Чтение онлайн

— Откуда вы знаете мое имя? — женщина подобралась в удивлении, волчонок тоже снова оказался рядом, глядя на Джареда оценивающе.

Советнику захотелось выругаться еще более отчетливо.

— Я знаю, что вас зовут Дженнифер, а вот этого сорванца — Мэй, потому что Алан мой друг и я видел, как он рисует ваши портреты! Еще вопросы? Если да, запомните и отложите на потом. Кто его нашел и как он себя вел? Ел? Давно спит?

Оба — волчица и сын — расслабились, да, портреты явно были им знакомы. Дженнифер немного сбивчиво от волнения ответила, что Алана нашел Мэй, полдня где-то с ним гулял, может быть, просто вел, а потом они поужинали, причем Алан был спокойнее обычного. А вот едва пробило полночь, Алан не просто уснул, он как-то сразу провалился в бред, и теперь едва слышно шепчет какие-то странные имена.

Джаред смерил Алана взглядом, решил, что хуже не будет, отправил женщину к очагу за чаем, сладким и не очень горячим, а мальчишку попросил остаться и рассказать подробности. Джареда при этом глодало подозрение, что Мэй и так бы остался — попросту не доверяя чужому волку, пусть и признав в нем советника.

Едва Мэй начал рассказывать, что запнулся о ногу Алана, заподозрив в дяде камень, как тут же осекся. Да, Джаред мог его понять! Чего волчонок ни ожидал от советника, точно не скидывания плаща, сапог и залезания на кровать! Джаред переступил через Алана, сел поудобнее у стены, примерился и перехватил друга поперек туловища. Подтянул к себе на руки, обнял, прислушиваясь к магическому фону: вокруг Алана бушевал ураган.

— Что же ты на этот раз с собой сделал, а? — Джаред отогнал подступающее отчаяние, аккуратно перехватил друга и кивнул примолкшему Мэю. — Ты его нашел, потом что?

Выяснилось, что потом Мэй согревал Алану правую руку, уж очень она была холодная. Алан обещал послушать про древних волков — и Мэй воспользовался случаем, чтобы рассказать, слишком неуютно было сидеть возле какого-то каменного дяди в тишине. Потом Алан уснул, бормотал «эркарт» или «эрхарт» и что-то про еду, что кого-то надо съесть, проснулся посвежевшим, и они вернулись домой. А потом — вот. А потом пришел советник. И тут мелкий пакостник опять заблестел на советника Благого двора желтыми хищными глазами.

Джаред мимоходом восхитился наглостью карапуза, погладил Алана по волосам и прижал голову к своему плечу — чтобы послушать, какой именно бред гложет душу начальника замковой стражи. Мэй при этом никуда не уходил и продолжал сверлить Джареда недружелюбным взглядом.

— Не смотри так, волчонок, я беспокоюсь не меньше твоего.

Вернувшаяся с чаем Дженнифер тоже ошарашенно застыла, и Джаред сам перегнулся через Алана, чтобы забрать чашку. Перевел взгляд на лицо друга и зачем-то попытался объясниться.

— Иногда, когда ему совсем плохо, живое тепло помогает, а еще помогает, что его ждут обратно, это помогает всегда и всем, — Джаред с трудом сглотнул ком в горле, подхватил Алана под затылок, приподнимая так, чтобы пить было легко.

— Дайте я помогу, — Дженнифер оказалась рядом, забрала чашку, прислонила к губам, осторожно наклонила.

Заботливым жестом огладила худую щеку, тыльной стороной свободной ладони провела по лбу, проверяя, есть ли жар — и Джаред поклялся себе, что обязательно найдет время обстоятельнее познакомиться с друзьями Алана. Лишь бы было, кому их обстоятельно знакомить!

Когда общими усилиями Алан выпил сколько-то чая, Дженнифер отстранилась, не решаясь, не осмеливаясь или просто не собираясь отсаживаться, так и осталась рядом, отдала кружку Мэю, а пока мальчик бегал, села поудобнее и взяла Алана за руку. Джаред не воспротивился — живого тепла не может быть много.

Алан как будто среагировал, забормотал что-то про древнего, любопытство, поглощение и загадочного Эрхарта, всколыхнувшего что-то в цепкой памяти советника. Что-то читанное давным-давно и столь же прочно позабытое. Следовало потом наведаться в библиотеку. Друг бредил, его ауру, и без того прибитую проклятьем, вихрило во все стороны, посреди ночи Дженнифер выгнала Мэя спать, а потом ее сморило тут же, где она сидела. И Джаред почти не удивился скрипнувшей двери — волчонок спать и не думал, будто стражник на ночном дежурстве. Заметил, что Джаред обратил на него внимание, зашел обратно, не таясь, уселся на покинутое место и еще с полчаса сверлил Джареда желтыми глазами. Потом сморило и его.

У самого советника день тоже выдался со всех сторон нелегким, но спать не хотелось, хотелось, чтобы Алан очнулся. Ближе к утру, не верящий своему счастью советник пронаблюдал, как темно-серые глаза приоткрылись щелочками и вместо уже привычного «Эрхарт» услышал тихое и разборчивое «Джаред».

От сердца отлегло так, будто сам советник выиграл гонку со смертью, хотя, возможно, так и было — выиграл, за Алана! Сразился за Алана и выиграл его искру у предвечного пламени.

— Когда же ты перестанешь меня так пугать, — Джаред ворчал тихо, чтобы не разбудить Дженнифер и Мэя. — Алан, как же я торопился!

Удивительный и необыкновенный друг советника улыбнулся мягко, с радостью прижался к Джареду сам, примостился поудобнее, собираясь спать, однако ответил.

— Когда ты перестанешь так пугаться, Джаред, или когда падет наше чудесное проклятье… Ты бы знал, как я рад тебя видеть.

Начальник замковой стражи думал продолжить разговор, но Джаред в раздражении подул ему на лоб, насылая целительный сон, поэтому прочие мысли Алана по поводу и без остались загадкой. Разговоры он разговаривать собрался! Облегчение мешалось в душе с раздражением, отпускать Алана пока не хотелось, и Джаред тоже уснул, как сидел.

Проснулся Джаред оттого, что в доме аппетитно пахло хлебом и мясом, похоже, это был новый пирог, который советник был бы не против попробовать. Возле кровати на том же месте обнаружился Мэй, уже переодетый и полностью проснувшийся, жевавший какую-то хлебную корку. Сверкнул на Джареда глазами опять, на что Джаред совершенно ребячески среагировал ответным сиянием глаз. Мальчик насупился, но глаз не отвел.

Алан на руках ощущался обычным, никаких завихрений ауры или бреда, сон без сновидений, целительный для тела и души всякого ши. Джаред осторожно отстранил от себя друга, уложил опять на кровать, заворачивая поплотнее в одеяло — стоило его отстранить, Алан поежился, очевидно теряя тепло.

Дженнифер порывалась угостить Джареда пирогом и очень благодарно сияла светло-серыми глазами, просветлевшими до звездочек. Не ожидавший подобного советник на пятом предложении угоститься все-таки сломался, поел, заслуженно похвалил пирог с мясом, успокоил волчицу, что Алан поспит еще немного и тоже придет в себя. Засим и откланялся.

Тревога отпустила, вытянувшиеся от удивления лица придворных радовали: король-то еще не вернулся, а Джаред уже был на месте. И не преминул зайти в библиотеку. Советнику не давал покоя столь часто поминаемый Эрхарт.

Среди пыльных стеллажей и тысяч не менее пыльных томов найти что-то настолько конкретное не представлялось бы возможным, но Джаред вспомнил, что имя это относится к древней истории, да и Алан бормотал про древность. На третьем томе истории Благих королевств, позже объединенных в Благой двор, Джаред остановился, обнаружив, что искал.

К имени «Эр-Харт» прилагались крупная гравюра и целая статья о баснословной жестокости того, кого прозвали Сердцем стаи. Статья почти ничем не отличалась от других описаний древних ши — времена были жестокими и ши тоже были жестокими, но вот гравюра… Джаред поморгал, потряс головой, потер глаза руками, однако подсознательное ощущение сходства не пропадало.