Дорогой, ты меня слушаешь? Тогда повтори, что я сейчас сказала…"
Шрифт:
Ваша наследница тоже растрогана, что для нее большая редкость.
Милая Крошка, без сомнения, потащит все мужские сердца за своей голой спиной и полуобнаженными ягодицами. Мужчина, Месье Зять № 2 и Маттиас одеты в серые костюмы, взятые для церемонии напрокат в «Охотничьем Роге». В честь события вы преподнесли своему супругу прелестный жилет из бледно-желтого шелка. Вы бы влюбились в собственного мужа, если бы уже не были в него влюблены. Эмили и Саломея прыгают от счастья в своих платьях а ля Скарлетт О’Хара. Атилла и его лучший друг Маноло, сын португалки-консьержки из дома напротив, боятся дышать в обещанных пажеских костюмах в стиле Сирано де Бержерака.
Лилибель нацепила все свои драгоценности. Она сверкает, как витрина ювелира, и вы упрекаете себя, что не догадались нанять для нее телохранителя. Слишком поздно. А Дедушка Жюль просто восхитителен в белом адмиральском мундире с орденами во всю грудь.
Лишь Мельхиор дуется в своем углу, несмотря на то, что вы украсили его шею белой сатиновой лентой с большим бантом.
— Значит, меня на праздник не пригласили? Я остаюсь скучать дома в одиночестве?
— Я привезу тебе жирных креветок из Розового Буфета, — обещаете вы.
Странно, но это его не удовлетворяет. Он душераздирающе мяукает, это разрывает вам сердце. У вас возникает идея.
— Слушай, я спрячу тебя у нас в машине и ты посмотришь на прием из окна. Но… ты не попытаешься сбежать?
— Клянусь жизнью моего отца: Большого Рыжего Кота из журнального киоска!
БИП-БИП… БИП-БИП …БИП-БИП…
Все достают мобильные телефоны, включая невесту, которая спрятала свой в шитой серебром сумочке.
Звонят жениху.
— Ты подумал о машине для твоей крестной матери старой Тети Зиты? — раздается резкий голос Мадам Будущей Свекрови.
— Хм…нет, — бормочет ее сын.
— Как ты мог! Ты ведь знаешь, что она должна оставить тебе в наследство свое состояние! Иначе все пойдет в фонд Института Пастера…
— У меня это вылетело из головы. Может можно послать за ней такси?
— Нет. Скорее роллс-ройс, предназначенный для нас. Мы поедем на своей машине.
— Хорошо.
— Скажите своей матери, что мы уезжаем в мэрию, — вмешиваетесь вы.
Перед тем, как возглавить свое стадо, вы отбираете у Старшей Дочери телефон.
— Ты же не будешь болтать по телефону с подругами во время собственной свадьбы! — восклицаете вы. Они, кстати, все равно все будут там.
— Но если в мэрии или в замке случится пожар?
— Мы застрахованы от чего угодно, — отвечаете вы сухо.
— Твоя мать права, — говорит Бенуа.
(Браво! Он будет замечательным Зятем № 2)
— Я люблю тебя, — воркует Жюстина. — Я принадлежу тебе… но мой телефон принадлежит мне.
Вы кричите, воздев руку, как Бонапарт на мосту д’Арколь:
— ВПЕРЕД!
В мэрии мэра ждут уже три свадьбы (по четверть часа на свадьбу).
Когда приходит ваша очередь, Месье Зять № 2 наклоняется к вам с Мужчиной и шепчет:
— Моих родителей еще нет… Я не могу жениться без них, их это убьет…
— Не страшно, — устало говорите вы. — То есть, я хочу сказать, не страшно, если мы подождем их еще немного.
Вы пропускаете перед собой еще две свадьбы. Ситуация становится драматической. Дети прыгают на стульях. Дедушка Жюль храпит, как трактор. Мужчина болтает ногой — признак раздражения. Что делать? Отменить церемонию?… Вы чувствуете, что ни Старшая Дочь, ни тем более вы, не способны возобновить все эти хлопоты. С другой стороны, иметь на своей совести смерть двух граждан Креза (с похоронами и всем прочим)… тяжело.
Сирена полицейской машины слышится вдалеке, приближается, замолкает перед мэрией. Месье Зять № 2, дежуривший на тротуаре, вбегает, с криком:
— Это они!..В фургоне фараонов!
Вы обмениваетесь беспокойными взглядами. Они что, будут присутствовать при бракосочетании собственного сына в наручниках? Пустит ли их мэр в Зал Бракосочетаний?
Вот они влетают, задыхающиеся, окруженные благодушными полицейскими. Самое время! Мэр уже выказывал признаки нетерпения. Он начинает церемонию и с пулеметной скоростью бормочет статьи 213, 214, 215 Гражданского кодекса. Он, наверно, голоден. Вы тоже.
Последняя подпись поставлена (Милая крошка, гордая ролью свидетеля невесты, вырисовывает огромную нечитаемую закорючку), и все бросаются к «заключенным».
Что случилось?
От волнения, что его единственный сын наконец женится, Месье Будущий Свекор захлопнул ключи в машине (второй экземпляр у него, конечно, был, но дома, в Крезе).
Мадам Будущая Свекровь, в длинном сером шелковом платье, с колибри на голове, начала топать ногами на тротуаре.
— Идиот несчастный! Мы пропустим свадьбу сына!
— Не волнуйся, Миминочка. Попробуй поймать такси…
Увы, ни одно такси не хотело останавливаться несмотря на безумные махания Миминочки (нет ничего более раздражающего, чем пренебрежительный вид шофера, который проезжает мимо, без тени сожаления глядя вперед.).
Тогда Месье Будущий Свекор снял ботинок и стал изо всех сил лупить по боковому стеклу. Но оно не поддавалось (конструктор предвидел подобные обстоятельства).
Мимо проезжал фургон охранников порядка. Они весьма изумились, увидев, что человек в смокинге, в цилиндре и в носках, пытается вскрыть машину, а рядом с ним на тротуаре сидит толстая дама в длинном платье, с колибри на голове и всхлипывает так, что сердце разрывается.
Фараоны затормозили, чтобы выяснить в чем дело.
Пожалев бравых граждан Креза, они пустили их в свой фургон, где уже сидел грабитель, промышляющий вырыванием сумочек у старух (его как раз конвоировали из здания суда в тюрьму), и отвезли всех в мэрию 17 округа…
…где вы всех их пригласили на свадьбу, включая вора.
Праздник имел огромный успех.
Во всяком случае так вам показалось, судя по постоянным поздравлениям, изредка пробивавшим пелену усталости, в которой вы передвигались, и жуткого шума от болтовни приглашенных, который становился все громче по мере того, как пустели бутылки с шампанским.