Чтение онлайн

Надо было заставить себя спать. Обязательно! Только сперва брикеты. Сверчок спустился в кочегарку и зачерпнул несколько ковшей. Два раза он цеплял ковшом рамку топки. После этого парень поднялся в каюту. Разделся, лег и закрыл глаза. Он честно пытался заснуть, но образы скакали блохами, а мышцы произвольно сокращались заставляя ежеминутно просыпаться. Парнишка так и не понял, как ему удалось. Сон уволок Сверчка. Незаметно, тихонечко...

Утро толкнуло вбок курсантской привычкой вставать рано. И первое, что подарило утро - ноющие мышцы. Казалось, что болело все. Сверчок, морщась, сделал несколько гимнастических упражнений и отправился в кочегарку.

Брикеты в топке едва тлели, давление в системе сильно упало. Хорошо, что накануне Сверчок догнал давление воздуха в ресиверах до максимального уровня. Для перегрузчика вполне достаточно.

После загрузки топок, голова окончательно включилась. Механик вспомнил, что оставалась еще одна штуковина, способная выручить: аварийный буй. Если что-то происходило с судном на глубине и оно не могло всплыть, то экипаж выпускал буй - оранжевый конус. Или "неваляшку", как в просторечии звали его моряки. А если происходило что-то серьезное с людьми, то буй выстреливал часовой механизм, включавшийся при отключении энергии и наличии давления воды. Внутри "неваляшки" находились аккумуляторы и мощный передатчик, а на вершине - мощный фонарь. Еще по шлангу-кабелю буя можно было подавать воздух и энергию в затонувшее судно. Сейчас требовалось только включить аварийный передатчик.

Сверчок выбрался на палубу и подошел к месту, где помещался буй. В порту юнга видел, как "неваляшку" готовили: меняли аккумулятор, проверяли работу каждого узла и снова пломбировали люк. Вот только сейчас пломба была почему-то сорвана.

Парень откинул створку и обомлел. Вокруг буя лежали связки тонких длинных брусков, примотанных к транспортировочному кольцу. Красные, с черной маркировкой, похожие на взрывчатку...

Сверчок не сразу сообразил, что у него перед носом самый настоящий динамит! Ему не могло прийти в голову, что кто-то хотел погубить "Аиста". По всему выходит, судно хотели уничтожить. Кто-то отлично все продумал. Если происходит затопление, произошло затопление, то механизм выстрелил бы буй, и произошел бы подводный взрыв. И найди там потом водолазы закрытыми заслонки... В общем, все сошло бы за катастрофу. Только буй не сработал. Скорее всего, что-то напортачили с закладкой бомбы.

До передатчика добраться можно было только через боковой лючок, но для этого надо вытянуть "неваляшку" на палубу. А возится сейчас с буем категорически не стоило, его в любой момент могло выбросить из люка. И взрывчатка все тут разнесет.

Тихое тиканье привлекло внимание Сверчка. Он притащил фонарь и подсветил темный бункер: в углу лежал подводный часовой взрыватель в медном корпусе. Такие использовали для подводных взрывов. И самое страшное, что стрелка подбиралась к красной черте. Тонкая проволочка, привязанная к кольцу запуска часового механизма, свернулась кольцами рядом с медным корпусом устройства. Значит, кто-то из устанавливавших прикрутил ее к крышке люка. Дополнительная предосторожность, если по какой-то причине не сработает механизм отстрела буя. А Сверчок, открыв люк, запустил механизм. Раздумывать было некогда, оставалось от силы минута. Последнее средство спасения - передатчик буя. Надо его спасать.

Механик привязал линь к пусковому устройству механизма отстрела и бросил бухту за борт. Затем отправил следом спасательный круг и прыгнул вслед за ним. Держась одной рукой за круг, Сверчок подплыл к линю, ухватил кончик, а затем принялся изо всех сил грести от судна. Правда, веревки хватило метров на двадцать, но и это хорошо!

Каждую секунду механику казалось, что судно вот-вот взорвется и от этого ожидания сердце молотом колотилось об ребра. Выровняв дыхание, Сверчок дернул линь. С грохотом сработала пружина, выбросив огромный конус метров на десять вверх. Описав пологую дугу, буй рухнул в воду где-то недалеко, да это и не важно. Главное, очутится как можно дальше от взрыва. Сверчок греб изо всех сил...

Младший механик "Аиста" Чудской успел заметить яркую вспышку солнца, отразившегося в воде, а затем горизонт вдруг завалился, мир закрутился вокруг своей оси, почернел и исчез.

4.

Какой-то острый знакомый запах. Голос... Кажется, кто-то обращается к нему.

– Ты слышишь меня, Светослав?

– А? Да...

– Как самочувствие, полегче?

Хороший вопрос! Казалось, болело вообще все, стоило напрячь хоть какую мышцу. Еще и голова кружилась, и дышалось тяжко. Что же там было? Вспышка или блик? Буй, взрыв. "Аист"!

– Как ты себя чувствуешь?
– повторил вопрос настойчивый голос.

– Мне...
– Сверчок набрал в грудь воздуха, тело обожгло болью.
– Ох!

– Все, все, молчи!

Но сдаваться болячкам парень не собирался. Он стиснул зубы и, задыхаясь, произнес.

– Мне... бывало... и хуже.

Понятно, что такая ложь никого не убедит, но надо было сперва сориентироваться, кто там и зачем спрашивает. Но стоило попробовать приоткрыть веки, как стало понятно, что зрение не поможет. И не только потому, что стало резать глаза - вместо картинки виднелась только мутная белая полоса. Сверчок поспешно зажмурился; стало полегче.

– Нет, нет Светослав, не стоит открывать глаза. На них повязка и мазь. Будет больно.
– обладатель другого, низкого и грудного, голоса говорил уверенно, будто знал все наперед.
– Лежи так. Пошевели пальцами на правой руке.

Сверчок попытался.

– Угу, хорошо.

Он попробовал проделать то же самое левой, но застонал от пронзившей руку боли.

– А вот этой не стоило.
– укоризненно прогудел голос, - Лучше попробуй пальцами на ногах немножко...

Теперь Сверчок знал, что у него не болело: пальцы на ногах.

– Ага!
– удовлетворенно произнес голос.

Черт, надо попробовать сориентироваться. Хотя бы спросить.

– Вы кто?
– на этот раз, Сверчок вдохнул неглубоко, боль получилась вполне терпимая, только, вот, губы слушались как-то плохо, словно они были чужими. Знакомо, кстати. Такое, он вспомнил, случалось и раньше. Например, когда их курс махался со старшекурсниками, а здоровенный кулачище Краба легко пробил выставленный блок и угодил в лицо. Тогда не только губы пострадали, как и сейчас, впрочем. В обоих случаях, почти в каждой части тела можно было обнаружить источник боли.

– Все в порядке. Ты в госпитале. Мы тебя лечим.

– В...госпитале?

Сейчас Сверчок сообразил, что остро пахнет медициной. Резкий запах лекарств и чего-то еще такого, свойственного всем медучреждениям, отчего их невозможно спутать ни с каким другим. Надо же! Госпиталь...

Более высокий голос попросил.

– Док, можно я...?

Низкий буркнул с неодобрением.

– Только не долго.

– Естественно!
– тут же согласился другой, словно ждал это условие и мягко спросил Сверчка.
– Ты помнишь, как взорвалось судно?

– Нет, точно не помню. Только вспышку и море.

– Это ничего, последствия контузии. Но может быть потом... Тебе фантастически повезло, ты один выжил с "Аиста"!

– Я знаю, ...что один. Я и был один. ....На "Аиста" напали, и ....это взорвалась бомба.

– Бомба? Ты уверен?

– Да! В нише буя лежал... динамит и ...подводный таймер. Который с кольцом, чтоб... чтобы водолаз мог ...дернуть, знаете?

– Да, я понял. Дальше.

– Так вот, ....там все и взорвалось, только никого ....на "Аисте" не было. Я ...один остался тогда.