Чтение онлайн

— Нет, — я мотнула головой и поспешила следом за бароном.

Взяв его под руку, я всем своим видом показала, что не собираюсь стоять и ждать, а после успокаиваться ложными заверениями о состоянии Аметиста. Гард открыл было рот, но, увидев мое молчаливое упрямство, вздохнул и повел к дверце, через которую мы никогда не входили. Она оказалась открыта, однако, завидев нас, конюх закрыл собой проем:

— Ваши милости, ну зачем же? Еще рано…

— Прочь! — гаркнула я и ударила его в грудь кулаками.

Конюх охнул от неожиданности и отступил назад, мне этого хватило, чтобы пройти мимо него и устремиться к стойлу моего жеребца. Я слышала негромкий разговор за своей спиной – Гард спрашивал у конюха о состоянии Аметиста. Приостановившись, я обернулась и увидела, как конюх махнул рукой, а затем ответил:

— Издыхает он, кажись, ваша милость.

— Что?! — вскрикнула я. — Издыхает?! — меня затрясло, и пришлось сжать кулаки, чтобы задать короткий вопрос: — Лекарь?

— Не понимает он, ваша милость, — со страданием ответил конюх, явно ожидая моей истерики. — Даже думали, что отравили, только не нашел он следов яда. Будто сглазили беднягу, как порчу навели.

— Порчу? — переспросила я, а после, развернувшись, стремительно кинулась к стойлу.

Он лежал на боку. Еще живой, я увидела это по боку, вздымавшемуся от тяжелого дыхания. На мое появление конь никак не отреагировал, кажется, ему уже вовсе было безразлично происходившее вокруг. Я не знала, смогу ли я определить, но нельзя было оставлять этой попытки. Потому, упав на колени подле Аметиста, я приложила к его телу ладонь с кольцом магистра Элькоса. Ни камень, ни металл не отозвались, и я сдвинула ладонь ближе к голове. Жеребец шевельнулся. Мы встретились взглядами… Я не смогла сдержать рыдания. Увидела печаль и боль, обиду и затаенную радость от встречи. Быть может, мне всё это почудилось, но было это чувство столь ярким, что я прижалась щекой к шее скакуна и зашептала, признаваясь, как он мне дорог, и как не хочу его терять.

Моя рука скользнула между ушами Аметиста, спустилась между глаз, по носу и замерла, когда горячие сухие губы ткнулись в ладонь. Вновь всхлипнув, я отстранилась. Смахнула свободной рукой слезы, а затем перевела взгляд на морду Аметиста. Мой милый мальчик лежал теперь с закрытыми глазами, и я осторожно убрала руку от его губ, протяжно вздохнула, уложила ладони себе на колени и…

— О, Хэлл! — вскрикнула я.

Камень стал серым! Неприятный грязный цвет расползался не только по камню, но и по оправе. Перстень вбирал в себя то, чем отравили Аметиста. Жеребец приподнял голову, посмотрел на меня и снова уронил ее. Если кольцо и помогло, то немного, или же отрава успела проникнуть слишком глубоко.

— Я скоро, — прижав ладонь к шее скакуна, пообещала я. — Только дождись, слышишь? Потерпи еще немного, пожалуйста.

А после вскочила на ноги и бросилась прочь из стойла, едва не врезавшись в Гарда на выходе. Он перехватил меня за локоть, но я отмахнулась, чуть не попав барону по лицу, и Фьер благоразумно отступил. Впрочем, ненадолго. Вскоре он нагнал меня, когда я уже готова была покинуть конюшню, и заступил дорогу.

— Не драться! — рявкнул Гард. — Что вы увидели? Куда бежите? Шанриз!

— Да разве же вы не видите?! — вскрикнула я и потрясла перед его носом перстнем: — Это магия, Фьер, магия! Моего жеребца отравили, но не ядом!

— Ветеринар…

— Пусть катится ваш ветеринар, и вы вместе с ним, если сейчас же не уберетесь с дороги, — мотнула я головой и толкнула барона в плечо. — Фьер, если будете мне мешать, более я вас не знаю!

— Я просто хочу помочь, — укоризненно произнес он, отходя в сторону.

— Вы тут точно не поможете, — отмахнулась я, выбралась наружу и, подхватив юбки, бросилась в сторону дворца.

— Шанриз! — все-таки крикнул мне вслед Гард. — Я могу что-то сделать?

— Не мешать, — буркнула я, не обернувшись, и больше не останавливалась.

Мне было безразлично, что подумают о моем поведении те, кто попадется на пути. Я вообще не замечала, мимо кого бегу, слишком была взвинчена. Ярость на отравителя, жалость к беззащитному созданию и страх его потерять, желание поскорей добраться до своей цели – сделали меня пулей, выпущенной из ружья. Я даже пропустила момент, когда влетела во дворец и бросилась в сторону королевского крыла.

Меня пропустили, и я кинулась к покоям магистра Элькоса. Его на месте не оказалось. Я заметалась по коридору, не зная, куда мчаться, а после набросилась на гвардейца:

— Где магистр?

— У Его Величества, — ответил тот.

— А где государь?

— Во внутренних комнатах.

— Проводите, — потребовала я.

— У вас нет дозволения…

— Королевской защиты! — выкрикнула я, и этого оказалось достаточно.

Гвардеец развернулся и повел меня туда, куда мне хода не было. Дядя был прав – эта фраза оказалась настоящей отмычкой к любой двери, даже к покоям государя. И пока мы шли, я сжимала и разжимала кулаки от нетерпения. Хотелось совершенно неблагородно дать пинка провожатому, чтобы он бежал так же быстро, как готова была бежать я. И хвала Богам, что идти оказалось не так уж и долго.

Вскоре гвардеец остановился у двери, где стояли еще два его собрата, и передал меня им, произнеся лишь:

— Королевской защиты.

Один из гвардейцев постучал и скрылся за дверью. Мой провожатый уже удалился, а второй страж смотрел перед собой, кажется, совсем не обращая на меня внимания. Выдохнув, я решительно распахнула дверь и ворвалась в гостиную, роскошеству которой, наверное, и восхитилась бы, если бы не мое дело.

За моей спиной вырос второй гвардеец, но приказ:

— Не трогать, — остановил его, и страж ушел на свой пост, а следом за ним и другой. Доклада и приглашения уже не требовалось, я сама вошла.

Государь был не один. Здесь присутствовала и графиня Хальт, и герцог Ришем, и Ее Высочество, но меня интересовал лишь один человек. Плохо соображая, что делаю, я присела в реверансе, разом приветствуя всех, а после хотела кинуться к магистру, но меня остановил возмущенный возглас принцессы:

— Это что за наглость?! Немедленно…

— Селия! — рявкнул государь, а затем обратился ко мне: — И в самом деле, ваша милость, что означает ваше явление? Я бы выслушал вас и без выламывания моих дверей. — Он вдруг замолчал и нахмурился: — Да на вас лица нет. Что случилось, Шанриз?

— Маг… — начала я, но голос сорвался и пришлось заставить себя успокоиться: — Государь, отпустите магистра Элькоса. Он мне нужен… очень нужен, государь! — окончание фразы вышло истеричным.

— Это уже сверх всякой меры, — фыркнула Селия.

— У вас несчастье? — заговорил герцог Ришем, и голос его был полон искреннего участия.

Я стремительно обернулась в его сторону и, сузив глаза, прошлась взглядом по всей этой волчьей стае.

— Моего коня отравили, — ответила я неожиданно спокойно и ровно.