Довольство возможным
Шрифт:
Со страницы фолианта на него смотрел Алан. Совершенно другой, высокий и массивный, длинноволосый и надменный, несущий себя, свое имя и свой титул превыше всех. Если это — прошлое Алана… Джаред вздрогнул и попытался связать факты в единую цепь.
Цепь начиналась с потерянного прошлого Алана, а главное того, как они познакомились и что оба о нем знали — будущего начальника стражи притащил почти на руках тогда еще Мидир, отыскав где-то в Верхнем. О себе Алан ничего не помнил, а потому принимал то, что говорили другие. Мидиру, на тот момент трехтысячелетнему, Алан казался молодым из-за размеров волка и общей комплекции. Что сейчас можно было объяснить иначе: Алана держали в балагане, он недоедал и не способен был сменить форму. Возможно, волк изменился вслед за своим истаивающим сознанием. В пользу большого возраста говорили также навыки Алана — не помня себя и вообще кого-либо, как будто с трудом узнавая двор и дичась всего, Алан виртуозно владел разными стилями боя в рукопашной и являлся превосходным мечником. Подобная память тела удивляла наставников, зато полная бездарность Алана в магии, разжевывание для него самых азов — перевесили чашу в пользу молодости. Теперь Джаред разглядывал гравюру и понимал, что зря.
Новому Алану, вернее, найденному Эр-Харту, приходилось заводить новое мнение о себе и мире, он изменялся, его характер изменялся… Другом Джареда был не Эр-Харт, древний ши, ровесник Нуаду, другом Джареда был Алан, ровесник Джареда и бессменный начальник замковой стражи. И менять своего единственного, лучшего во всех мирах друга, Джаред ни на кого не хотел! Пусть даже альтернативой окажется древний ши, герой легенд и почти бог!
Со страницы фолианта продолжал надменно взирать на советника черногривый Эр-Харт, а в двери библиотеки заглядывал изможденный и живой Алан. Джаред захлопнул фолиант и обернулся к другу.
— Как ты себя чувствуешь и почему уже встал? Алан, тебе явно стоит отдохнуть еще, пусть Майлгуира нет, я тут, не волнуйся, ничего ужасного не произойдет!
Джаред разговаривал с Аланом, смотрел на Алана, видел Алана и не мог перестать сравнивать его с портретом запропавшего древнего ши. Наверное, что-то такое проскользнуло в выражении глаз, потому что Алан тяжело перевел дух и медленно приблизился. Стараясь, видимо, Джареда не спугнуть! Советник встряхнулся и постарался взять себя в руки.
— Джаред, я пришел рассказать тебе свой сон, пусть от него осталось немного картин, но ты слышал их обрывки и вряд ли они тебя обрадовали, — Алан подошел совсем близко, осторожно протянул руку ладонью вверх. — Там, во сне, был Эр-Харт. Который очень давно, как я понял, был мной. Он долго жил в Верхнем мире, прежде чем его поймали, а вся стая, вся родня его погибла потому, что Нуаду не пришел на помощь. Эр-Харт разозлился, а потом исчез…
От таких разговоров Джаред сжал руки в кулаки: если этому ши известны подробности… Это не может быть Алан! И упоминание в бреду какого-то «поглощения» теперь очень сильно тревожило. По древнему ши Джаред бы страдать не стал, но что стало с Аланом?!
— Джаред-Джаред, если бы я был не я, ты бы узнал об этом первым, Эр-Харту очень не нравилось подчиняться или пребывать в тени, можешь себе представить, как его раздражал я?
Алан посмотрел обычно, как смотрел только Алан — вроде бы серьезно, но с этой своей проклятой мягкой улыбкой! Сравнение с гравюрой стало проходить, истаивать, Джаред разжал кулаки.
— Еще ты бредил про поглощение, вряд ли вспоминал ужин! — Джаред прихватил Алана за плечи и легонечко потряс. — Откуда ты это взял?
Начальник стражи явственно расслабился в руках Джареда, как будто тоже боялся, только боялся, что друг будет возражать или откажется признавать!
— Там так вышло, Джаред, не очень ловко, он меня хотел уничтожить и отправиться мстить, а я не мог согласиться… — Алан опустил голову еще. — В общем, я подумал, что тебе еще один древний ши под боком ни к чему, особенно с таким мерзким характером, и я его поглотил, отпустил его месть, получается, забрал всю его силу. Это вышло ненамеренно! Я не хотел его пускать.
— То есть, ты его поглотил? И Эр-Харта теперь больше нет? Этого древнего ши? И его воспоминаний тоже? — Джаред отдавал себе отчет, что задает слишком много вопросов, но не мог остановиться.
— Именно так, Джаред, именно так, — теперь Алан опускал голову виновато, приподнял, разглядывая, собственную ладонь. — Есть только я…
— Так это же прекрасно!.. — Джаред уже не легонько, вполне ощутимо встряхнул всего начальника замковой стражи. — Алан! Алан! Что бы я без тебя делал? Ты ведь обо мне подумал! Ты о Дженнифер и Мэе подумал? Даже Майлгуир бы не оценил настолько радикальных перемен! Ох, Алан!
Советник не удержался и сграбастал Алана опять, позволяя себе нарушить принципы ввиду весьма выдающихся обстоятельств — Алан остался, остался в том числе и ради Джареда.
— Я больше не Эр-Харт, Джаред, и у меня нет его воспоминаний, я не знаю то, что знал он, но одно я знаю точно, Джаред, ты мой лучший друг, и я не хочу тебя потерять, даже если просто забыть. Ради этого можно одолеть и древнего полубога.
Джаред рассмеялся, хлопнул начальника стражи по плечам и щелкнул пальцами: третий том истории Благого двора окончательно захлопнулся и встал на свое место. Полка древней истории, давно минувшей и, к счастью, совершенно невозвратимой!
Не-довольство
— И эти лесовики, нет, Алан, только представь! Эти лесовики! Они! Они заявили, что никогда не притязали на тот спорный кусок земель Огня! Подумали, что смогут выставить меня интриганом и пуще того глупцом! Нет, интриганом меня выставлять, конечно, не надо, тут ты прав, — Джаред перестал расхаживать по комнате и бросил взгляд на Алана, задумчиво за ним следившего. — Я и так интриган, тут ничего удивительного нет! Но глупцом! Глупцом, Алан! При всех! Это было оскорбительно!
— Я полагаю, Джаред, лесовики не ушли небитыми? В твоем уникальном стиле? — начальник стражи склонил голову набок, доискиваясь ответа. — Прости, что не присутствовал, возникли неурядицы и с учениями.
— Ой, брось, — Джаред еще рукой махнул широко, — твое присутствие не обязательно, это моя работа, именно моя! И конечно, я их не простил! Пришлось применить крайнее средство: я раскатал перед ними выкраденную бумагу, которая считалась сожженной. Теперь они в курсе, что я могу проходить сквозь стены, это на самом деле плохо… Зря я так, погорячился.
— А ты не сказал, откуда у тебя эта бумага? Видишь ли, я, как начальник стражи, действительно имею проход куда угодно, подумают скорее на меня, еще пару раз обмолвишься в нужных местах — и готово.
Джаред в сомнении покосился на Алана, застывшего у стеночки, в полумраке, видного только в неверном свете отблесков камина.
— Знаешь, это идея, но тогда проблем наживешь ты! Если они захотят тебя прижать…
— То пусть сначала они меня найдут, — Алан устало потянулся. — Не волнуйся, Джаред, это не имеет значения, слухом больше, слухом меньше, а вот тебе нужно оставаться выше подобных подозрений.