Чтение онлайн

– Никто обо мне плохо не говорит. Ты же сам видишь, что в России, как и во всей Европе, такая одежда – это норма. Так все одеваются.

– Мне нет никакого дела до этого, мне безразлично как выглядят все! Я не хочу что бы ты выглядела откровенно, по крайней мере для всех. А вот для меня одного, я даже хочу что бы ты так выглядела… – после этих слов Хасан обнял Алексис за талию.

– Вот ты какой… – игриво заметила она, затем девушка снова приняла оборонительную позицию скрестив руки на груди и сжав пальцы в кулаки. – Тогда, какого шайтана ты повысил на меня голос?!

– Алексис, давай договоримся, что ты будешь одеваться так, как хочется тебе, дома, что бы только я один мог на тебя смотреть, а в общественные места твоя одежда будет не много скромнее? Я не прошу тебя совсем скромно одеваться, но всё же, я хочу что бы ты выглядела, чуть – чуть скромнее, для посторонних глаз.

– Ладно, договорились, – нехотя ответила девушка. – Но только немного!

– Договорились, – улыбнулся молодой мужчина, после чего поцеловал Алексис, и она ответила ему взаимностью. В их поцелуе было много любви и страсти…

На рассвете Хасан вылез из окна своей возлюбленной, поцеловав её, со словами:

– Я буду скучать за тобой весь день.

– Я за тобой тоже, – ответила Хасану сонная девушка.

На завтрак Алексис вышла в, более чем, хорошем настроении:

– Доброе утро, – поздоровалась она с семьёй. Слишком хорошее настроение дочери, а так же лёгкий румянец на щеках, насторожил Марию:

– Что-то произошло, Алексис?

– Да, – с радостью ответила дочь. – Мы с Хасаном помирились.

– То есть, свадьба состоится? – переспросила, ошарашенная, мать.

– Состоится, мама, – ответила Алексис матери, после чего засобиралась на работу. Тем более, Алексис и Хасан планировали, перед работой, зайти в ЗАГС, и подать заявление о бракосочитании, заново.

– Ну и правильно! – поддержал Яннис дочь. – Если вы с Хасаном любите друг друга, тогда, женитесь и больше не ссорьтесь!

– Благодарю, папа, – улыбнулась Алексис и ушла.

– Яннис, он – мусульманин! Через несколько лет он возьмёт себе вторую жену, и наша дочь будет страдать! Ты этого хочешь? – прошипела Мария.

– Зачем ты говоришь глупости, Мария? – ругался Яннис, в ответ.

– Мама, Хасан калым уже заплатил за нашу Алексис, пусть женятся! – неудачно пошутила Делия.

– Что?! Делия, я не могу поверить своим ушам! Для тебя калым важнее счастья сестры! – ругалась Мария. – К тому же, Хасан по национальности турок!

– И что? – пожала плечами Делия.

– А то, что между Турцией и Грецией шла война за свободу, причём, дважды! – бранилась Мария.

– Мария, это было в прошлых веках! – эмоционально объяснял ей Яннис. – И если уж на то пошло, то это Греция напала на Турцию!

– Да, но спровоцировала конфликт Турция! – не унималась Мария.

– Мария, хватит! – Яннис уже начинал выходить из себя окончательно. – Я больше ничего не хочу слышать!

В офисе каждое утро начиналось с чашки кофе. Сегодня Алексис опоздала на работу, чего не было раньше. Подруга Алексис, милая блондинка Катерина (которая собиралась быть свидетельницей невесты, на свадьбе Хасана и Алексис) тут же поинтересовалась причиной опоздания подруги, на что Алексис ответила, как есть.

– Ты, всё-таки, выйдешь замуж за Хасана? – удивилась Катерина, ведь ещё вчера, Алексис сказала подруге, что забрала заявление из ЗАГСа.

– Катя, ссоры случаются у всех. Нужно научиться понимать друг друга… – ответила Алексис.

Катерина, в душе, завидовала подруге, ведь она сама была несчастна в личной жизни. Мужчины бросали Катерину! До уровня успешных мужчин эта девушка не дотягивала. Тогда она решила снизить планку, и пыталась завести отношения с простыми мужчинами, которые видели, что они сами не дотягивают до уровня Катерины. Они это понимали раньше, чем успела понять Катерина, после чего исчезали навсегда из жизни девушки, оставляя лишь разбитое сердце, каждый раз вселяя ещё большую неуверенность в себе, ведь после каждой неудачи ранимая блондинка чувствовала себя ничтожной… Эти мужчины исчезали из жизни Катерины без объяснений… Однако, Катерина не только завидовала, но ещё и ненавидела Алекис, за то, что на фоне этой гречанки, белокурая Катерина выглядела слишком примитивно, так как в России натуральных блондинок много. Хотя Алексис, как и Катерина, не была красивой внешне, но в отличие от Кати, Алексис была яркой и неординарной. Именно этому и завидовала Катя. Впрочем, если человек сам по себе завистлив, он всегда найдёт чему позавидовать…

– У тебя тени скатились, – сделала замечание Катерина Алексис, так как больше не могла смотреть на счастливое лицо подруги, и решила, хоть что-нибудь, подметить и, неприменно, сказать подруге об этом, для того что бы, хоть немного, но испортить настроение счастливой гречанке. Впрочем, такая мелочь как скатившиеся тени для век не омрачило бы настроение Алексис! Алексис знала, что Катерина ей больше не подруга, так как уже давно замечала зависть Кати, по отношению к себе. А ведь они дружили с детства…

Позже, Катерина позвала Алексис на обеденный перерыв, где пыталась, снова, испортить настроение подруге:

– Алексис, конечно, решать тебе, но я бы, на твоём месте, ещё раз, подумала бы, по поводу свадьбы с Хасаном. Одна моя знакомая, тоже, вышла замуж за восточного мужчину, они прожили в России восемь лет, а после того, как переехали к нему на Родину, он стал её бить, без причины! Ей чудом удалось сбежать, и теперь она с ним судится, ведь он пытается отобрать у неё детей! А по телевизору, недавно, я смотрела передачу, в которой рассказывали как одна девушка, так же, вышла замуж за мусульманина, так он отвёз её к себе на Родину, яко бы, знакомить с родителями, и там продал в бордель! Алексис, это страшные люди, они относятся к жёнам как к предмету!

– Люди не меняются от перемены места жительства, – не верила в рассказы Кати Алексис, – наверняка предпосылки к недостойному поведению у этих мужчин были и раньше, просто, их жёны не хотели этого замечать.

– Нет! Всё было хорошо! – уверяла её Катя с широко распахнутыми глазами.

– Зачем ты так яро утверждаешь это, ты же не жила вместе с этими людьми в их семье.

– Я не хочу что бы ты страдала! – не искренне ответила Катя.

– Слушай, Катя, среди мусульман есть разные люди, как адекватные, так и нет! Так же как и среди людей любой другой религии и национальности! С Хасаном мы любим друг друга, и скоро поженимся, это факт! А ты, вместо того, что бы вмешиваться в чужую жизнь, лучше бы устраивала свою! – отрезала Алексис, и ушла. Она уже давно искала повод прекратить общение с завистливой подругой, и сейчас был идеальный случай. Катя всегда рассказывала Алексис о жизни других людей, начиная от коллег по работе, и заканчивая соседями, просто – напросто, Кате нечего было рассказать о себе… А Алексис неинтересно слушать о том, что происходит в жизни других людей, ведь у Алексис была своя собственная жизнь! Однако, после этого случая, Катя стала устраивать Алексис травлю в коллективе. Коллектив, в основном, был женский, в котором молодые женщины пытались устроить свою личную жизнь, но у них ничего не получалось, как и у Кати, а женщины постарше были женщинами постсоветского пространства, которые жили в браках со своими мужьями, по – привычке. Их браки длились двадцать-тридцать лет (причём, не каждая из них была счастлива в браке изначально…). И тех и других женщин раздражал счастливый вид Алексис! Сплетни Кати вызывали эксцесс в коллективе, и Алексис стала замечать это. Причём, коллеги говорили плохо об Алексис в её же присутствии, выставляя всё таким образом, что бы это выглядело так, будто бы, Алексис подслушивала чужой разговор (хотя, все знали, что такое поведение как подслушивание чужих разговоров, так и собирание сплетен, не свойственно хорошо воспитанной гречанке): коллеги говорили громко о ней в коридоре, и этот разговор слышался в офис, через дверь; либо «забывали» закрывать дверь в кухне; или же задавали вопросы не корректного характера, на которые Алексис не отвечала, и после чего её обвиняли в замкнутости: "Мы же тебе всё рассказываем!" на что Алексис ответила: "А кто вас за язык тянет? Меня совершенно не интересуют чужие секреты!" Эти «недоразумения» происходили каждый день! В итоге, Алексис возненавидела весь коллектив, и пакостила, из под тешка, в отместку, подсыпая коллегам слабительное в тормозки, которые они оставляли в холодильнике, который находился на общей кухне. А когда ей это надоело, уволилась. Алексис было неприятно вспоминать весь этот змеиный коллектив, и в её душе был следующий монолог: "На самом деле, распространённая причина любой травли является ощущение собственной никчемности рядом с другим человеком и зависть. Ну не любят люди всех, кто, в чём-то, превосходит других! Не умеют люди радоваться и успехам других персон! Сначала люди, яко бы, искренне, желают человеку успехов, а когда этот человек достигает успеха, эти же особи делают всё, для того, что бы данную личность очернить! Причём, чем чаще и громче оскорбляют, тем больше радости это доставляет завистнику! Это называется – самоутверждение за чужой счёт, то есть люди намеренно очерняют другого человека для того, что бы самим казаться лучше. Но быть и казаться – это разные вещи! Есть мнение, что в людях постсоветского пространства это заложено на генетическом уровне, ведь при коммунизме все люди были равны, а сейчас время другое, люди делятся на классы, и отсюда зависть. Впрочем, зависть и такое поведение присуще не только русским, но и людям других национальностей… общество не прощает никому успехов! По – этому важно быть независимым от общественного мнения, и жить так, как сам считаешь нужным. А в моём случае, пусть эти офисные крысы грызут друг друга, ведь если не будет меня, они будут пакостить друг другу. Это определённая категория людей, которые называются неудачниками! А неудачники ничего не могут, кроме как, завидовать и обсуждать чужую жизнь! А я достойна лучшего окружения! Всё – таки, весь этот остракизм в коллективе, по отношению ко мне, был не заслуженным! Разве это справедливо устраивать травлю человеку просто за то, что он счастлив?! Если хочешь быть счастливым, стремись к счастью сам, а Катя стремится к тому, что бы делать несчастными других людей, от этого она и сама несчастна! " – подумала Алексис, и была права! Так же, Хасан и Алексис обсудили их будущую супружескую жизнь, и решили что переедут в Санкт-Петербург.

За два дня до свадьбы из Стамбула приехали родители, а так же братья и сёстры Хасана. Обычно, восточные семьи большие, семья Хасана не была исключением. У него было две сестры и один брат. Так же, приехала из Афин и сестра Марии, вместе со своей дочерью. Естественно, они остановились в доме семьи Василиадис, а это причиняло много неудобств: начиная с очереди в ванную, и заканчивая делением вещей. Двоюродная сестра Алексис и Делии, двадцатилетняя гречанка Сабрина была наглой девушкой! Причиной конфликта Алексис и Сабрины было то, что Сабрина, запросто, могла войти в комнату сестёр без стука, и взять, без разрешения, любую, понравившуюся ей, вещь! Если Делия предпочитала молчать, что бы не ссориться, то Алексис, без конца, ругалась с Сабриной. Мать Сабрины, Стелла, была не лучше, это была грубая и не приятная женщина! Стелла превосходно знала русский язык, говорила, конечно, с греческим акцентом, но слова были понятны. Стелла много курила, ругалась матерными словами, и, если, сначала она этим веселила семью Василиадис, ведь так странно от коренной гречанки слышать русский мат, то, позже, эта же черта характера их стала раздражать. Всё-таки, женщина не должна быть грубой и материться, даже если она живёт одна много лет! А Стелла была в разводе уже восемнадцать лет. И не удивительно, что за эти восемнадцать лет она не смогла устроить свою личную жизнь. Какому же адекватному и здравомыслящему мужчине будет приятно общество грубой и вульгарной тётки? Именно тётки, а не женщины, ведь подобных экземпляров язык не поворачивается назвать женщинами!