Довод Королей (Хроники Арции - 4)
Шрифт:
– Почему они не бегут?– Кто это спросил? Кажется, Ювер Трюэль. Конечно, Ювер, другие предпочитают вопросы попроще.
– Не бегут так побегут!– Это, разумеется, Никола.
– Как увидят, что их распрекрасные фронтерцы смылись, так и дерзнут, согласился Одуэн.
– Они уже должны знать про ретираду ненадежных союзников, - вмешался вызванный к королю Штефан Игельберг.– Отряд, вверенный моему племяннику, вновь пошел вперед.
– Эмраз - ничтожество, - не к месту напомнил Этьен Ландей.– Он не воин, не рыцарь, даже не нобиль. Чувство чести ему чуждо.
– Не усложняй, - засмеялся кто-то из Кресси.– Зачем столько слов? Кошкин сын и есть кошкин сын...
– А поэт есть поэт, - нежным голосом добавил Одуэн.– Ему неприятно говорить о кошачьих лапах.
– Как бы мы его ни называли, - тихо проговорил Ювер, - но Тартю стоит на месте, и с ним надо что-то делать, пока Луи морочит фронтерцев.
– Он не морочит их, нет, - Штефан Игельберг для убедительности покачал большой головой, - граф Трюэль звал их грабить обоз из Гартажа. Деньги у Тартю они уже получили, теперь фронтерские свиньи уйдут по Гаэльзской дороге, о них мы можем забывать навсегда. Но я бы не стал сейчас воевать, наши силы равные примерно, но у нас почти погибли лучники и плохо с пехотой. Начинать конную атаку есть рискованно. Мое скромное мнение, нам следует возвращаться в укрепленный лагерь. Пусть наш противник берет инициативу и пытается нападать. Мы быстро сворачиваем ему глупый голова.
– Что скажешь, Сандер?– подался вперед Одуэн.– Противно, конечно, но Штефан прав. Лезть вперед без лучников глупо, а Эмраз никуда не денется. Чем дольше простоит, тем больше струсит. Мы его всяко расколотим, но зачем людей класть?! Выведем из боя Хайнца и отойдем в лагерь...
– Нам спешить некуда, - подтвердил Герар, - чай, не у Мелового.
Мелового... Рауль! Рогге с Жоффруа... Вот оно! Сандер сжал кулаки. В такой передряге ты, мой дорогой, давно не был. А если быть честным, то не был никогда, разве что вызвав на дуэль Мулана, но тогда ты понимал, что шел на смерть, а сейчас ты попался... Глупо, на ровном месте. Наверное, это семейное.
Король спокойно повернулся к своим друзьям. Они ничего не понимают. Разве что Юверу не дает покоя поведение Пьера. У тебя только один выход, Сандер Тагэре. Только один...
– Ювер, - медленно произнес Александр, - ты не понимаешь, почему Эмраз не удирает, но, может быть, ты поймешь, почему с нами навязался его отчим?
Точеное лицо, так не похожее на расплывшуюся физиономию старика Обена, не дрогнуло. Виконт Тар ответил все также тихо и рассудительно:
– Ты полагаешь, Рогге решил проделать с нами то же, что с Раулем? Тогда нам нельзя возвращаться в лагерь.
– Предательство?!– схватился за меч Одуэн. Ландей непонимающе обвел друзей бездонными очами. Никола Лагар выругался, кузены Кресси нахмурились, став еще более похожими друг на друга, на скулах Эжена Трюэля заходили желваки...
– Предательство, - подтвердил король.– Не знаю, что они собирались делать раньше, но после ухода фронтерцев, Рогге наверняка ждет, что мы отступим.
– Нас тысяча и отдельно еще пятьсот против двух тысяч предателя и еще четырех тысяч Эмраза, - заметил господин Игельберг, - и у нас нет хорошей позиции. Это неприятная и серьезная ситуация. Это даже хуже, чем в наш первый совместный бой.
– Вы хотите уйти?– быстро переспросил Александр наемника. Он бы не осудил его, постарался бы не осудить...
– Я стал бароном Арции и останусь с моим сюзереном, - Штефан, как всегда, подробно объяснял причину своего решения.– У мужчины и воина должна быть честь, чтобы не становиться похожим на тех фронтерских свиней и этих многоразовых предателей. А умирать на поле боя я мог более сорока раз. Я готов к этому сегодня, но сначала нужно попробовать исправить мечами нашу ошибку. Моя тысяча в распоряжении моего короля, но что мы должны делать?
– Спасибо, Штефан, - просто сказал Александр, - я рад, что вы со мной. А выход у нас один. Причем очевидный. Рогге ждет, что мы выведем из боя Хайнца и вернемся в лагерь, где он повторит свой старый "подвиг", причем постарается застать нас врасплох ночью или во время еды. Если мы в ловушку не пойдем, они нападут с двух сторон, у нас неудобная позиция, и на нашего одного придется четверо, если не пятеро. Если мы схватимся с Рогге, наши решат, что мы сошли с ума, а Эмраз ударит нам в спину.
– Значит, мы должны прикончить Эмраза, - улыбнулся одними глазами Ювер.
– Да. Если мы успеем до него добраться, прежде чем Рогге поймет, в чем дело...
– ...то наш флюгер сделает вид, что ничего плохого не думал, закончил средний внук великого Обена, до боли напомнив отсутствующего Луи.
– Да, не станет Тартю, не будет и предательства.
– Но потом нужно будет очистить государство от таких людей, - покачал головой Игельберг.– Их головы должны быть не на плечах, а в другом месте.
– Штефан, - блеснул глазами Александр, - я думаю, что Рогге предатель, но доказательств у меня нет. И не будет, если мы победим...
– Сначала - война, а потом необходим суд, - не согласился дарниец, но я пошел готовить моих людей. Да пребудет над нами милость Творца, святого Эрасти и святого Штефана.
– Арде, - прошептал Никола и осекся.
– Жабий хвост!– натянуто улыбнулся младший Кресси, но никто не засмеялся.
– А может, все не так?– Этьен с надеждой оглядел друзей.– Не может быть, чтобы рыцарь задумал такое предательство!
– Проклятый, - взорвался Одуэн, - вспомни Рауля, турнир и Ифрану, - мы попались, но еще не вечер.
– Именно, - подытожил король, отвернувшись к Юверу и давая понять, что разговор окончен. Одуэн резко взмахнул рукой, подзывая оруженосцев.
Готовились к бою молча, молчали и боевые трубы, только фыркали кони да со звоном опускались забрала. Сандер слегка помедлил, положив руку на холку нетерпеливо перебиравшего ногами Садана, не думая ни о чем или почти ни о чем.
– Александр!
– Ювер?
– Сандер, только не злись. Давай обменяемся плащами и шлемами. Как у Мелового... Ты должен выбраться из этой ловушки. Когда мы начнем, пробивайся к лесу и скачи в Гвару. Потом вернешься и прикончишь этого ублюдка. Помнишь, что говорил Евгений? Король остается королем, где бы он ни был. Ты нужен Арции.
– Арции нужен король-Тагэре, а не трус, откупившийся жизнями друзей!
– Сандер!
– Прости, Ювер. Я благодарен тебе, но я должен или победить, или умереть королем. Так надо. Если я побегу от этого ничтожества, я признаю его права и его силу. Так вот этого не будет. Вспомни отца и Эдмона. Из их смерти родилась победа... И потом, если я пойду первым, у нас будет хоть какой-то шанс.