Чтение онлайн

Компьютер хихикнул.

– Я же велел тебе помалкивать! – прикрикнул Лазарус.

– Минерва вольна поступать, как ей вздумается, Лазарус, – невозмутимо сказал Айра.

– А кто сказал, что нет? И ты тоже помалкивай, пока старейший – а это я, сынок, – разговаривает. Джастин, Минерва будет обедать с тобой. Я думаю, она согласна. А потом вы можете делать все, что угодно, и если вы не надоедите друг другу за обедом, можете придумать себе любое развлечение. Тина, я намереваюсь отключить тебя сегодня от дома и не собираюсь приглашать тебя на обед. Ты еще не научилась вести себя в обществе.

– Ах, Лазарус, я и не намеревалась напрашиваться.

– Ну что ж... – Лазарус огляделся.

Лицо Айры было невозмутимым. Минерва казалась несчастной. Молчание нарушил Джастин Фут:

– Старейший, я уверен, что Афина не хотела сделать ничего плохого.

Мне приятно, что она назвала меня своим поцелуйным кузеном – это жест дружбы. Надеюсь, что вы пересмотрите свое решение и позволите ей присутствовать за обедом.

– Ну, хорошо. Тина. Раз уж Джастин просит за тебя... Чтобы справляться с тобой. Дорой и близнецами, временами нужен хороший кнут. Джастин, Минерва – пойдемте. Айра, Тина – до встречи за обедом. И не трать свое время на этот конвертор, Айра: Тина великолепно поработала.

* * *

Возле штаб-квартиры колонии Джастин Фут обнаружил гравистат, но не тот, что доставил его с летного поля. В нем сидели двое рыжеволосых близнецов. Это были девчонки, и выглядели они так, словно недавно приняли решение сделаться ими. Им было лет по двенадцать, от силы тринадцать. На тощих бедрах у обеих висели пояса с пистолетами – оставалось надеяться, что игрушечными. У одной на голом плече были начерчены капитанские знаки различия. У каждой на лице было не менее одиннадцати тысяч трехсот двадцати двух веснушек – ежели считать точно. Они выпрыгнули из гравистата.

Один комплект веснушек проговорил:

– Пора.

Другой добавил:

– Дискриминация.

– Замолчите и ведите себя вежливо, – велел Лазарус. – Джастин, это мои дочери-близнецы. Вот Ляпис Лазулия, а та – Лорелея Ли. А это мистер Джастин Фут, мои дорогие, главный архивариус при Попечителях.

Девочки переглянулись и одновременно сделали реверанс.

– Приветствуем вас на Тертиусе, главный архивариус Фут! – хором произнесли они.

– Очаровательно.

– Да, девочки, вы великолепны. Кто вас выучил этому?

– Мама Гамадриада.

– А мама Иштар сказала, когда надо сделать реверанс.

– Но это я Лори, а она – Лази.

– Обе вы лентяйки <в подлиннике игра слов: lazy (англ.) – ленивый">, – заметил Лазарус.

– Я капитан звездолета "Дора" Ляпис Лазулия Лонг, а она – мой экипаж.

По четным дням.

– Завтра моя очередь.

– Сам Лазарус, не может нас различить...

– ...и он вовсе не наш отец; у нас нет отца.

– Он наш брат, и он для нас не авторитет...

– ...он командует, потому что сильнее.

– Но так будет не всегда.

– Живо в лодку, невоспитанные сорванцы, – строго сказал Лазарус, – а то разжалую обеих в ученики космонавтов. Девчонки залезли в лодку и, усевшись спереди, обернулись.

– Угроза и оскорбления...

– ...без должного основания.

Лазарус сделал вид, что не слышал. Он помог Минерве забраться в лодку и сел рядом. Джастин уселся по другую сторону от Минервы.

– Капитан Лазулия!

– Да, сэр?

– Не окажете ли вы нам честь, приказав лодке доставить нас домой?

– Ага-ага, сэр. Шалтай-Болтай – домой!

Маленькое суденышко приподнялось и, набрав десять узлов, плавно двинулось вперед.

– Теперь, капитан, – сказал Лазарус, – раз уж вы озадачили нашего гостя, пожалуйста, просветите его.

– Да, сэр. Мы не близнецы, мы даже не дочери одной матери...

– ...а этот старичок вовсе не наш отец; он наш брат.

– По четным дням!

– Тогда ты и веди.

– Вношу поправку, – вмешался Лазарус. – Я являюсь вашим отцом, поскольку я удочерил вас обеих с письменного согласия матерей.

– Это неважно...

– ...и незаконно, ведь нас не спросили.

– В любом случае это неважно, поскольку мы – Лазарус, Лорелея и я – составляем идентичный триплет, а поэтому обладаем одинаковыми правами в рамках любой рациональной юридической системы, а предшествующее утверждение к таковым не относится. Но он бьет нас, попирая закон грубой силой.

– Капитан, напомните-ка мне, чтобы я отыскал палку подлиннее.

– Так точно, сэр. Но мы любим нашего старичка, невзирая на его садомазохистские наклонности. Потому что он – это мы. Вы понимаете?

– Мисс... капитан... я не уверен. Кажется, на пути сюда я провалился в дефект пространства-времени, из которого так и не выбрался.

Капитан по четным дням покачала головой.

– Извините, сэр, но это невозможно. Поверьте мне на слово – если только вы не владеете империальным исчислением и физикой полей Либби... – Я – нет, а вы?

– Да, конечно...

– ...мы же гении.

– Перестаньте морочить ему голову, девчонки. Я все объясню сам.

– Да-да, мне хотелось бы услышать кое-какие объяснения, Лазарус. Я не знал, что у вас есть маленькие дети, а тем более сестры, что делает ситуацию еще более загадочной. Они зарегистрированы? Я просматриваю не все материалы, поступающие в архив, но все, что касается старейшего, обязательно попадает ко мне на стол.

– Я знал об этом и потому принял свои меры. Они зарегистрированы под фамилиями матерей... приемных, если соблюдать точность, но в документах об этом не упомянуто. Но я оставил запечатанный конверт, в котором находятся данные об их происхождении. После моей смерти или в 2070 году от начала Диаспоры ты, или твой преемник, сможешь вскрыть конверт, что следует сделать вне зависимости от того, какое событие произойдет первым, поскольку они...

– И "Дора"!

– Утихомирься! Будешь встревать – отдам "Дору" твоей сестре, и она не разрешит тебе даже прикоснуться к ней. Эту дату, Джастин, я выбрал потому, что надеюсь, что к тому времени они повзрослеют; девочки действительно гениальны. А до тех пор воздержусь от попыток предпринять путешествие во времени, потому что они-то и должны стать членами экипажа моей яхты, ныне временно пребывающей на планете в ожидании старта. А то, что они мои сестры – так это правда. Они рождены в результате нелегальной, точнее, запрещенной клиникой Секундуса операции. Их создали из клеток моего тела. Нечто подобное было с Минервой, но проще.

– Куда проще, – согласилась Минерва. – Я сама этим занималась, когда была компьютером. И семнадцать раз терпела неудачу, прежде чем удалось получить идеальный клон. Сейчас я не сумела бы этого сделать, а вот Афина может. Но наших девочек создал хирург-человек. Необходимо было сделать репликацию Х-хромосомы – это сделали в обоих случаях с первой попытки; Лаз и Лор родились в один и тот же день.

– Ммм... да... полагаю, что мадам директор, доктор Хильдегард, не одобрит подобную вещь. Не оспаривая профессиональной компетенции указанной леди – весьма высокой, насколько мне известно, – считаю, что она чуточку, ээ... консервативна.