Чтение онлайн

Себя она, конечно, не считала страшненькой. Но… блин.

Она бы поставила ему в пару белокурую красотку с огроменной грудью и в шпильках за штуку баксов.

Иви перевела взгляд, изучая его профиль. Сегодня Сайлас надел черное пальто из овечьей шерсти, красный кашемировый свитер и те же серые брюки. А рубашка под свитером была настолько яркой, что почти ослепляла, глаза буквально слезились при виде белого воротника на его шее.

— Могу я спросить кое-что? — сказала она. — Знаю, сейчас не время…

— Что угодно. — Он взял ее за руку. — Я для тебя — открытая книга.

На мгновение она потеряла мысль, залюбовавшись приятным цветом его щек и той энергией, которой он, казалось, был переполнен. Она не хотела быть заносчивой, но подозревала, что виновата ее кровь. Без сомнений, он так закрутился в делах, что на какое-то время забыл о своих нуждах. Ничего необычного.

— Иви?

— Прости. — Она встряхнулась. — У тебя есть другая одежда? В смысле, я знаю, что твой невероятно красивый комплект свитер-брюки каждый раз свежий. Значит, у тебя их в избытке. Но у тебя вообще есть спортивные штаны? Ну или… толстовка?

Сайлас рассмеялся.

— Я люблю униформу. Мне комфортно в таком наряде и не приходится тратить время на выбор сочетающихся вещей.

— Смокинг? Шелковая пижама?

— Я сплю без одежды.

Сердце сделало сальто в груди.

— Да? И когда ты проведешь день со мной, чтобы я лично убедилась в этом?

Нахмурившись, он сделал глубокий вдох.

— Боже, я бы с удовольствием.

— Тогда сделай это… ой, вот же дорожка! — Она уперлась руками в приборную панель, когда Сайлас резко нажал на тормоз. — Прости! Я должна была предупредить.

— Ничего страшного. Для этого и созданы зимние шины.

«Рендж Ровер» забрался на холм как хорошо подкованная рабочая лошадка, пыхтел в наклоне, непоколебимый перед лицом колеи и льда. Когда они поднялись на небольшую высоту, Иви изогнулась, окидывая взглядом протянувшуюся долину. Сельская местность была негусто заселена, дома располагались на расстоянии четверти и даже полумили друг от друга, а поля между ними отгораживались каменными заборами и массивами из деревьев, которые посадили много поколений назад.

— Я люблю бывать здесь, — прошептала она. — Мне хорошо в городе, но мое сердце здесь — среди кукурузных полей и пастбищ.

— Когда-нибудь вернешься сюда

— Возможно. У меня есть мечта: купить участок, может, даже соседний, чтобы быть ближе к семье, но не слишком, если ты понимаешь, о чем я.

— Не важно, откуда дематериализовываться — отсюда или из города. А в доме с подвалом и подземным туннелем ты будешь в большей безопасности, чем где бы то ни было.

— Говоришь прямо как мой отец.

— Я уже восхищаюсь разумной логикой этого мужчины.

Они остановились перед фермой, и сквозь окна было видно, как в доме туда-сюда сновал народ, они ели, пили и смеялись, и это она больше всего любила в своей семье.

— Пойдем? — сказал Сайлас.

— Ты готов к этому?

Наклонившись, он притянул ее к себе для поцелуя.

— Горю желанием. Хотя это подождет до конца ночи.

Иви улыбнулась ему в губы.

— Мы уйдем сразу после десерта.

— Не пойми неправильно, я не хочу проявить неуважение к твоей семье…

— Я тоже считаю минуты.

После еще одного быстрого поцелуя, они открыли двери. И, судя по тому, как Сайлас торопился предложить ей руку, она поняла, что он предпочел бы, что бы она подождала, давая ему возможность побыть джентльменом. Но он, казалось, совсем не расстроился.

К бетонному крыльцу не было подобающей дорожки, скорее тропинка, протоптанная в снегу. Сама дверь была алюминиевой, но с имитацией под дерево, равно как и серо-белый сайдинг и красные ставни. На крыше — битумная черепица, а не шифер, и не было ни одной трубы.

Как только она открыла дверь, поток горячего воздуха и разговоров хлынул в зимнюю ночь.

— Иви!

— Хэй, малышка…

— Ты опоздала… ты почему на машине…

Все приветствия стихли, когда она зашла в дом… а Сайлас — вслед за ней.

Её родные и любимые родственники, собравшиеся в тесной гостиной в количестве пятнадцати человек, застыли посреди еды, питья, приветствий и ворчания, почти все не сводили глаз с элегантного мужчины, который закрыл дверь, запирая их в одном помещении.

А это равносильно тому, чтобы кинуть «Ментос» в «Колу» и закрутить крышку.

— На самом деле, я продаю пылесосы, — Сайлас положил руку на ее плечо. — Но не волнуйтесь, дорогая Иви взяла с меня обещание не приставать к вам с функциями засасывания, шарами из микрофибры [36] и разнообразием насадок. Правда, дорогая? Споры за/против мешков и контейнеров также под запретом. Она придерживается жесткой позиции в этом вопросе.

Повисло секундное молчание. А потом вся ее родня зашлась в смехе.

— Друзья, — сказала Иви с ухмылкой, — это Сайлас. Сайлас… познакомься с моей семьей.

***

Сайлас познакомился с ее мамой, обеими бабушками, двумя тетями, дядей по папиной линии и целым выводком племянников, племянниц, внучатых племянников и племянниц, а также кузенами и кузинами. И при приветствии он смотрел каждому члену ее семьи в глаза, жал руку или принимал объятия, улыбался, шутил, был серьезным, когда нужно… в общем и целом просто охренеть каким идеальным.

И что самое лучшее? Во всех случаях он был предельно искренним. Он, казалось, с неподдельным интересом слушал про ушибленный палец бабушки, потом про больной зуб дяди, плохую погоду, разочарование из-за проигрыша «Патриотов» в плэй-офф, опять про погоду, человеческое правительство, про плохую защиту сиракузской баскетбольной команды в игре против «Луисвилля», снова про погоду, вязание декоративного коврика, почему птицы в этом году улетели на юг (глобальное потепление, мы все умрем) и, наконец, как в медленноварке лучше всего приготовить шведские фрикадельки в виноградном желе.