Чтение онлайн

Я слушала Старшего, чувствуя, как сердце отбивает в груди чечётку. Боги, если бы я только знала, во что это им обошлось… Никому из нас – тех, кто укрылся в доме Ойди – и в голову не пришло, что молодые, не завершившие обучение бойцы, выступят против гончих! Мы бы пришли за ними. Мы бы попытались им помочь. Но что толку от этого «бы»? Жизнь не приемлет сослагательного наклонения.

– Мы не знали, Эрик, – глухо ответила я. – Не знали, что вас это коснулось. Если бы вы не оказали сопротивление, гончие бы и пальцем к вам не притронулись.

– Ну уж простите, Митрес! – ядом в его голосе можно было смазывать наконечники стрел. – Вам это, может быть, странно, но есть те, кто не привык бросать своих!

– Чего ты хочешь? – устало спросила я, ощущая, как на плечи немилосердно давит груз только что обретённого знания. – Мести? Нет, вряд ли. Тебе долго пришлось собирать свою армию, а для того чтобы поквитаться со мной хватило бы и десятка хороших бойцов. Так к чему тогда всё это?

Я неопределённо мотнула головой в сторону леса за спиной противника, чувствуя, что где-то там стоит его огромная военная мощь. Эрик довольно оскалился.

– У меня большие планы, дорогая Савелия. Ваши Обители себя изжили! В них пытают и казнят своих, а демонов принимают в кабинетах заплывших жиром министров! Разве для этого была создана Ваша служба? Так она защищает людей от нежити? Смешно. Порядки нужно менять, пока система ещё стоит на ногах. Сменить пару-тройку звеньев руководства, убрать военную силу, прикрывающую их спины. Навести порядок. Но это позже, Савелия. Сначала я разберусь с тобой.

– Отступись, – упрямо попросила я, не отводя глаз. – Отведи армию от границы лесного царства, и я сдамся. Ты получишь свою месть. Ни к чему вырезать целый народ из-за старых счётов.

Эрик отрицательно покачал головой.

– Нет. Мне лучше знать, кто мой враг. Времени, чтобы составить список, было предостаточно. Я собирал эту армию шесть лет, девчонка! Сначала к праотцам отправишься ты, а следом за тобой пойдут двуличные крылатые твари, заполонившие здешние леса.

Он вытащил меч и демонстративно взвесил его в руке, плавно перетекая в среднюю стойку и перехватывая рукоять уже двумя руками.

– Мне жаль, что так вышло, – искренне сказала я, зеркально отражая его манёвр. – Я никогда не желала стать причиной твоей смерти.

– Ты и не станешь, – в голосе Эрика снова проскользнула злость и он не сказал, скорее плюнул в мою сторону, – а извиняться будешь перед Лессой. Вы с ней скоро увидитесь.

– Как знаешь.

Я закончила разговор и подняла клинок над головой, занимая более высокую позицию. Теперь говорить не следовало, дыхание нужно было беречь.

Первый диагональный удар Эрика, метящий в мою шею слева, я спустила по лезвию своего меча, сместившись вправо буквально на шаг. От второго – горизонтального, рубящего – пришлось отбиваться открытым блоком и быстро уходить назад, не давая противнику возможности достать меня острием. Короткий колющий выпад на таком расстоянии до меня, хвала богам, не достал, но теперь мне нужно было решить другую проблему: как и говорил Сарфат – талвар короче клеймора, а, значит, для атаки мне нужно держать противника близко, на расстоянии удара, и, соответственно, в зоне досягаемости его меча. Но, глядя на двуручник Эрика, у меня возникали вполне понятные опасения – выдержит ли мой клинок ту силу, с которой Старший заносил меч, и не сломается ли часом гораздо более лёгкое и тонкое лезвие талвара?

Возможно, это было лишь моё разыгравшееся воображение, но Асхет, как мне показалось, приглушённо заворчал, уловив направление мыслей хозяйки. Обиделся.

Ну что ж, мой новый друг, раз ты уверен в своих силах, то я предпочту тебе доверять.

Смело сделав размашистый шаг вперёд, и приблизившись к противнику на расстояние удара, я, наконец, перешла в нападение. Серия быстрых диагональных росчерков – снизу вверх, слева направо, затем горизонтальный и в обратном порядке. Эрик отбивал их легко, разглядывая меня с внимательным прищуром, оценивая. В учебном центре нам частенько доводилось спарринговать врукопашную, но о степени моего владения мечом мужчина не знал, и сейчас определённо присматривался, делал выводы. Сам он держал меч так, словно уже с ним родился на этот свет.

Обманный выпад, удар справа, в пах, ещё один выпад, оборот, якобы открывающий спину и выманивающий на себя его меч, и резкий выпад снизу, из-под руки – приём, не раз выручавший меня в бою.

Отбил. Улыбнулся. Гадство.

Дальше бой пошёл веселей. Эрик в основном атаковал, я преимущественно парировала, изредка переходя в наступление, экономя силы и дыхание. Быстро поняв, что удары врага Асхет отражает с честью, я успокоилась и, тронув Нити силы, переплела их со своим клинком, подпитывая его, помогая. Да, сжульничала. Но кроме меня и Марка видеть этого всё равно никто не мог, а на кону стояло слишком многое. Амелия была права – меч был мне послушен. Рукоять лежала в ладони, как влитая, а клинок, расчерчивая воздух длинными взмахами, пел. Он был выкован для боя, для защиты своего хозяина, и сейчас от него ко мне перекатывались волны азарта и радости – демон внутри клинка был доволен, напитываясь сражением.

Удар справа, слева, снизу-вверх, выпад, удар, удар. Я провоцировала Эрика на зеркальное отражение моих манёвров, позволяла ему контролировать мой клинок, вселяя уверенность, что он заранее может предугадать все мои движения. И он повёлся. Самый простой удар справа – короткий и очевидный – мужчина предсказуемо выставил защиту и, как только лезвия наших мечей соприкоснулись, я вложила всю силу от локтя и кисти, уводя его меч вниз, в землю.

Как правило, вложенный удар оказывал чудовищное воздействие, выворачивая кисть противника и оставляя его без защиты.

Но я просчиталась.

Эрик победно улыбнулся, и в одно движение перехватил острие Асхета на изгиб дужек крестовины своего меча и, крутанув клеймор с такой лёгкостью, будто он вовсе ничего не весил, выбил талвар из моих рук, оставляя меня безоружной. В жалком полуметре от острой грани его клинка.

Резкий, размашистый росчерк, и бедро справа обожгло пронзительной, острой болью.

Без сомнения, если бы он захотел, то уже этим ударом запросто разрубил меня пополам. Но оскал на его лице стал шире, и я поняла, что умереть быстро и относительно легко мне сегодня не улыбается. Отскакивать от смертоносной рубки, ныряя под лезвие и перекатываясь по земле, когда у тебя располосована нога, а под тобой покатый, не слишком широкий мост, было страшно. Возможно, я успела бы сделать необходимые пару шагов в сторону и нырнуть в воды реки под мостом, но это бы означало техническое поражение, а я пришла сюда не за тем. Понемногу, по шажочку, чувствуя, как от необходимости держать мышцы в максимальном напряжении по спине льётся пот, я двигалась в сторону отброшенного Асхета. Благо в реку он не угодил, и теперь лежал позади Эрика, шагах в десяти.

Обойти его я всё-таки смогла. И даже пару шагов в нужном направлении сделать сумела.

Но потом играть в кошки-мышки противнику надоело, и он с силой ударил меня мечом плашмя под колени, сбивая с ног и заставляя упасть на спину. Скалой навис сверху, перехватывая рукоять и направляя клеймор острием вниз в явном намерении пригвоздить меня к Призрачному мосту, как бабочку.

Я знала, что от такого удара голыми руками не отбиться. Знала, что не успею увернуться. Знала, что пока пытаюсь связать Нити силы в защитный узор, меня уже порубят на куски. Но всё равно зачем-то выбросила правую руку вперёд и вверх, стремясь защититься, словно клинок всё ещё был в моей руке.

Мелодичное «дзын-н-нь» раздалось над ухом неожиданно для нас обоих, и я почувствовала, что рука сжимает тёплую, живую рукоять хранителя.

А в следующую секунду, не раздумывая, провернула её, направляя клинок противника вниз, ныряя под его руку и глубоко вонзая Асхет в грудь Эрика справа. Кажется, он удивился. Перевел на меня ненавидящий взгляд и попытался если не выиграть поединок, то хотя бы закончить его вничью, отрубив таки мне голову. Но нужных пары мгновений я ему не дала. Дёрнула глубоко всаженное оружие на себя, распарывая грудную клетку, чувствуя как острие изнутри цепляется, царапает его по рёбрам, с мясом отделяя их от грудины.