Чтение онлайн

Оставив малышку с Маком, пошли готовиться к завтрашнему дню. Основной задачей являлась сборка кровати на, предварительно расстеленном, ковре. Найти нужный оказалось проблематично. Девятнадцать оттенков розового и полное непонимание, какое полотно в какую комнату.

– Мне очень жалко дизайнеров интерьера, - отложил очередной розовый рулон. – Как они обставляют дома, оставшись при этом в светлой памяти?

– Скорее всего, у них своя система, - пожал плечами Тор. – Ведут таблицу, заносят по комнатам номера и размеры.

– Точно, размеры, - отбросил розовую гадость и включил планшет.

Дальше работа заспорилась. На ярлыках оказались отметки всех площадей, так что, найдя нужный цвета розовой пудры, расстелили на полу и принялись за самое важное. Размер кровати позволял уложить с десяток человек вдоль и поперёк, матрас приятно пружинил под тяжестью тела, а резная спинка и столбики открывали много возможностей для интересного проведения ночного досуга.

За окном сгустилась темнота, звёзды мерцали в чернильном глянце полотна, луна налилась сливочной тяжестью, когда последняя коробка была пронумерована и для мастеров составлен план, что и куда заносить. Мари сонно хлопала глазами, вяло потирая уставшие руки и всем видом показывая, что сил на досуг у неё не осталось.

– Выспись, отдохни, - прошептал, обнимая и окатывая восстановительной волной света. – Залетим к обеду и не отпустим до глубокой ночи.

Она слегка смутилась, мазнула губами по щеке, сверкнула зеленью, взмахнула густыми ресницами и скрылась за дверью, оставив нас топчущимися на крыльце, с улыбками, как у дураков.

День до церемонии ганзалеонски проводили в обществе женщин своего рода. Они нежились в пенных ваннах, посещали горячие источники, баловали тела и душу приятными процедурами, и готовились к переходу невесты в новый круг. Так что на соблазнение любимой оставалось только завтра, а потом долгие часы без неё.

В родительском доме свет горел в малой гостиной, где мама любила посидеть за книжкой, или с бокалом вина. Там мы её и застали, перебирающую детские снимки и напевающую под нос колыбельную, которой укладывала нас спать.

– Вернулись, - улыбнулась с лёгкой грустью. – Я волновалась.

– Мам, нам уже по тридцать лет, через два дня мы будем жить отдельно, а ты всё переживаешь, - присел к ней и обхватил за плечи. Такая маленькая, хрупкая, и такая сильная внутри. – Должна была привыкнуть за двенадцать лет к нашему отсутствию.

– Вы прилетали каждый выходной, - вздохнула она.

– Мы и сейчас будем прилетать по выходным, да и ты сама сможешь нас навещать, - сел с другой стороны Тор.

– Это уже не то, - мотнула головой, сдерживая слёзы. – Раньше вы были моими маленькими мальчиками, а через два дня станете отдельным кругом, где для меня останется место только как для гостьи.

– Ты выдала замуж девять дочерей и до сих пор осталась для них мамой, - опустился на корточки Мак, взяв её за руки. – После церемонии у тебя появится ещё одна дочь, а через несколько месяцев внук или внучка, а если повезёт, то целых три.

– Мне всё ещё страшно, - пристально посмотрела на каждого из нас. – Никак не могу принять, что вы женитесь на внучатой племяннице. Отцы объясняют, доказывают на примерах, поднимают какие-то старые записи, организовали встречу с лучшим врачом, а у меня душа неспокойна, мечется, словно запертая в клетке.

– Марика наша судьба, и раз боги подарили её нам, то нет причин для волнений, - постарался спокойно объяснить простую истину. – Благословение просто так не даётся. Оно соединяет души и сердца навечно, даря крепкое и здоровое потомство. Ты испытала это на себе, связав свою жизнь и жизни отцов воедино. Хочешь сказать, что боги ошиблись?

– Нет. Очень надеюсь, что ошибаюсь я.

Бригада специалистов поработала на отлично. Не знаю, сколько пар рук собирало и расставляло мебель, но по тому, что на полу стояла только мелочёвка, ночью в нашем доме была добрая половина Дариоллэйна. Нам оставалось передвинуть всё по местам под чутким руководством Мари. На половину комнат ушло часа четыре, а остальные перемещения решили оставить на отвлечение от ласк любимой после церемонии.

Ещё пару часов потратили на разбор коробок с мелочами, выбранными Мари, развешивали полки, раскладывали подушки на диваны и всё это время нагуливали аппетит, подсматривая за малышкой, наклоняющейся в будоражащие позы. Наконец, Тор не выдержал, нашёл упаковки с постельным бельём и выразительно уставился на меня, подёргивая бровями.

– Надо привести в порядок пару спален наверху, - навесил на лицо полный наивняк и честно глянул на Марику. – Без тебя мы не сможем расставить всё правильно.

Мари смутилась, но решительно пошла к лестнице, расправив плечи и прихватив стопку простыней. При виде здоровенной кровати у малышки округлились глаза и щёки зарделись румянцем. Мак взял у неё бельё, вместе с Тором застелил постель, пока я отвлекал малышку на ванную комнату, гардеробную и остальные помещения.

– За этой дверью будущая детская, а здесь выход на балкон, где мы поставим столик и плетёные кресла, - с удовольствием показывал ей планировку, расслабляя и снимая напряжение, возникшее при мысли о том, чем мы займёмся в первую ночь.

– В саду разобьём клумбы, посадим деревья, а вокруг открытого бассейна разместим лианы, чтобы можно было прыгать с них в воду. Детям понравится, - нарисовался в проёме Тор, сообщая ментально, что у них всё готово.

– Нам очень хочется детей, - обнял её и притянул к себе, приподнимая и касаясь губ. – Этот дом создан для смеха и шалостей малышей, а ты создана для нас, как мы для тебя.

Занёс Мари в комнату, не выпуская из рук и не разрывая поцелуя, почувствовав, что братья спешно начали стягивать одежду, не отрывая жадных взглядов. Мак приблизился к ней сзади, потянул молнию вниз, избавляя от платья и целуя в шею, Тор оказался сбоку, лишая Мари последней преграды от нас – белья.

– На Сакиалат нам придётся замкнуть круг, - шептал, оглаживая бёдра и сжимая мягкие полушария попки, каждый раз впечатывая с силой в пах. – Если мы не подготовимся, могут возникнуть проблемы.

Малышка замерла на мгновение, попыталась отстраниться, но я не дал ей вынырнуть из возбуждения и усилил напор. Провёл между ягодиц, спустился ниже и вогнал палец в тёплую плоть, истекающую соками. Мари застонала, выгнулась, насадилась сильнее и впилась в губы, пресекая дальнейшие разговоры. Сел на край кровати, откинулся назад, располагая малышку сверху.