Чтение онлайн

— Ладно, ладно, — Дубровский, очевидно, растерялся.

Он преспокойно мог проявлять решительность в присутствии Линева, но понимал, оставшись наедине с Оксаной, вся его уверенность в себе сразу же улетучится. Он ничего не мог поделать с собой и наедине с женщинами терялся всегда.

Оксана ловко использовала это свойство его характера. Так и не выпуская его руки из своей, Лозинская потащила его к выходу.

— Давай пройдемся, — предложила она, щурясь от яркого солнца и злорадно усмехаясь в душе, представляя себе, как она отыграется сейчас на Валерии за то, что тот выследил ее.

Вскоре они дошли до конца Колокольникова переулка и оказались у небольшого открытого кафе с шестью столиками под парусиновыми зонтиками.

— Ты недовольна, что я пришел? — спросил напрямую Дубровский, беря в руки стакан с застоявшимся кофе «Гляссе», потому что ничего лучшего в кафе не нашлось, если не считать баночной «Колы», которую Лозинская не решилась заказать из-за ее дороговизны.

— Как тебе сказать, Валерий, я всегда рада тебя видеть, но не люблю, когда за мной ходят по пятам.

— Мне кажется, этот человек взял тебя в оборот, — недвусмысленно намекнул Валерий Леонидович на отношения Линева с Лозинской.

— А вот и нет, — рассмеялась та. — Если ты имеешь в виду сплетни, которые о нас ходят, то все в прошлом. А теперь он продолжает работать за полцены, замаливая свои грехи.

— Мне хотелось бы верить в твои слова, но стоит заглянуть тебе в глаза, как сразу же вновь возвращается беспокойство.

— А ты не смотри. Женские глаза — всегда обман, — сощурилась Оксана и зажала в губах соломинку.

— Я все больше и больше, Оксана, беспокоюсь за тебя. Раньше, до этой квартиры, до знакомства с Александром, ты вела себя как нормальный человек. А теперь я чувствую, что-то сдвинулось в твоей душе.

— Конечно. Чувство собственника, — криво улыбнулась Лозинская, — оно кого хочешь изменит. Ты тоже раньше был другим, и только теперь, в разговоре со мной остаешься прежним.

Это последнее замечание естественно польстило самолюбию Валерия, и сердце его оттаяло.

— Я хотел сделать как лучше — прийти и защитить тебя.

— Я уже достаточно взрослая, Валерий, и в опеке не нуждаюсь.

— Не знаю. По-моему, ты, Оксана, еще чего-то не поняла.

— Чего же?

— Иногда со стороны бывает виднее. И мне кажется, Линев злоупотребляет твоим доверием.

— Это я злоупотребляю его самонадеянностью.

— Ну что ж, в конце концов я все равно должен был сюда зайти раньше или позже, — развел руками Валерий, — ты же собиралась пригласить меня к себе.

— Да. Раньше или позже, — усмехнулась Оксана и посмотрела на часы. — Тебе не кажется, что обеденный перерыв уже кончился и в бюро сотрудники позволяют себе черт-те что, воспользовавшись твоим отсутствием?

— Ничего, Оксана, я доволен тем, что сумел присмотреть за одной из них, — парировал Дубровский, поднимаясь со стула и помогая подняться Лозинской.

Они прошлись по безжизненному Колокольникову переулку и остановились у подъезда дома. Наверху то и дело завывала электродрель.

Оксана протянула руку для прощания. Валерий Дубровский неуклюже ее поцеловал.

— Я в самом деле волнуюсь за тебя.

— Спасибо. Но не стоило.

Оксана поднялась по лестнице. Скорее всего, будь она одна, то не стала бы заходить в квартиру. Но дать понять своему шефу, что она прислушивается к его советам было выше сил женщины.

Но тут Оксану ожидал еще один малоприятный сюрприз. Дверь была открыта нараспашку, и она тут же, с площадки увидела, что возле окна сидит ее муж Виктор. Если бы она не помедлила несколько секунд, тот, возможно, ее не увидел бы. Но Лозинская, растерявшись, осталась стоять на месте.

Виктор вскинул голову.

— А, Оксана! Я так и знал, что ты вернешься.

В этот момент резко включилась электродрель, сверло прямо провалилось в рыхлый кирпич, и патрон выбил глубокую лунку в штукатурке.

— Выключи эту дрянь, — попросила Оксана, обращаясь к Линеву.

Тот покорно отложил свою дрель в сторону, всем своим видом показывая, что разговор между бывшими мужем и женой его абсолютно не интересует, отправился к окну и стал возле него, заложив руки за спину.

— Зачем ты пришел? — спросила Лозинская.

«Сегодня в самом деле, был какой-то день неожиданных визитов, — подумала женщина. — Хотя почему был? Визиты могут еще продолжиться», — подумала она.

— Должен же я посмотреть, что ты устроила здесь за мои деньги?

— Не только за твои, — напомнила ему Оксана, — но и за мои тоже.

Виктор сидел и явно не собирался уходить. Оксана взглянула на Линева. Но тому, как тот нервно то напрягал, то расслаблял плечи, можно было понять: только что между ними состоялся не очень-то приятный разговор. Скорее всего, сплетни дошли и до Лозинского.

— А как себя чувствует Элла Петракова? — безобидно поинтересовалась Оксана.

Но Виктора уже трудно было пронять.

— Отлично, — ответил он, — правда, видимся мы не так уж часто, как тебе бы хотелось.

«Уж лучше бы гремела электродрель, — подумала Оксана, глядя на молчащий на доске стола инструмент. — Я не могу слышать его голос, не могу смотреть ему в глаза. Он явно пришел поиздеваться надо мной!»

Собрав всю свою волю в кулак, Оксана произнесла как можно более спокойно:

— Уходи отсюда. Если хочешь, мы встретимся с тобой где-нибудь в другом месте. Там и поговорим.

Виктор прекрасно знал свою жену. Он понимал, что если с ней сейчас не согласиться, последует взрыв гнева. В ход пойдут и кулаки, и длинные ногти, а возможно, и что-нибудь тяжелое, если подвернется под руку. А тут подобных предметов хватало — обломков штукатурки, кусков кирпича. Взгляд Виктора остановился на молотке.

— Ну что ж, я вполне удовлетворен осмотром и разговором, который у меня состоялся с Александром Линевым, — ехидно усмехнулся Виктор Лозинский и, опустив руки в карманы куртки, весело сбежал по лестнице.

Оксана выругалась не очень-то цензурно, что делала крайне редко, и ногой захлопнула дверь.

Александр Линев продолжал стоять у окна все также, то напрягая, то расслабляя плечи.

Оксана привалилась к дверному косяку и ощутила у себя под ладонью приятную теплоту неокрашенного дерева.