Дорогая Эмили
Шрифт:
Его руки двигаются по моей спине и позвоночнику, он кладет их на мои бедра.
— Я так счастлив, что могу тебе помочь. Мы можем так много сделать друг для друга, принцесса, — шепчет он мне на ухо.
Его рука слегка хлопает по моей заднице, он толкает меня в спальню.
— Вот твоя комната. Устраивайся поудобнее. Что мое — твое. — Он улыбается, поворачивается и выходит из комнаты.
Вдруг я паникую. Думала, что это будет только мое собственное место. «Мое-твое»?
Извините, это ни в какие ворота. Может быть, он не имел в виду это «так».
Я беру свой вещевой мешок и начинаю распаковывать несколько вещей, которые принесла с собой. Должна ли я это делать или мне лучше уйти? Бежать? Не чувствую себя уверенно в этой ситуации, но что я могу сделать? Мне негде жить, я только что получила работу внизу. Нужно переждать, накопить немного сбережений. Я добьюсь чего-то стоящего.
— Принцесса! — Тони кричит из другой комнаты.
Я бросаю одежду и иду через дверь спальни.
— Да, Тони, — отвечаю я.
— Мы должны отработать твои часы как можно скорее. Есть еще три новые официантки на этой неделе, и ваши графики должны быть согласованы.
— Хорошо, Тони, без проблем. — Я отворачиваюсь и иду обратно в спальню, чтобы убрать оставшуюся часть моей одежды.
— Не жди меня, принцесса. Я буду поздно. — Он поворачивается и выходит за дверь.
О. Дерьмо.
Проходит несколько часов, и хотя мне тревожно, я довольна собой. Распаковала свои вещи, приняла душ и съела здоровую еду. Так счастлива, что у меня есть «дом». Я нервничаю по поводу начала работы в баре внизу, но это будет мой билет в новую жизнь. Мне нужно сохранить каждый заработанный цент. Я должна быть уверена, что смогу сделать это сама.
Несколько часов спустя слышу, как ключ поворачивается в двери квартиры и медленно отступаю. Не зная, кто это может быть, я насторожена и нервничаю.
Тони спотыкается, посмеивается. Позади него девушка, она хихикает, пока ее огромные груди подпрыгивают вверх и вниз.
— Здравствуйте, принцесса. Мы с Трикси собираемся в кровать. Ты будешь в порядке здесь, на диване, верно? — он не ждет ответа, а проходит мимо меня и закрывает дверь в «мою» спальню.
Я понятия не имею, что происходит, но думала, что это мое место! Слышу, как хихиканье Трикси перерастает в стоны удовольствия, а ее звуки становятся похожи на животные. Тони хрюкает, как горилла, когда я сворачиваюсь на диване, используя одну из моих толстовок в качестве одеяла. Закрываю уши подушкой и надеюсь, что это быстро закончится.
Засыпаю на диване, задаваясь вопросом, был ли мой недавний выбор мудрым, должна ли я была остаться с семьей Макклинток в Филадельфии. Даже Тобиас Макклинток не заставлял мою кожу покрываться мурашками, как Тони. Столько раз, сколько Тоби приходил ко мне голым или глазел на меня, я не чувствовал себя так, как сейчас. Одинокой. Смущенной. Испуганной.
Медленно качаю головой, думая об извращенце, и надеюсь, что сделала правильный выбор.
Динь, Динь, Динь!
Я вырываюсь из этих ужасных воспоминаний и понимаю, что звонит звонок, а значит, что еда Сета готова.
Дерьмо.
Я хватаю тарелки и быстро иду к его столу.
Он наклоняет голову, глядя на журнал, когда я расставляю тарелки перед ним.
— Вам нужно что-нибудь еще? — раздраженно спрашиваю я.
— Нет, но я думал, что ты перекусишь со мной.
— Нет. Я работаю. И мне это не интересно. — Я ухмыляюсь и радуюсь, что хоть раз имею власть над этим разговором. Все контролирую. Это прекрасное чувство.
Поворачиваюсь, чтобы уйти, а он слегка хватает меня за руку. Я вздрагиваю, резко останавливаюсь и оборачиваюсь, поднимая палец.
— Послушай, Сет. Ты. Не. Знаешь. Меня. Отпусти мою руку и ешь свой чертов обед! — я в абсолютной ярости в данный момент. Кем он, бл*дь, себя возомнил?
Прикасаясь ко мне, хватая меня и требуя, чтобы я обедала с ним.
Мне так надоела эта ситуация, и, честно говоря, все, о чем я могу думать, так это о том, чтобы выбраться отсюда и увидеться с Алексом в «Высокой Ноте».
Сет кажется ошеломленным.
— Табби, мне очень жаль. Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко. Просто подумал, что раз уж ты одна, и это место пустует, ты бы хотела составить мне компанию. — Он смотрит на свой жареный бутерброд с сыром и помидорами и слегка качает головой.
Черт возьми! Теперь я чувствую себя плохо. Он просто «хороший парень», а я полная сука. И даже не пытаюсь скрыть свое сумасшествие.
— Все в порядке, Сет. У меня был долгий, тяжелый день.
Я смотрю на него, он гоняет свою картошку фри по тарелке. Смотрит на меня щенячьими глазами. Он включает свое обаяние, а я влюбляюсь в это.
— Правда, Табби, я не хочу причинить вреда. Просто хотел бы немного общения. Я приехал в Филадельфию шесть недель назад, и мне еще только предстоит вписаться в общественную жизнь. И не помешали бы несколько советов.
— Ха! — громко говорю я. — Сет, я здесь всего несколько недель и разговаривала всего с четырьмя людьми, помимо коллег на работе. Абсолютно ничего не знаю об общественной жизни Филадельфии, и, честно говоря, мне было бы насрать. Я работаю, сплю, работаю и снова сплю. Меня не волнует ничего другое.
Я поворачиваюсь, чтобы уйти, слыша его раздражение.
— Табби, прости! Ничего не имел в виду под тем, что сказал. Я просто никого не знаю, и, ну, не могу жить в таком городе, даже не попробовав. Думал, что попробую с тобой, так как ты кажешься такой искренней, но думаю, что этого не произойдет. — Он смотрит вниз на свою тарелку и медленно качает головой. Как будто я уже не жалею его, этот жест опрокидывает меня через край.
— Сет, я работаю в книжном магазине на Спринг-Стрит. Почему бы тебе не проверить это, возможно, я смогу включить тебя в список для подписания книги или двух? — улыбаюсь ему, он сразу же смотрит на меня. Я вдруг почувствовала, что он обыграл меня, потому что его улыбка настолько велика, как будто он завоевал большую страну.