Чтение онлайн

– Один - ноль в вашу пользу, - усмехнулся разоблаченный Эдгар.

– Ну что вы, - мрачно посмотрела она, - у этой игры совсем другой счет.

– Д-да?
– поежился он.

– Идемте. Вы хотели видеть лабораторию. И вы ее увидите.

Они двинулись по этому бело-кафельному коридору. Собственно говоря, Эдгар ничего

тогда не понимал.

– Я ждала вас на вилле, - сообщила мадам Рохини самым обычным светским тоном, -

но не дождалась. Тогда я подумала, что вы, вероятно, все-таки побывали у меня. И узнали.

Не так ли?

То, что она решила играть в открытую, и радовало и совершенно сбивало с толку.

Эдгар приготовился к долгим и сложным разоблачениям, а тут все само раскрывалось

как... как классическая ловушка.

– Да так, - тоже прямо сказал он, - я сразу узнал тебя, Оливия.

– Оливия?

– Предпочитаешь, чтобы я называл тебя Сией?

Она остановилась и посмотрела на него из-под своей черной, острым углом, челки.

– Нынче меня зовут Рохини. И мне это имя нравится. Если хочешь ладить со мной,

Эдгар Оорл, зови меня только так.

– Ладить?
– усмехнулся он.

– А к чему нам ссориться?

– Вот уж, действительно...

Бронированные двери раскрылись почти бесшумно.

– Ну вот, - с жуткой улыбкой пригласила его Рохини, как будто была уверена, что он

никогда не выйдет из этой западни.

– 63 -

Эдгар вошел в тускло освещенный зал, так же нудно выложенный кафелем. В зале

было много саркофагов, подключенных к аппаратуре, штук двадцать. В каждом лежало

обнаженное человеческое тело. Тело царицы Нормаах.

– Так много?!
– потрясенно проговорил он.

– Грэф не любил рисковать.

– Так это все... про запас?

Рохини усмехнулась.

– Можно считать, что так.

– О, дьявол...

– Он действительно дьявол. Посмотри: восемнадцать физических тел, генетических

васков, вполне взрослых, но совершенно обездушенных. Они пусты. Восемнадцать

шикарных, долгосрочных скафандров для погружения в плотный мир.

– И один из этих скафандров - твой?

– По-моему, не самый худший, а?

Она стояла, распахнув халат, выпятив грудь, отставив ножку, сунув руки в карманы

летних брюк. Пожалуй, Оливия никогда не была так хороша, как эта стерва.

– Но как это возможно?
– спросил Эдгар, - насколько я знаю, эрхи могут вселяться

только в новорожденных младенцев, блокируя память под ключ. Так с тобой и было в

первый раз. Но во взрослое тело?

– Вселиться можно в любое тело, которое пусто. Которое только тело и ничто больше.

Эрхам просто не приходило в голову этих младенцев выращивать. Грэф попробовал, у него

получилось.

– У него, я смотрю, все получается, - проворчал Эдгар.

– Может, и не все, - усмехнулась Рохини, - но тебя он, кажется, переиграл.

– Ты называешь это игрой? Я вечность простоял в безвременье и лишился любимой

женщины.

– И что?

Она продолжала глядеть на него с насмешкой. Чудовищная женщина, убивавшая свою

родню. Сама дважды убитая и восставшая из пепла. Разве могла она принять всерьез

чужую боль?

– Да ничего, - буркнул Эдгар, - мне плевать на Грэфа. Мне интересно, что задумала ты.

– Поверишь?
– мило улыбнулась она, - ни-че-го. У меня уже все есть. Все, что мне

нужно.

– Не-по-ве-рю, - тут же ответил он в том же духе.

– А зря! Видишь ли, я ничего не скрываю и предлагаю жить дружно. Не будем друг

другу мешать. У вас свои дела, у меня - свои. Вы на Пьелее, я - на Земле. Если бы не

ошибка с твоей Аолой, вы бы никогда про меня и не узнали.

– Но ошибка все-таки вышла.

– Да. Вышла. Одна на миллион! Ошибки нужно признавать. Силу соперника тоже. Я

это признаю, Эдгар Оорл.

Она как будто забыла, что Эдгар эксперт.

– А как же Руэрто?
– спросил он, прислушиваясь к ее чувствам, - тебе до него нет дела?

Как ни странно, мадам осталась довольно спокойна, но предусмотрительно отошла

подальше. Она стала прогуливаться между саркофагами, почти вульгарно раскачивая

бедрами.

– Ты преувеличиваешь силу материнского инстинкта.

– Тебе даже не хочется его повидать?

– Зачем?

– А Ольгерда Оорла?

Тут она спокойной остаться не смогла. Эдгар почувствовал просто бешеный выброс

раздражения и злости. Наверно, Прыгуны бы увидели синее пламя вокруг нее, но он был

слеп.

– Он все так же красив, этот любимец прекрасных дам?

– 64 -

Улыбалась она по-прежнему, холодно и фальшиво. Челка скрывала один глаз, но

другой метал молнии. Никакой любви к своему божеству у нее явно не осталось, зато

ненависти было через край.

– Постарел немного, - сказал Эдгар.

– Так ему и надо, - усмехнулась Рохини, - человеческий век короток. Скоро он совсем

одряхлеет. Что может быть противнее дряхлого мужчины?... К тому же меня, да будет тебе

известно, больше привлекают женщины. И всегда привлекали. Теперь я могу пользоваться

этим в полной мере. Так зачем мне какой-то Ольгерд Оорл?

– Действительно, - проговорил Эдгар, нервно предполагая, осталось ли что-то в этой

мадам от Оливии или нет, - а Льюис Оорл?
– спросил он на всякий случай.

– Нашел, о чем спрашивать!
– пожала плечом Рохини и вдруг закашлялась.

С виду ей было все равно, но он почувствовал вдруг тоску, щемящую тоску, от которой

сдавило горло. И нежность. Когда-то она сидела у него в кабинете, заумная толстушка в

мужских ботинках и мучилась от неразделенной любви к прекрасному юноше. Эдгар тогда

вошел в нее без спроса и почувствовал вот эту самую тоску.