Чтение онлайн

Катя бежала, как казалось ей, бесконечно, снова и снова поскальзываясь на грязи. Сзади снова прогремели выстрелы. Она вздрогнула, в ужасе боясь повернуться. У самого носа резко открылась передняя дверь авто и Любины руки рывком затянули ее в сухую теплую тень.

— Ноги засовывай! — крикнула Люба, выводя Катю из ступора, — Давай!

Катя подобрала ноги и дверь защелкнулась. Люба бахнула кулаком по зеленой кнопке между сидений, уплывая назад. Катя не могла прийти в себя, шокировано хлопая непонимающими глазами. В голове пульсировало, и мысли скакали, не желая собираться в кучу, сердце заходилось в бешеном ритме, отчего браслет на руке мигал как новогодняя гирлянда. Она встряхнула головой, пытаясь углядеть хоть что-то сквозь пелену дождя, но тщетно.

— Это был Влад? — сбивчиво спросила она и повернулась, наконец, на Любу.

— Нет, блин, Клуни из боевика! — псевдо-сторож лежал головой на ее коленях, рубашка на нем была разорвана, а торс, хоть и был весь измазан алой кровью, был туго перетянут бинтами, явно прижимавшими импровизированный тампон к ране. Сверху, чуть выше повязки Люба, навалившись всем телом, придерживала повязку ладонью. Из-под ее ладони сочилась кровь. Парень редко дышал, второй свободной рукой медсестра легонько пошлепала его по бледной щеке. — Смотри на меня, смотри, сказала! Не отключайся. Ты вполне продержишься еще минут двадцать, слышишь, давай!

Парень моргнул еле-еле, глаза закатывались, и Люба вздохнула, раздраженно вереща на него:

— Я тебе умру! Ну! Глаза открывай, дыши, сукин сын! — она чуть звонче ударила того по щеке и он закашлялся.

Замки блокировки дверей неожиданно щелкнули и водительская дверь распахнулась. Мокрый и грязный Вихров влетел в машину, накрывая Катю огромными руками. Он никого и ничего не замечая вокруг, бормотал, словно сам себе:

— Цела, жива, цела… Спасибо боже, живая, спасибо… — она сгреб ее в медвежьи объятья, уткнувшись носом в шею. Грудь вздымалась так часто, а он лишь продолжал бормотать куда-то в основание шеи, — Родная, сумасшедшая моя, живая. Спасибо, спасибо…

Впервые Катя чувствовала себя в необъяснимой, умиротворяющей безопасности. Она расслабилась, обмякая в его руках, ощущая как глаза наполняются слезами.

— Ребят, нам срочно нужно в больницу или как минимум в машину неотложки! — прервал момент голос Любы.

Влад дернулся, нехотя переводя взгляд на медсестру, и мгновенно переключаясь на проблему.

— Сколько у нас времени?

— Он потерял уже больше полутора литров, около пятнадцати минут.

— Успеем, пристегнитесь, — скомандовал Вихров.

— Не могу, надо быстро и по возможности аккуратно, только не как сюда, — взмолилась Люба.

Влад завелся, старательно выруливая. Пока тот разворачивался, Катя заметила, как мимо внедорожника двое полицейских под руки провели хромающего Егора.

— А что с ним? — повернулась она к Владу, зная, что он понял, о ком она говорит.

— Я вырубил его, его задержат, — он вдохнул, бессознательно делая паузу, — если очнется, — договорил мужчина.

Они уже выруливали с кладбищенской центральной аллеи за раскуроченный шлагбаум на асфальтированную дорогу.

— Люба, нам навстречу едут две бригады неотложки. Я постараюсь, чтобы мы встретились раньше. Сумасшедшая, соберись, под сиденьем мигалка, открой окно, и выложи ее на крышу. Она магнитная, не упадет, не бойся. Нам надо, чтобы нас видели.

Он говорил с такой расчетливой скурпулезностью раздавая команды, что не послушать было невозможно. Катя сунула руку под сиденье, действительно пальцами ощущая гладкость некоего предмета.

— Тяни, не бойся!

— Угу, буркнула она, наклоняясь ниже к сидению.

В считанные минуты, Катя справилась с задачей, и тишину безлюдной дороги огласил вой полицейской сирены. Через пару минут из-за очередного поворота показался нос желтой газели с похожим сигналом на крыше и заветным красным крестом на бампере.

Влад сбросил скорость, уходя на обочину, сигналя и включив аварийный свет. Реанимация, спикировала к ним, тормозя у самой машины.

— Приехали! — Люба уже открыла свою дверцу и что-то командовала подлетевшим врачам. Они ловко выгрузили отключившегося таки Стаса и перекинули того в скорую. Люба прыгнула следом, закрывая за собой задние двери неотложки.

Наконец, Катя и Влад были в машине одни. Оба молчали, просто замерев напротив друг друга, поглощая друг-друга глазами, ощупывая взглядом. Ливень также резко как недавно налетел стих, и по переднему стеклу проскочил солнечный зайчик.

— Я нашел тебя, сумасшедшая, — ошарашенно, будто сам себе не веря, проговорил Влад. Вдруг резко дернувшись, он странно вздохнул и начал всхлипывать. Огромный как скала мужчина закрыл ладонями лицо и беззвучно дрожал, стараясь утереть слезы, поток которых не мог остановить.

А она просто смотрела на него, впервые чувствуя себя за последнее время на своем месте, здесь, в незнакомой машине, на своем месте именно здесь — рядом с ним. Катя молча привалилась на его плечо, утыкаясь носом куда-то в область груди. Ощущая как под его всхлипы, она все больше расслабляется. Теплые руки обхватили вокруг, перетягивая девушку на его колени. Так они и сидели, пока мимо проносились полицейские сирены, звонил его телефон, мигал и пишал ненавистный браслет на ее руке.

Они будто погрузились в вакуум. Вокруг не было ничего, только Катя и Влад вдвоем и пустота и в ушах гулкие удары сердца. Она отстранилась на несколько сантиметров, смотря на него в упор, боязливо и медленно поднесла ладонь к его лицу. Словно ждала, что сейчас коснется его и снова проснется, а над ней белый потолок в лепнине, эркерные окна вокруг и холодные пальцы у горла. Но он не мерк, не растворялся. Она вновь моргнула и, снова распахнув веки, коснулась пальцами кожи на его скуле. Он был таким горячим, таким, как помнили нервные окончания на подушечках пальцев. Манящее, удивительное чувство. Он не двигался, позволяя ей оглаживать его щеку.

Он был не таким, как во сне: легкая щетина на квадратном подбородке, небольшой шрам вместо кольца в брови, волосы подстрижены короче, черты стали суровее. Но губы и глаза были те самые, только взрослее. А ноздри от его близости окутывало запахом горького цитруса, мха и мокрого леса.

— Ты изменился, — проговорила девушка.

— А ты нет, — неотрывно глядя на нее ответил Вихров, — такая красивая…

Душу затопила умиротворяющая нежность, и Катя подалась вперед, встречаясь с ним губами. Она вдруг поймала себя на мысли, что хочет поцеловать его, почувствовать его на вкус, убедиться, что он рядом, даже если бы он не хотел. Она отключила механизм защиты, отбросила рациональное, поддаваясь инстинкту, который тянул к нему, просто желая, чтобы сейчас он ответил. И мужчина не подвел. Терпкие, с привкусом крови губы, мягкие, неуловимо нежые, обволакивающие и уносящие прикосновениями от всего того ужаса, что она только что пережила впились в нее с такой сшибающей с ног страстью, что у Кати вновь сбилось дыхание. Сладкий как грех, он жадно притянул ее ближе и пил из нее тревогу, боль и обиду, заполняя внутри пустоты плавящей эйфорией, каким-то удивительным безбрежным умиротворением.