Чтение онлайн

Но однажды что-то заставило меня задержаться на телеканале, присмотреться. Отчего-то кольнуло за грудиной... картинка на телеэкране показалась знакомой... Я увидел плацкартный вагон. Пассажиры лежали на полках, порой даже без матрацев и постельного белья. Лежали, а не сидели по-буржуйски в мягких креслах с высокими спинками, как в поездах просвещённой Европы, где по вагонам во время поездки проводники или бармены то и дело развозят тележки с кофе, чаем и бутербродами и активно предлагают это путникам, ибо оплата за подобный перекусон входит в стоимость билета... Нет, там, в том телесюжете, пассажиры ели сурово и приземлённо: рвали руками белое мясо курицы и руками же запихивали его в рот, заскорузлыми пальцами пробивались сквозь яичную скорлупу к сваренному вкрутую желтку, потягивали что-то алкогольное, закусывали солёными огурчиками. Весь дорожный провиант был небрежно разложен на газетах или, в лучшем случае, на куске фольги. Водку глушили из стаканов. Те, кто уже улёгся, не снимали с себя даже пальто и куртки. Было видно, что в вагоне холодно. Так они и лежали - на жёстких досках полок, закутавшись в телогрейки и сверкая голыми пятками, выставленными в вагонный проход... А за окном - располагающий к депрессии пейзаж: тусклое мутное солнце, низко зависнув над горизонтом, летело следом за поездом, скакало через снежные холмы пустынной и бесконечной равнины... "Боже мой! что это?
– волновался я.
– Что за страна такая?" Показать такое сейчас, в разгар туристического сезона, в жаркой субтропической Испании!.. Диктор что-то увлечённо рассказывал телезрителям, я прислушался и понял, наконец (давно пора было догадаться), что это Россия. Передача посвящалась семидневному переезду на поезде из Москвы во Владивосток...

...Но сервис всё же в этом городе чуточку навязчив. Ничего не поделаешь: в частных лавочках всегда так.

Входим с женой в магазинчик одежды - просто так, из любопытства, чтобы как-то провести время. Лавчонка представляет собой что-то вроде бывшего гаража на первом этаже жилого дома - ни окон, ни дверей, никакой особенной рекламы и прочих наворотов. Заведение украшено лишь одним - товаром. Это выглядит весьма живописно. Тут и одежда, и шляпы-сомбреро, и немудрящая обувка, и буклеты-путеводители, и почтовые открытки, и сувениры, и какие-то фривольные игрушки в виде пениса... На ночь такой магазин закрывается просто: сверху опускаются жалюзи, вот и всё.

Рассматриваем кофточки, свитера, рубашки, куртки, что-то обсуждаем. Немедленно подбегает приказчик. Смотрит слегка кокетливо, словно зажатый в смущении ребёнок, исподлобья, косовато, как бы стесняется. И вдруг спрашивает у меня:

– Русский?

– Си, - говорю.
– Сой русо. Э бэнидо дэ Моску.

– О, Моску!– притворно восхищается он.

Потом, после короткой паузы, произносит:

– Привьет, русский!

– Привет, привет, - смеюсь я. Должно быть, это и весь его словарный запас по-русски.

Но нет! Он не унимается. Он смотрит на меня всё так же игриво (я уже начинаю ёжиться: уж не педик ли он?..) и говорит:

– Как дела?

Я только руками развожу. Что тут скажешь?

– Грасиас. Хорошо.

– Карашё?

И тут он берёт быка за рога. Он вываливает перед нами гору одежды. Он суёт нам в лицо куртки и платья. Он многозначительно тычет карандашом в ценники. Он трёт пальцами ткань, выворачивает товар подкладкой наружу, что-то бормочет по-своему.

– Хорошо, хорошо, - торопливо отвечаю я.
– Сейчас посмотрим...

Но он продолжает наседать. Подносит нам куртку и фломастером зачёркивает ценник, пишет другую цифру, в полтора раза меньшую.

– Спасибо, спасибо, - отмахиваюсь я. Мы уж и не рады, что зашли.

– Русский, карашё, - размахивает он своей шмоточкой. И вдруг - на чистом русском: -Давай-давай, русский! Уникальная скидка!

Вот это темперамент! Вот это напор! Мы уж и не надеялись сбежать оттуда. Кажется, я спросил, работают ли они ещё хотя бы час. Сделал вид, что бегу за деньгами. Он печально кивает - да, мол, магазин будет открыт, - но, судя по всему, понимает, что мы больше не вернёмся... Мы не оправдали его надежды. А он так старался!..

...В другом магазине продавец долго рассматривает мою бородку, а потом произносит что-то вроде "Комбэлада?".

– Чего? Какая ещё баланда?

Он произносит более чётко и медленно:

– Комо Бен Ладен? (Как у Бена Ладена?).

И ладошкой себя по подбородку трёт, улыбаясь при этом светлой детской улыбкой.

Этот вопрос отчего-то не доставляет мне удовольствия. Тоже мне, сравнил козлиную бороду террориста-миллиардера с моей благородной... как это называется?.. эспаньолкой.

Отвечаю жёстко и понятно:

– Комо р-руса тур-риста!

И выхожу из магазина.

...Идём по одной из улиц города. Этот район облюбовала молодёжь. Здесь и проезжая часть пошире (можно даже на автомобиле подъехать), здесь и иллюминации побольше. Здесь много рекламы, шумно и многолюдно. На одном из балконов стоит манекен Мэрилин Монро с задранной, по обыкновению, юбкой. Гремит "трескотека". Какие-то африканцы снуют в толпе и продают часы, ремни и другую мелочь. В отличие от старой части города, где на узких улочках вполне комфортно и патриархально, здесь ощущается некоторое напряжение. Очевидно, это признак того, что ты сам уже не юноша. Нет, молодые парни и девчонки отнюдь не агрессивны... но всё же каким-то непокоем веет. Здесь запросто могут толкнуть (случайно, случайно) и не заметить. Здесь могут подойти со странным (для тебя) предложением...

Подошла девушка, стала зазывать на дискотеку. Суёт какие-то билеты, предлагает сходить потанцевать. Что ты, милая, ну какие, к лешему, танцы? Мы совершаем неспешный променад по этому живописному пасэо, дышим морским воздухом, к вам, в ваш район угодили случайно... Вообще-то мы себя старыми не чувствуем, в сорокалетних жилах ещё, так сказать, бурлят соки, и, может быть, в других обстоятельствах, в другой компании... но не теперь.

– Но, мерси, - отвечаю почему-то по-французски. А потом и по-английски: ґ - We don't want to dance.

(Не случайно ведь по-английски dance - это и "танцевать", и, того хуже, "плясать", и даже... "скакать".)

Она понимает. Улыбается, отходит, оглядывается в поисках нового кандидата.

Впереди плетётся долговязая сутулая фигура. Девушка подходит к молодому человеку, что-то говорит, предлагает билет. И слышит в ответ:

– Нах... т-твою мать! Отъе... бля... ё-о-о!!

В общем, полный лексический набор. Ясно, русский парень не в духе. Или перепил.

Тысячу раз мы порадовались тому, что в гостинице "Анабель", где мы жили две недели, почти не было молодых русских. Если хотите покоя, тишины и порядка, селитесь там, где живут старички-немцы. У этих всё по часам. Если ужин начинается в семь вечера, то они выстраиваются у входа в ресторан без пяти семь. Поскольку ужин длится до десяти часов, то в восемь вы уже свободно пробьётесь к кормушке. В девять вечера эти бабушки и дедушки, нарядившись, как сказал бы Бабель, во всё свое самое приличное, слушают музыку в баре, танцуют танго, пьют "глиссе" и лёгкие вина. В одиннадцать они уже спят.

Кто-то скажет: чего это он всё о еде да о шмотках? Неужели больше ничего интересного не увидел в Испании?

Отвечу так: не о том сегодня разговор. Когда-нибудь расскажу о чудесах Каталонии. О монастыре на святой горе Монтсеррат и о нашем восхождении к подножью деревянной фигуры черноликой Девы Марии Моринеты. О поездке в Фигерас к Сальвадору Дали, в его уникальный Театр-музей на площади, где почти сто лет назад родился и был крещён великий художник. О прогулке по печальному замку жены Сальвадора Дали ГалА в деревушке Пуболь. О чудесном каталонском Диснейленде - парке Порт Авентура. О милом городишке Тосса-де-Мар, где когда-то жил Марк Шагал. О любопытном парке "Каталония в миниатюре" в пригороде Барселоны. О дегустационном подвальчике на окраине Льорета - там, у огромных бочек, оснащённых краниками, мы, помнится, тогда так надегустировались хересу, ликёров, сангрии и других испанских вин!.. (Стоп, договорились же: о питье и еде больше ни слова!) Да и о самой Барселоне - великом городе на берегу Средиземного моря, городе, который теперь снится мне по ночам - тоже расскажу когда-нибудь...

А впрочем, кое о чём можно и теперь. Самое время.

...Есть в двадцати минутах от Барселоны городок Торрельес-де-Льобрегат. Кто-нибудь слышал о таком? А тем не менее, туда едут тысячи туристов, потому что там стоит архитектурный парк "Каталония в миниатюре". Не устаю удивляться, как в Каталонии (да и не только там, наверно) в любом городишке местные жители (а скорее испанские власти) умеют устраивать выгодные для себя туристические предприятия. В городишке Фигерас - Театр-музей Сальвадора Дали. В Салоу - Порт Авентура. В Пуболе - замок ГалА. В Тоссе - старинная крепость на берегу моря. В Бланесе - великолепный ботанический сад. И так - через каждые пятнадцать-двадцать минут езды по побережью.