Чтение онлайн

Похвала заставляет меня втягивать его все глубже, желая доставить ему удовольствие. Я и не подозревала, что мне это понравится, до того утра, когда он ласкал меня в моей спальне. Но что-то в его словах о том, что я хорошо справляюсь, подстегивает меня.

Моя рука движется вместе с моим ртом, скользя вверх и вниз по его члену по всем местам, которые я в данный момент не сосу. Каждый раз, когда я вбираю его в горло, все его тело сжимается. И когда его рука опускается вниз и ложится на мою макушку, вплетая пальцы в мои волосы, я понимаю, чего он хочет.

С хлопком вытаскивая его изо рта, я облизываю губы и смотрю на него снизу-вверх. — Сделай это.

Он выглядит противоречивым, прикусывая губу. — Если я начну причинять тебе боль, ты должна сказать мне.

— Да, да. Неважно, — говорю я, отмахиваясь от него. — Я просто хочу, чтобы ты это сделал. Используй мой рот для своего удовольствия.

Прежде чем он успевает возразить, я снова обхватываю его губами и заглатываю. В этот момент все сдерживающие его силы рухнули, и он крепко вцепился в мои волосы, впиваясь в мой рот.

Мне требуется минута, чтобы привыкнуть, когда он вонзается мне в горло, но в этом есть что-то такое, что чертовски возбуждает. Я убеждаюсь, что мои губы прикрывают зубы — спасибо, Cosmopolitan — и позволяю его члену скользить взад-вперед по моему языку.

— Боже, — бормочет он. — Ты чертовски совершенна, принимая меня всего в свой рот. Ты потрясающая, детка.

Я стону, вибрируя ртом вокруг него, и он реагирует, ударяя себя в заднюю часть моего горла. Я задыхаюсь и давлюсь его членом, заставляя его замереть.

— Черт, я причинил тебе боль, не так ли?

Его член выскальзывает у меня изо рта, унося с собой немного слюны. — Нет. А теперь перестань беспокоиться. Я хочу этого. Хочу подавиться твоим членом.

Он лениво улыбается, а я тут же возвращаюсь к покачиванию головой. — Ты будешь моей смертью, не так ли?

Вместо ответа я переместила руки на заднюю поверхность его ног и притянула его ближе. Без моей хватки он входит еще глубже. Его голова падает вперед, словно он уже не пытается ее удержать, а дыхание сбивается.

— Потрогай себя, детка, — приказывает он, обеими руками удерживая мою голову. — Дай мне посмотреть, как ты играешь с собой, пока я трахаю твой рот.

Я делаю, как мне сказали, просовывая одну руку в свои шорты, в то время как другая остается на его ноге. Мой палец касается моего клитора, и я подпрыгиваю от чувствительности. Я так сильно хотела его всю ночь, что только это уже способно довести меня до крайности.

— Хорошая девочка, — мурлычет он. — Теперь, если ты хочешь, чтобы я остановился, постучи по моей ноге три раза. Поняла?

Я киваю в подтверждение, и он, не теряя времени, полностью насаживает мою голову на свой член. Мой нос касается его кожи, когда он зарывается мне в горло. Это перекрывает мне доступ воздуха, но только на мгновение, прежде чем он снова выходит.

Мои пальцы двигаются по кругу, пытаясь подражать тому, как это делает Хейс, и хотя это совсем не похоже на него, но то, как он использует меня для своего удовольствия, компенсирует это. Он трахает мой рот так, будто умирает от желания. И то, как я задыхаюсь на нем, — это уже все — для нас обоих.

Его ноги начинают дрожать, когда он приближается, и чем быстрее он движется, тем быстрее мои пальцы подстраиваются под его темп. Я стону рядом с ним, когда мои глаза наполняются слезами от того, что я давлюсь его членом. И когда я смотрю на него, полностью разбитая и ничего так не желающая, как чтобы он наполнил мой рот своей спермой, его рот открывается.

Он выглядит таким чертовски сексуальным, когда мы смотрим друг на друга, и когда он, наконец, взрывается, выплескивая все, что у него есть, мне в глотку, следует мой оргазм, унося меня с собой прямо за грань. Я потираю себя, глотая каждую каплю, которую он дает мне, и позволяю ему выскользнуть из моего рта только тогда, когда я знаю, что получила все.

— Черт возьми, — выдыхает он. — Охуенный трах.

Я вытаскиваю руку из шорт и сажусь на пятки, глядя на него из-под опущенных ресниц. — Я все сделала хорошо?

— Ты…

Он останавливается и протягивает руку, чтобы помочь мне подняться. Я беру его, и как только встаю, он проводит большим пальцем по моей щеке.

— Ты была феноменальна, — говорит он мне. — Я начинаю думать, что нет ничего, в чем ты не была бы великолепна.

— Я просто хочу быть хорошей для тебя.

— Ты такая, — говорит он, целуя меня в лоб. — Мне всегда так чертовски хорошо.

Но двойной смысл витает в воздухе.

Может быть, если я буду достаточно хороша, наш неизбежный конец никогда не наступит.

Может быть, если я буду достаточно хороша, он выберет меня.

21

Я должен признать, что я гребаный мудак.

Возможно, дело в алкоголе. Извечная поговорка о том, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, или как ее там. Но это не оправдание. Спорить с Лейкин, да еще в ее день рождения, было неуместно.

На следующий день, когда я нашел ее на кухне до того, как Кэм проснулся, я извинился за это. Она, кажется, не возражала, но я возражал. Она заслуживает гораздо большего, чем такой урод, как я. И если бы она это знала, она бы сбежала.

Но она остается, а я слишком эгоистичен, чтобы сказать ей уйти.

Подъезжая к дому Мали, я проверяю, есть ли у меня все, что нам нужно. До концерта полтора часа, и если нам по какой-либо причине придется развернуться, мы рискуем пропустить его.

Билеты? В бардачке.

Документы? В моем кошельке.

Бутылки с водой в кулере для поездки домой, когда у нее заболит горло от пения? На заднем сиденье.

Открывается входная дверь, и из нее выходит Лейкин. Она выглядит потрясающе, но в этом нет ничего нового. На ней джинсы и топ, а на голове украшения в стиле бохо. Шлепанцы — не совсем то, что я бы рекомендовал для концерта, но если это станет проблемой, я просто позволю ей запрыгнуть мне на спину.

— Привет, — приветствую я ее, целуя в тот момент, когда она оказывается достаточно близко.