Дождь поющего огня
Шрифт:
"Кажется, я продешевил второй раз." - Подумал он, распахивая пинком
двери белого цвета.
– Прощайте, моя госпожа, - любезно улыбаясь указал он на дверь.
– Катись к нему.
– Прощай.
...........................................................................................
Он украл её память.
........................................................................................
Упавшие листья
Приглушают шаги.
Не возможно кружиться и падать
До бесконечности.
Есть ноги,
Под которые упасть
Высшее счастье
Для отлучённых
Он увядающего мира.
.............................................................................................
Шаги или шепот цветов?
Ветерок или вздох?
Море или её глаза?
Чего она ищет, если память исчезла в подземных лабиринтах злого владыки? Что так влечёт её в суматохи изглоданного суетой мира?
Для чего ей всё это?
Что у неё осталось?
............................................................................
Под безобразными рубцами спряталась её красота.
Молчит украденное прошлое.
Настоящее теряется в неясных догадках.
Будущего нет.
Но его не украсть.
Пока продолжается жизнь, оно существует.
Яркое прошлое рождает огненное будущее.
Пламенный путь её сердца.
Часть II
Громадная пустыня человечьего духа
Требует в свои недра живительной влаги.
Мир милостив.
Чудо оседает в трещины почвы.
Но яростное светило смысла
Отторгает милость Мира
Прочь от груди,
изнывающей от зноя пустыни.
I.
II. Смех и танцы...
Взгляд на твои глаза
Рождает чудовище,
Трусливо скрывающееся
В моём превосходстве.
Я лежал на скрипучей солдатской, койке несвежая простыня закрывала темноту казармы от ещё более тёмного мрака моих мыслей.
Ярости не осталось. Я был раздавлен, уничтожен... и слаб. Меня мучил стыд сожаления о разрушенной вере в собственное величие. Мысли полосовали меня обжигающими рубцами. Я прятался в чувства, но находил лишь кошмарную боль израненной индивидуальности.
Я - ничтожество не достойное жить.
Ничтожество, которому нет места на свете, - это я!
Тщательно замаскированное оправдание таилось за этими обличениями.
Изредка я молился, просил Бога о помощи, просил избавить от повторных случаев выявления моего ничтожества. Поистине, я был в тот момент истинным ничтожеством, страстно желающим быть героем эгоцентрических грёз.
Всего час назад, самоуверенный и смелый, я бросился на наглеца, пытаясь защитить самолюбие попачканное оскорблением. Получилась вовсе не битва, а обычная грязная потасовка. Сила моя дрогнула, то есть я струсил и проиграл, в который раз столкнувшись с сомнением и страхом.
Разбитое в пух и прах лицо и ноющие рёбра. Тоска притягивала зловещие мысли.
Безысходность глодала слабое сердце. Понемногу нервы успокаивались, тягучие мысли перемешивались грёзами типа: "Если бы... То я... Ещё не много и..." - и так далее. Действительность не припудришь, не пострижешь...
На край кровати кто - то присел. Я откинул простынь и увидел улыбающегося Артемия.
– Ждёшь, чтобы я пожелел тебя и обозвал обидчиков последними словами?
– Ничего я не жду.
– Просишь судьбу и сам же жалуешься своей же судьбе на свою же судьбу.
– Отстань, отмахнулся я, - я хочу спать.
– Не спать, а накормить самого себя самим собой. Только сам ты уж больно ненасытная тварь.
– Ты прав Артем я...
– Думаешь стану тебя разубеждать в этом.
– Ничего не думаю.
– Думаешь.
– Артемий наклонился к самому моему лицу.
– Ты действительно считаешь себя ничтожеством, но жаждешь услышать обратное. Эдакое избранное ничтожество.
Я молчал. Артемий попал в точку.
– Вот что я тебе скажу, твоя трагедия вовсе не в трусости, вернее твоя трусость вовсе не исходит из ничтожества твоего духа. Ты слишком слабый и слишком болтливый. Тебе нужно добыть силу.
– Это возможно?
– Возможно, - Артемий строго сверкнул глазами, - и ты с этим справишься. Главное сделать шаг, даже если это шаг назад.
– Мой ночной собеседник выпрямился, закинул ногу за ногу и мечтательно произнёс:
– Сегодня я расскажу тебе две сказки, которые помогут отвлечься и спокойно уснуть. Но сначала хочу поругать за попрошайничество.
– Какое ещё попрошайничество?
– У какого это Бога ты выпрашиваешь подаяния? Перед кем ты оправдываешься? На каком суде выносишь себе приговоры? Молчишь?!
Бог - это не познаваемое, абсолютное, первый источник силы твоего духа. Разве когда мучаются жаждой просят ручей течь к себе, нет, сами ползут к нему и пьют столько, сколько требует жажда. Если мал ручей и жаждущих много, то делятся даже глотком. Но Бог не малый ручей, а великий океан вечности. Как ты можешь поклоняться абсолютному, то есть единому, то есть тому чем ты являешься сам? Раб, наслаждающийся собственными демонами и грязью. Как ты можешь богохульствовать до такой степени, как попрошайничать у того, о ком не имеешь даже не малейшего представления. Подобные молитвы часто доходят до Сатаны, - засмеялся Артемий.
– Мой тебе совет: перестань относится к Богу, как к существу. Именно в этом кроется идолопоклонничество. По моему меня понесло, ладно слушай мои сказки и засыпай.
............................................................................................
Высоко, высоко, в бездонной частоте неба, среди диковинных созвездий, среди мрака и света, силы и пустоты обитает это изумительное существо - Звёздный Лев.
Его стихия - даль и мечта.
Его мысли - музыка.
Его движения - танец.
Его речь - песня.
Он силён и прекрасен, ибо сила вселенной трепещет в его груди, а он друг своему сердцу. Его мускулы подвластны музыке его мыслей. Его воля подвластна огню духа.