Чтение онлайн

– Не знаю, Кать! Я стараюсь об этом не думать!

– Но думаешь.

– Думаю… Иногда.

– Я не понимаю, как ты могла не завести ни одной подружки в офисе. Сейчас бы позвонила кому-нибудь, да расспросила, что да как.

– Какие подружки, Катя! Нет у меня никого кроме тебя. Да и не нужен мне сейчас никто. Компания с меня так себе.

– Не знаю… Я бы на твоем месте, попыталась разузнать о нем хоть немного. Кстати, а ты не пробовала его в соцсетях поискать?

– Нет у него соцсетей, - вздыхаю я.

– Значит пробовала.

На самом деле Катя сейчас вскрыла еще один нарыв. Себя то уж я могу не обманывать, меня действительно волнует Роман Астахов. Но к сожалению, я так и не смогла найти о нем какой-то более-менее подробной информации. Узнала лишь только то что он является генеральным директором двух заводских филиалов, а несколько месяцев назад заменил своего отца на заводе на котором мне не удалось задержаться. Ни его семейного положения, ни еще какой-либо личной информации я о нем не нашла. Я даже не знаю сколько ему лет.

– Ау! Саша! Ты здесь?

– Кать! Повиси. У меня вторая линия, - сомневаюсь несколько секунд, стоит ли отвечать на незнакомый номер. Вдруг это Лисицкий. Но за тем быстро смахиваю значок зеленой трубки в сторону и слышу столь желанный голос.

– Добрый вечер, Саша!

– Добрый, - помолчав несколько секунд произношу я.

– Я понимаю, что уже несколько поздновато для визита, но я сейчас стою около твоего двора. Ты не могла бы ко мне выйти?

Сердце падает вниз и колотится сейчас где-то в районе желудка. Я забываю, как дышать и подбежав к зеркалу начинаю расчесывать пальцами свою растрепанную шевелюру. С досадой рассматриваю свое лицо, на нем ни осталось и следа от дневного макияжа, я снова в пижаме и тапочках не спеша выхожу из своей комнаты.

– Саш! Ты здесь? Я вижу свет в окнах второго этажа. Ты ведь дома? Кстати почему у вас не работает домофон?

– Я его отключила, - наконец подаю голос я.

– Зачем?

– Потому что все свои всегда дома, а чужих мы не ждем.

– Это такой жирный намек, - усмехнувшись спрашивает он.

Я накидываю пальто и выхожу на улицу. Ускорив шаг иду к калитке. Астахов стоит облокотившись на капот своей машины. На его губах играет легкая улыбка. Ловлю себя на мысли, что улыбаюсь. Я не могу контролировать выражение своего лица, потому что на капоте его машины лежит огромный букет. Не спеша подхожу к нему. Мы стоим молча уставившись друг на друга, неловкая пауза затягивается. Еще мгновенье, и я буду готова провалиться сквозь землю. Не нарушая молчания он протягивает мне цветы, а затем притягивает к себе и сминая букет между нашими телами впивается в мои губы. Боже… Что со мной? Я едва держусь на ногах, а он целует меня не отрываясь ни на секунду и не выпуская мое тело из плена.

– Я уверен, что пожалею о своем решении, но я к тебе с просьбой… Возвращайся на работу, - оторвавшись от моих губ произносит он. Меня потряхивает, он замечает, что мое тело бьет легкий озноб, поэтому подхватывает меня под локоть и распахивает передо мной дверцу машины, а за тем усаживает меня на пассажирское сиденье.
– В гости напрашиваться не буду. Я помню, что там ребенок, - слегка усмехнувшись произносит он и закрывает за мной дверь, чтобы через пару секунд очутиться рядом со мной.

– Куда вы пропали?
– спрашиваю я, а его лицо озаряет широкая улыбка.

– Ты скучала по мне?
– спрашивает, не сводя с меня взгляда. Прижимаю букет к груди и смотрю на него не моргая. Он наклоняется ко мне и шепчет на ухо слегка касаясь губами мочки.
– Ты думала обо мне? Я думал… Каждый день и каждую ночь думал о тебе, Саша.

Разве можно описать словами ощущение извержения вулкана. По моим венам в тот момент текла не кровь, а лава. Его губы снова накрыли мои губы. Он целовал меня нежно… Словно гладил. Одной рукой притянул меня ближе к себе другой зарылся в мои волосы. Боже… Теперь мне кажется, что я и не целовалась никогда до этого. Если от одного поцелуя меня рвет на части, что будет со мной… О чем я думаю? Мы едва знакомы, а я позволяю ему…

– Подождите, - пытаюсь остановить его. Он слегка отклоняется и произносит:

– Саша! Мне тридцать пять, не шестьдесят и ни семьдесят! Или мы как в стародавние временя будем обращаться друг другу исключительно на "вы"? В таком случае я буду называть тебя душенька?
– с улыбкой произносит он, а я прыскаю от смеха.

– Это привычка!

– Ты была у меня в подчинении чуть больше недели. Когда ты могла успеть привыкнуть? Давай заменим твое любимое "вы", ну скажем на "свет очей моих", или как том еще обращались люди друг к другу в Пушкинские времена? Что ты смеешься? Все! Забудь про субординацию, а то я чувствую себя старпером, который домогается до школьницы.

– Как я могу забыть про субординацию, если вы только что предложили мне вернуться на работу, - не стирая улыбки с лица произношу я.

– Забудь! Я передумал! Я не смогу работать, если ты будешь маячить перед моими глазами.

– Ну вот!
– изображаю разочарование.

– Почему ты отказалась от работы в "Меридиане"?

– Я решила, что справлюсь сама, - опустив глаза произношу я.

– И как? Справляешься?

– Пока да. Официальное трудоустройство мне было нужно, чтобы оформить опеку. Сейчас это уже не является проблемой. Брат со мной. Его никто у меня не заберёт. Думаю, что теперь я могу работать неофициально.

– Если хочешь, я могу взять тебя в отдел маркетинга? Маркетологи неплохо зарабатывают, на порядок выше кадровиков и секретарей.

– Не получится... У меня лежачий дедушка, я не оставляю его больше чем на пару часов.

– Давай наймем сиделку?

– Нет! Я не хочу… Лучше я сама.

– Почему?

– Потому что я поняла, что не смогу доверить родного человека, постороннему. Ему и так тяжело. Он ведь все понимает… - Вздрагиваю. Кто-то стучит в окно. Стекла автомобиля слегка запотели и изнутри не видно. Кому помешала машина около моих ворот? Роман опускает стекло.

– Саша! У тебя все нормально? Почему ты не берешь трубку, - взволновано спрашивает Матвей, а я достаю телефон из кармана, понимая, что он переключен на беззвучный.
– Я волновался! Ушла и пропала!

Роман выходит из машины и здоровается с братом за руку.

– Ты не против, если я украду твою сестру на пару часов?

– Саша взрослый человек. Как я могу быть против?

– Я думаю, что нам пора, - выбираюсь из машины, прижимая букет к груди и подхватываю брата под руку. Что он задумал? Какие еще два часа? За два часа может произойти все что угодно. Опомниться не успею как окажусь без трусов. А он возьмет и исчезнет опять на месяц.