Чтение онлайн

— Кэрол, — сказал Тейт, — в следующий раз, если мисс Уильямс придет немного раньше, дайте мне знать немедленно. Не стоит держать ее в приемной. Мы и так уже отстаем от расписания.

— Хорошо, сэр.

Тейт резко повернулся к Келзи. Выражение лица его было не слишком приветливым. Наверное потому, что Тейт старался изо всех сил не поддаться очарованию ее улыбки. Или потому, что не мог не признаться себе: Келзи Уильямс была настолько хороша собой, что будет очень трудно держаться на расстоянии и воспринимать ее только как сотрудницу.

— Я вижу, вы предпочли свою старую одежду, — сказал он.

Келзи выпрямилась, у нее слегка дрогнул подбородок, словно она судорожно пыталась решить, стоит ли оправдываться в подобной ситуации.

— Я не знала, в чем именно вы захотите меня увидеть, поэтому решила, что лучше будет принести кое-что с собой. — Келзи кивнула головой в сторону вешалки за спиной Тейта, на которой висел пакет с одеждой. — Если хотите, я могу переодеться.

— Нет. Нет. Вы и так прекрасно выглядите, — сказал Тейт, увлекая Келзи вниз по коридору. Ему было немного стыдно за свою грубость, и в то же время он почти восхищался предусмотрительностью Келзи. — Сейчас я отведу вас в гримерную. Прежде всего мы займемся вашими волосами.

Быстро ведя Келзи по длинным коридорам, Тейт отметил про себя, что манера ее поведения явно изменилась по сравнению со вчерашним днем. Сегодня Келзи была спокойной, внимательной… почти покорной. Слишком покорной.

Похоже, она решила держаться строго в официальных рамках.

В гримерной Брюс подметал с пола волосы, оставшиеся после чьей-то стрижки. Увидев Тейта и Келзи, он сгреб волосы в кучку и поставил швабру к стене.

— Вы пришли довольно рано, — заметил он, поворачивая к Келзи кресло. — Уже решили, что именно мы сделаем с волосами?

— Что-нибудь классическое и в то же время оригинальное. И так, чтобы прическу можно было легко менять. — Тейт, оказывается, успел принять решение.

Брюс распустил волосы Келзи.

— Давайте начнем с длины.

— Думаю, выше плеч.

— До ушей?

Келзи мысленно содрогнулась, представив себе, как голова ее становится круглой, похожей на недозрелый помидор. Если Брюс подстрижет ее таким образом, с мечтами о блестящей карьере можно распрощаться.

— Чуть длиннее, — сказал Тейт.

Брюс поднял волосы к макушке Келзи.

— Ее лицо больше подходит для короткой стрижки — это поможет подчеркнуть ее черты.

— Не надо фантазировать, Брюс. На первом плане должны быть волосы, а не черты лица.

— Да, но мне кажется, что та стрижка, которую ты придумал, — слишком скучна.

— Так сделай ее повеселее. Это — твоя профессия.

Брюс отпустил волосы Келзи и зажал их пальцами в нескольких дюймах ниже подбородка.

— Терпеть не могу, когда просят, чтобы прическа легко менялась, — сказал он. — Всякий раз, когда ты произносишь эти слова, я чувствую себя так, словно мне нужны не ножницы, а волшебная палочка. — Брюс закатил глаза, однако вид у него был вполне довольный — комплимент Тейта достиг своей цели. — Ну хорошо. В таком случае я обрежу пока до плеч. Сделать покороче мы успеем всегда.

Келзи едва сдержала вздох облегчения. Мысль о том, что Брюс покончит одним движением ножниц со всеми ее мечтами, казалась невыносимой. А ведь он даже не подозревает, как много она поставила на карту.

Келзи немного смущало присутствие Тейта. Прислонившись к туалетному столику, он следил, словно ястреб, подстерегающий добычу, за каждым движением Брюса. Пока Брюс мыл ей голову, Келзи прикрыла глаза и постаралась немного расслабиться под действием теплой воды и ловких рук мастера. Когда Брюс вытер ей голову и отвернулся в поисках ножниц, взгляд Келзи снова упал на Тейта.

Сейчас на лице его не было обычного критического выражения. Тейт скользнул взглядом по лицу Келзи, и глаза их встретились. Келзи тут же почувствовала себя слабой и беззащитной. И куда только девалась ее уверенность в себе? Неужели она кажется ему некрасивой и неловкой! И еще Келзи вдруг поняла, что ей очень важно мнение Тейта — важно, чтобы он видел в ней женщину, а не только средство для продвижения его продукции на рынок.

— Готовы? — спросил Тейт, когда Брюс стал поднимать кресло, устанавливая оптимальную высоту.

«К чему?» — чуть не спросила Келзи, чувствуя, как все дрожит у нее внутри.

Опустив глаза, она увидела, что полы пиджака Тейта забрызганы пеной от шампуня, которым ей только что мыли голову, и удивилась, что он не отошел на безопасное расстояние, но, взглянув на его сосредоточенное лицо, поняла, что все происходящее было для него слишком важным.

— Я готова, — сказала наконец Келзи, сжимая подлокотники кресла. — Но вы уж постарайтесь, чтобы все прошло хорошо.

Тейт подбодрил ее улыбкой, а Брюс пренебрежительно фыркнул.

Келзи ожидала, что Брюс справится со стрижкой очень быстро, но он все время останавливался и критически осматривал свою работу. Волосы Келзи высохли раньше, чем Брюс успел закончить стрижку, тогда он побрызгал их из пульверизатора, не думая извиниться за то, что капли попадали ей на лицо.

Схватив полотенце, Тейт промокнул ей лицо. Для человека, который вчера пытался запугать ее предстоящими трудностями, он что-то слишком уж старался, чтобы Келзи не испытывала неудобств. Значит, у этого безукоризненного джентльмена все-таки есть сердце.

— Спасибо, — сказала Келзи, удивленно подняв брови.

— Не двигайтесь, — приказал Брюс, аккуратно подрезая волосы Келзи сбоку.

Тейт не мог дождаться результатов работы. Стрижка могла сильно изменить внешность Келзи.

— Давайте высушим волосы и посмотрим, что получилось, — нетерпеливо предложил Тейт.

— Мне не совсем нравится челка. Придется подкрутить концы щипцами.

— Хорошо.

Брюс с недовольным видом взял в руки фен и запустил пальцы в волосы Келзи. Ее немного удивило, что он ни разу не воспользовался расческой — вместо этого Брюс массировал пальцами кожу головы у корней волос, словно желая подчинить каждый волосок своей власти. Он тянул волосы вверх, затем отпускал, заворачивал и разглаживал, придавая им красоту и блеск.

Однако он ответил отказом на просьбу Келзи дать ей взглянуть в зеркало. Брюс повернул ее лицом к Тейту, демонстрируя, словно товар.

— Ну как? — спросил он.

Лицо Тейта было суровым, глаза оставались непроницаемыми, а рот — плотно сжатым, так что губы представляли собой прямую линию, скептически опускающуюся на концах вниз. Он словно никак не мог решить, что хочет сделать — похвалить стрижку или разругать ее в пух и прах. Только сейчас Келзи обратила внимание, что у Тейта немного искривлен нос, и это слегка портило впечатление от его классически правильных черт лица.