Чтение онлайн

раз, когда он пытался расстаться со мной, моей реакцией было крепче зацепиться за него.

Свобода пугала меня и заставляла чувствовать себя слабой. И как только Дейл соглашался со

мной, я моментально возвращалась на круги своя. Я как та раздражающая машина на шоссе

перед вами. Та, которая медленно издевается над вами, пока вы не начинаете сыпать

проклятиями и скрежетать зубами. Когда наконец перед вами появляется свободная полоса и

вы давите на газ, медленная издевающаяся над вами машина тоже начинает ехать быстрее, потому что он не может представить себе езду за рулем, без того, чтобы мучать вас.

– Хорошо, - говорю я и мне приходиться сдерживаться, чтобы не зевнуть в самый

неподходящий момент.

– Что хорошо? Мы расстаемся или идем к специалисту?
– Дейл раздражен. Он

скрещивает руки на груди. Это не то, с чем вы можете согласиться, хорошенько все не

проанализировав, на это нельзя пожать плечами и подавить зевок.

– Ты сам сказал в прошлый раз, когда мы проходили через это, что ты и я живем как

незнакомцы.

– И что ты собираешься делать? Попытаешься найти другую квартиру?

– Дейл, я так далеко не заглядывала. Ты спросил у меня об этом две секунды назад.

– С чем связанно внезапное согласие? Ты всегда была тем, кто отказывался сдвинуться

с места.

Потому что каждый раз, когда я сталкиваюсь с Мози Крузом, я внезапно просыпаюсь.

– Потому что ты прав. Просто я упряма и напугана. Но это не стоит того, чтобы и

дальше мучать тебя своим нежеланием. Я та, кто привносит апатию в наши отношения. Знаю, я виновата.

Дейл просто кивает мне и поджимает губы. Он должно быть чертовски старается,

чтобы не схватить ближайшую коробку и не засунуть туда все мое дерьмо. Влево, Лана. Влево, влево.

– Это же не имеет никакого отношения к тому, что ты встречалась в тюрьме со своим

старым клиентом, не так ли?

Я делаю последний глоток вина из чашки и кладу ее и телефон на кухонный стол,

прежде чем ответить.

– Это имеет к нему прямое отношение и так же не имеет никакого отношения. И он в

изоляторе, а не в тюрьме.

– Из тебя такая плохая лгунья. Ты знаешь это не законно. Ты можешь потерять свою

лицензию.

– За то, что поехала навестить бывшего клиента в изоляторе, который нуждался в

небольшом совете. Я сильно в этом сомневаюсь. Ты ищешь причину.

Я чувствую, что он хочет поругаться, а я не собираюсь этого допускать. У меня нет ни

капли злости на этого человека, который был прекрасным другом и коллегой.

– Послушай, Дейл, ты прав. Время пришло. Я люблю, как ты снимаешь фильмы, и

твою страсть по отношению к людям. Твою домашнюю стряпню, даже когда она пересолена и

твою безупречную способность к садоводству. Я люблю твою «Карбонару» по рецепту твоей

бабушки и все те вечера, которые мы провели, поедая еду на вынос и просматривая старые

фильмы. Но ты тот, кто всегда говорит, что мы никогда не сможем пожениться. Это ты, кто

считает, что мы убиваем время, ввязываясь в эти отношения.

Дейл ничего не говоря идет в гостиную. И вот когда я точно понимаю, что пришло

время и что это не ошибка. После двух лет, Дейл и я расстаемся, и я даже не вижу, чтобы у

кого-то из нас было разбито сердце.

Следующие четыре дня я провожу, перевозя все свои вещи в хранилище и святое

дерьмо, это катарсис. Если бы я только знала, как замечательно можно себя почувствовать, избавившись от всего этого дерьма, я бы еще много лет назад выкинула бы все это на свалку.

Я чувствую себя легко и свободно, а также полной творческих идей.

Я сижу в спальне с широко открытой балконной дверью и наблюдаю за случайными

прохожими, исследующих кучу моих вещей, оставленных мной на тротуаре. Они аккуратно

просматривают мои книги и виниловые пластинки, словно они находятся в настоящем

магазине. Я вскакиваю и кричу им вниз, говоря, что им они понравятся.

Некоторые люди смотрят наверх, прикрывая глаза от солнца, и говорят спасибо. Другие

бросают то, что у них в руках, как горячую картошку и бегут в страхе от того, что их поймали

с поличным. Пока день медленно проходил, и я успела съесть четыре бутерброда с

арахисовым маслом и бананом, мою кучку медленно разбирали, каждая из вещей теперь

находилась в руках незнакомцев. Ложкой я достала остатки арахисового масла из банки. По

какой-то причине вредность и у меня появилось желание доесть все до конца и оставить

пустую банку в шкафу. Дейл никогда не следил за продуктами и товарами для дома, но когда

они заканчивались, это всегда была моя вина. Поздравляю, Дейл! Вот твоя новая жизнь без

туалетной бумаги.

Я перебираю одежду, когда решаю позвонить Лекси. Я всегда звоню ему во время его

обеденного перерыва, и мы болтаем пару минут. Я ставлю звонок на громкую связь, и он

отвечает искаженным голосом:

– Привет.

– Какого черта ты отвечаешь с набитым ртом, фу, сначала, блин, прожуй, а затем

проглоти.

Лекс фыркает на мою грубость и причмокивает губами. Я беру свою чашку с кофе,

чавкаю как можно громче. Затем мы оба смеемся и Лекс спрашивает:

– Как дела?

– Я рассталась с Дейлом. Завтра я съезжаю.

– В самом деле? Куда ты переезжаешь? Ты нашла новую работу?

– Пока нет, но не беспокойся Лекс. Я и вправду хорошо себя чувствую.

– Так странно, потому что знаешь, прошлой ночью я разговаривал с Мози и он сказал,

что встречался с тобой.

Ох, правда причиняет чертовски сильную боль. Особенно, когда ее неожиданно

бросают вам в лицо. Словно быстрый удар в живот, просто чтобы показать вам, насколько вы

никчемны, когда пытаетесь защитить себя.

– Он рассказал об этом? Когда ты с ним разговаривал? Я была ни так уж никчемна. Я