. Потом спохватился, что схем несколько и та, где стены, может выглядеть совсем по-другому. Так и оказалось. Причем та, что со стенами, была еще и послойно разложена — видно, хорошим артефактом все это проверяли, если такая детализация.