Дорогами нечисти
Шрифт:
— Но они и есть обычные люди, — фыркнула я, нарисовав себе яркую картину.
— Это ты им скажи, — под стать мне фыркнул герцог. — Так вот, в два дня добрались до Бурелома и стали лагерем на ночлег на приглянувшейся им полянке. Там и родник, и кострище — все приготовлено.
— Как-то подозрительно, — поделилась сомнениями я.
Архимаг с готовностью кивнул:
— В точку! Но где им-то…
Судя по всему, иллюзий касательно умственных способностей представителей посольства мужчина не питал.
— В общем, спохватились через неделю. Отправили отряд навстречу. Пока суд да дело — прошло недели две.
— Как-то не торопились, — не удержалась я от комментария.
Архимаг пожал плечами:
— А чего торопиться-то? Договор только подписан, что ожидать — никто не знает.
— А их долгий путь никого не насторожил? Вдруг они проникли в Валигур и занимаются вредительством? — предположила я.
— У нас был дозор, — спокойно сказал мужчина. — Из леса они не выходили, поэтому никто не волновался — пока, конечно, встречный отряд не принес сведения. В общем, посол не разговаривал еще года два. Пресс-атташе дрожал и упоминал каких-то леших — притом что в Буреломе их отроду не водилось. А остальные… — Он помолчал и решительно закончил: — Не надо тебе такого знать. Совершенно не надо.
— Умерли? — наивно спросила я.
— Нет, — покачал головой архимаг, — хуже.
Удовлетворенное было любопытство вновь воспрянуло.
— А что может быть хуже смерти?
Ответа я не дождалась. Меня смерили суровым взглядом и, видимо, сочли непригодной для хранения столь важной информации. Пришлось довольствоваться малым.
Хотя как — малым. Какая-никакая, а пища для размышлений у меня имелась. Правда, гарнира явно требовалось побольше.
— Слушай, если возможно, конечно…
Архимаг вопросительно воззрился на меня.
— Вопрос у меня, в общем, достаточно личный, — закончила формулировать мысль я. — Если ответишь…
— Задавай, — великодушно разрешил Рейгран.
— Судя по степени твоей осведомленности, о придворной жизни ты знаешь не понаслышке, — разродилась наконец я. — Тогда почему Оорск? Захолустный город, бедный, храм вон разваливается…
На удивление, архимаг не обиделся. Наоборот, широко улыбнулся.
— Хорошего же ты мнения об Оорске, — хмыкнул он, — Майкорс, по-твоему, лучше?
— Он другой, — ловко ушла от ответа я. — И все же — почему Оорск? Ты участвовал в конфликте на перевале и, судя по твоему рассказу, занимал не последнее место в отделе дознания. В тайной канцелярии?
— В королевском Совете, — вздохнул он. — Все-то тебе надо знать!
— Королевский Совет… — На такой ответ я не рассчитывала даже в самых смелых фантазиях. — Тогда почему Оорск?
Долгий серьезный взгляд послужил мне ответом. Я ждала.
Майлс долго молчал, прежде чем ответить:
— А если я расскажу тебе, ты расскажешь мне о своем прошлом?
Я поникла — предложение явно попахивало тухлятиной.
— Йена?..
— Я подумаю, — уклончиво сообщила я.
На удивление, предложение прошло.
— Думай, — великодушно разрешил мужчина, — и поговорим. Я голосую за бартер. — И, бросив на меня веселый взгляд, пустил своего коня шагом, позволяя ему самому выбирать дорогу с пригорка.
— В тебе умер великий юшец, — буркнула я себе под нос, направляя Гори следом и надеясь, что эта фраза не долетит до ушей чрезмерно любопытного герцога.
Глава 19
БУРЕЛОМ
Лес возник рядом внезапно. Казалось бы, только начала спускаться с возвышенности — и уже стою, вдыхая глубокий, мягкий запах старой, но еще живой листвы.
Здесь пока что условно царило лето. Высокая трава только начала желтеть, а солнце, проглядывающее сквозь листву, грело совершенно по летнему. К тому же до меня долетало странное, но такое знакомое гудение.
— Пчелы? — Я вопросительно оглянулась. Рейгран, отставший от меня на каких-то пару метров, серьезно кивнул.
— Здесь пасека, — сообщил он, — сейчас увидишь.
И правда, стоило нам проехать каких-то десять минут, как моему взору предстали заботливо расставленные между деревьями ульи. Окрашенные синим и зеленым, они явно противоречили цветам чертова царства и вызывали определенные вопросы.
— Здесь живет мой друг, — пояснил Майлс, поймав мой вопросительный взгляд.
— Русал? — Я вновь оглядела ульи.
— Верно, — усмехнулся архимаг, — русал. Как ты догадалась?
Я пожала плечами:
— Цвет.
Рейгран помолчал, прежде чем продолжить разговор:
— Я вас познакомлю, как поедем обратно. Все равно собирался заехать.
Против нового знакомства возражать я не стала. Лишь скромно заметила, что при таком количестве внезапно проявившихся связей мне придется завести записную книгу, чтобы никого не забыть.
— Я учту, — улыбнулся Рейгран, обгоняя меня и знаком показывая следовать за ним.
В конце поляны брала начало узкая вытоптанная тропинка. Мучимая догадками касательно посетителей Бурелома, я безропотно пристроилась в хвосте рейграновского коня, решив временно придержать вопросы при себе. А то мало ли, вдруг еще торговаться вздумает…
В наличии у своего условного супруга корыстных мотивов я не сомневалась — уж больно напряг меня диалог, произошедший между нами еще в его особняке в Оорске. Хотя с тех пор немало воды утекло, воз и ныне там.
Мрачные мысли постепенно заполонили мою бедную голову и теперь витали над оной темной мрачной тучей. Наверное, именно поэтому я не заметила, как шествующий впереди конь, несущий на своей спине его герцогское высочество, резко остановился, призывая меня сделать то же самое.
Гори фыркнул. Перегнувшись через луку седла, я ободряюще потрепала его по шее и вопросительно уставилась на архимага.
— Привал, — объяснил тот, — минут на десять.
Я хотела было возмутиться, но быстро оценила обстановку и затихла.
Липы кончились. Печально обернувшись, я узрела их далеко позади — оказывается, мы не только выехали из леса, но и пересекли большой луг, усеянный мелкими цветами анютиных глазок. Пчелы затихли — еще бы, у них и там работы хватало.
— Быстрее, — подстегнул меня тихий мужской голос.
Шустро спешившись, я все же бросила быстрый взгляд на архимага, прежде чем посетить густой куст сирени в центре луга. По скупым, быстрым движениям герцога можно было сделать вывод, что наше присутствие здесь совсем не обязательно, а точнее сказать — нежелательно. Пытаясь оценить обстановку, я огляделась повнимательнее.