Чтение онлайн

Тогда выпрямился Артемий и положил свою ладонь на горб святого человека. Похлопал по горбу, а тот и пропал. Теперь выпрямился и святой человек.

– Кто - ты?
– воскликнул святой.
– Как ты, не сумев исцелиться сам, избавил меня оттого, что по силам только смерти?

– Ты божий человек, а я божественный человек. Ты служишь небесам, а я живу в мирах, где небо лишь тучное поле чудес. Ты просишь, а я беру бескорыстно. Твоя мечта - счастливое поклонение, Моя мечта счастье свободы. Вот и вся разница, - развёл руками Странник.
– Только мне, как и тебе жалко силы и время на свои болячки. Видно так устроен человек, что чужая боль ему дороже своей. Моё имя Артемий. Дождь и иду я искать своё сердце.

Исцелённый горбун обнял Артемия.

Впервые встретил я того, кто попросив, не смог взять от меня, Видно настолько ты привык отдавать, что не способен принять дара.
– он поглядел в глаза Странника и улыбнулся.
– Но ведь и тебя подмыло испытать и

разоблачить меня и ты лукавишь, что бы учить.

– Бывает и такое со мной. Потому и ищу сердце.
– Ответил Артемий.

– Спасибо тебе.

– Тебе спасибо, - поклонился Артемий.
– Спасибо за подаренный урок. Это подарок по важнее лечения шишки.

– Досвиданья, - грустно махнул ему святой чудотворец.
– Все пути возвращают нас в бытиё.

– А свобода - это путь к сердцу. Досвидания.
– Странник тронулся в путь.

"Если дарить и дарить - подумал Артемий, - возможно ли оказаться нищим?" Он потрогал голову, шишка пропала.

...........................................................................................

Лабиринты путей мерцают в просторах поиска. Потери, находки и приключения радуют нас до тех пор, пока сомнение не поселит тоску в глубины отважного сердца.

И тогда отчаяние постучит в твою дверь, ты оглянешься и не увидишь стен в своём доме, лишь запертую дверь узрит разум, ту, которую носишь на спине по всему миру.

Засовы крепки, но меч притупился. А храброе сердце трепыхается, словно попавшая в силки куропатка.

Ты осознаешь бессмыслие поисков, и совесть не позволяет бросить никчёмную дверь.

Трусость перед отчаянием - самая гнусная трусость.

Тут бы немного смирения, да дверь распахнуть, бросить к чертям собачьим. Нет. Дорога тебе за годы странствий эта дверь.

Прислонившись спиной, начинаешь считать звёзды прошлого. И, вспомнив звезду, самую Яркую и радостную, звезда от которой родилась твоя любовь, продолжаешь терзаться сожалениями, вместо того, что бы уйти.

И всё - же бросишь дверь, и поспешишь назад. Туда. Откуда. Явился.

Ждут ли тебя?

Ведь обратный путь никогда не бывает звёздным.

Если только - это дорога домой. В истинный, крепкий родной дом.

Если только дом, у которого ты украл дверь, не стал приютом ворон.

....................................................................................................

Мальчик метался по берегу. Всхлипывая, размазывая по щекам слёзы.

– Дедушка... пожалуйста...
– его голос срывался, - помогите... мой папа... меч...

Пожилой священник подошёл к ребёнку и положил ладонь на худое плечо.

– Спасибо, малыш, скажи, что случилось.

Мальчик рыдал. Глаза полны горя и ужаса.

– Мой папа...
– он внезапно кинулся к краю берега, - меч сейчас

уплывёт.

Священник заметил игрушечный деревянный меч, плавающий в реке.

Детские слёзы.

– Это всего лишь игрушка, - попробовал он успокоить ребёнка.

Мальчишка прижал ладони к лицу и сломался пополам.

– Ну, перестань. Не так бурно.
– Большая ладонь взъерошила непослушные волосы, - разве можно так убиваться...

– Папа привёз меч... с настоящей... войны. Помогите... Он уплывает... Папы больше нет...

На мгновение тишина пронзила бытиё своей святостью.

Странные пути господни.

Священник снял рясу и вошёл в воду.

Бедный мальчик.

Вода охладила тело. Душа съёжилась.

Осенний ветер плавно относил игрушку в сторону течения.

Тина и холод. Молчание и надежда.

Бедный мальчик.

Мужчина поплыл.

Как же дорога игрушка, если мальчуган так по ней...

Боль сковала мышцы левой ноги.

"О, господи".
– Вздохнул священник. Его силы убывали. Меч уплывал.

– Дяденька, помогите, - кричал ребёнок теребя Артемия за рукав.
– Там... уплывает... мой отец... дедушка... погиб...

Артемий посмотрел на реку. Меч несло на середину реки. Он прыгнул в воду и быстро настиг уплывающую игрушку.

– Это, - он поднял руку с мечом и засмеялся.

– Этот, - радостно воскликнул малыш.
– Дяденька там у берега дедушка... он...

Артемий понял с полуслова. Он бросил меч мальчику и нырнул.

Осень проникает в слабое сердце.

Тело священника тяжело и безвольно.

Старик умер.

Мальчик с виноватым недоумением смотрел на труп.

– Простите, - прошептал он, прижимая к груди меч.

– Ничего, - покачал головой Артемий, - твоё горе стоило его смерти.

................................................................................................

Размоченные дождём сердца

Хлюпают под сапогами слепого,

Идущего по, умытому кровью, солнцу

В сторону ночи.

Нет ничего ничтожнее раба,

проповедующего свободу.

III. За пределами святости.

Мы заезжали в города и разговаривали с людьми. Славные человеки.

"Учись, - говорил мне Артемий, - нет такого знания, которое было бы бессмысленным, нет такого глупца, у которого было бы, нечему поучится".

Иногда нас встречали с радостью, иногда замахивались палками,

пытались ударить. Тогда Артемий говорил мне:

"Не позволяй ударить себя, если тебе не нужна боль". Я уворачивался

от палок и пытался ударить сам.

"Старайся не делать человеку зла, даже если он пытается напасть на