Чтение онлайн

– Оу, думаю мы справимся, Госпожа.
– Кэсси и Симона подошли к Девону и поцеловали его в губы по очереди. Кэсси углубила поцелуй, Симона подняла его руки над головой и стянула с него рубашку. Симона провела ладонями по его спине и плечам, а Кэсси положила его руки себе на грудь. Две девушки аккуратно подвели его к постели и уложили на спину. Девушки были сабмиссивами, обе. Но они любили секс, они любили мужчин, и они любили подчиняться ей. Быть на добром счету у Госпожи означало приглашение в святилище Кингсли. И прямо сейчас обе девушки определенно были на хорошем счету Госпожи.

Симона соскользнула с постели и полностью разделась, оставив лишь искусно зашнурованные туфли на шпильках. Она села спиной к изголовью и широко развела ноги.

– Сначала пальцы, - сказала она Данте и, казалось, у него не возникло проблем с такого рода приказами. Кэсси разделась, пока Данте проник двумя, а затем тремя пальцами в Симону. Что бы он ни делал, это, казалось работало, потому что менее чем через минуту Симона, сабмиссив, отдала твердый приказ.
– Теперь язык.

Симона раскрыла свои складочки и открыла Данте полный доступ к ее клитору. Он сказал, что любит оральный секс с женщинами и определенно показывал поразительный энтузиазм.

Кэсси забралась на кровать и начала ласкать грудь Симоны, дразнить ее пирсингованые соски, пока Данте упивался ее влагалищем и посасывал клитор. Все что могла делать Симона - это ухватиться за перекладины кровати и стонать, и стонать, пока оргазм не захватил ее тело с взрывной силой.

– Вау...
– произнеся лишь одно это слово, Симона устало обмякла на кровати.
– Твоя очередь, Кэсс.

– Меня не нужно просить дважды, - сказала Кэсси и толкнула Данте на спину.

Госпожа гадала, был ли таким первый раз с Эми. На спине, нервничая, возбужденным до предела, гадая какого черта творится, пока прекрасная девушка прикасается к тем частям его тела, к которым никто никогда не прикасался. Она задумалась, а где сейчас это трио. Прекрасные, эротичные и любвеобильные, отдающие сексуальные приказы мужчинам? Они могли бы послужить отличным дополнением в «Восьмом круге». Кингсли всегда искал хороших Домин.

Кэсси поднесла груди ко рту Данте, и он обхватил сосок. Он ласкал ее вторую грудь, пока она оседлала его бедра. Как только Симона достаточно оправилась от оргазма, она оказала Данте услугу, расстегнула его джинсы и освободила эрекцию. Взяв презерватив из тумбочки, Симона раскатала тот по его плоти.

Данте вытянулся на спине, Кэсси обхватила его и направила в себя. Упираясь ладонями в его широкую, покрытую татуировками грудь, она объезжала его медленно, описывая бедрами круги.

– Я знаю, как хорошо это ощущается, - сказала Госпожа Данте, сидя в кресле у кровати, - но не забывай, никакого оргазма. Только девочки, не ты.

– Обещаю, я не буду. До тех пор, пока она кончает, это все что важно.

– Ох, она кончает, - сказала Кэсси и начала жестче двигать бедрами, используя его как дилдо, которому повезло быть соединенным с человеческим телом. Данте обхватил груди Кэсси, пока она двигалась на нем, дразнил ее соски, пока они не превратились в ярко-красные и не затвердели.
– Она определенно кончает.

– Не спеши, - обратился к ней Данте.
– Я могу продержаться весь день...

Он опустил руку между их тел и нашел ее клитор. Он прижался к твердому узелку и Кэсси ахнула. Она обещала, что кончает, и она не врала. С криком, который, вероятно, слышало все подземелье с другого конца коридора, Кэсси кончила верхом на нем.

Она перекатилась на спину и лежала тяжело дыша. Указывая на Симону и на Данте, Кэсси прошептала: - Забирайся на него.

Симоне не требовалось большего поощрения.

– Ты кончил?
– спросила Симона, оседлала грудь Данте и села на его живот.

– Нет.

– Он не получил разрешения кончать, - заявила Госпожа со своего кресла. Ей стоило захватить с собой книгу на работу, пока детишки играются. Она запомнит это для следующего гэнг бэнга (прим.: ситуация, когда человек занимается сексом с несколькими партнерами сразу).
– Он еще не заслужил его.

– Вы слышали даму, - сказал Данте, улыбаясь Симоне.

– Хорошо. Я тоже хочу тебя трахнуть. Сейчас.

– Да, мэм.

Даже со своего места, Госпожа услышала радость в его голосе. Не удовольствие. Не желание. Радость. Быть использованным женщинами делало его счастливым. И дамы не жаловались.

Симона сняла с него оставшуюся одежду.

– Мы можем его привязать Госпожа?
– спросила Симона и вытащила новый презерватив из коробки.

– Не в этот раз. Он новичок. Нужно оставить кое-что для последующих визитов, - ответила она.

Они с Данте не обсуждали его отношение к бондажу.

– О, хорошо, - сказала Симона, притворившись разочарованной.
– Тогда Кэсси может его подержать. Хорошо, Девон?

– Возражений вы не услышите.

– Хороший мальчик.

Симона одобрительно пошлепала его по щеке, словно гордая внуком итальянская бабушка. Казалось, у Симоны проявились наклонности свитча.

Она протолкнула его в себя и начала объезжать, пока Кэсси удерживала его запястья, прижимая их к кровати. Он был сильным и с легкостью мог вырваться из оков девушки, но Госпожа чувствовала, что это даже и в голову ему не приходило. Спустя минуту, Симона встала с него, развернулась и начала скакать на нем в позе обратной наездницы.

– Тебе на самом деле это нравится?
– спросила Госпожа.
– Это моя наименее любимая поза. Я чувствую, как член долбит мою грудную клетку.

– Это странно, - призналась Симона.
– Но для этой позы у него хороший размер. Не слишком большой, не слишком маленький. Нужно лишь найти правильный угол или же он будет бить не в ту точку.

– Тебе нравится?
– спросила Госпожа Данте.

Вопрос с подвохом.

– Это не важно, - ответил он. – До тех пор, пока ей нравится.

– Говоришь, как настоящий маленький саб.

Госпожа засияла от гордости.

Пока Симона продолжала объезжать его, Кэсси развернулась и оседала его голову. Теперь его член был внутри Симоны, а язык в Кэсси. Если он умрет под этими женщинами, по крайней мере он умрет счастливым человеком.

Что бы ни делал этот волшебный язык, казалось, Кэсси он делал счастливой. И Симона тоже не жаловалась, объезжая его бедра.

– Дамы?
– вмешалась Госпожа.
– Не хочу прерывать, но он не сможет предупредить вас, что кончает, если его язык так и останется погруженным на три дюйма в Кэсси.

Кэсси шумно выдохнула и слезла с лица Данте.

– Думаю, вы правы, Госпожа. Я подожду своей очереди.

– О, сиди на его лице, сколько хочешь, - сказала Госпожа.
– Ему просто нужна уточка. В нижнем ящике.

– Уточка?
– сказал Данте, задыхаясь от того, как Симона продолжала двигаться на нем.

Кэсси порылась во втором ящике тумбочки и вытащила детскую пищалку.

– Уточка, - сказала Кэсси, и вложила ее в руку Данте.
– Сожми ее, если будешь слишком близко. Так я узнаю, когда прерваться. То есть, слезть с тебя.