Чтение онлайн

— Нет, просто пыталась научиться красить веки тенями… Но что-то как-то… — девушка усмехается, демонстрируя широкую белоснежную улыбку. — А ты… чего пришёл так внезапно?

— Нам нужно поговорить, родная, — прямо отвечаю я, не желая больше ходить вокруг да окало.

— Да. Я тоже так считаю, — медленно кивает, чуть отстраняясь. — И я бы хотела извиниться.

Извиниться?

Глаза слегка опущены в пол — ей всегда трудно смотреть мне в глаза, особенно когда речь идёт о извинениях.

— Я зря накричала на тебя. Думаю, ты сделал это, чтобы… в какой-то степени защитить меня, да?

Спокойный тембр её голоса вводит меня в ступор. Я явно ожидал не такой реакции.

— В самой большой степени, а не какой-то, Лаура.

— Можешь не рассказывать, — её маленькие пальцы ловко обхватывают мою ладонь. — Я доверяю тебе. Люблю тебя. Обещаю быть менее капризной, — невинное лицо топит мой серьёзный взгляд, и я уже не в силах стоять перед ней весь суровый и напряжённый.

Несмотря на скорый разговор, который по всей возможности откладываю, просто чтобы насладиться минутами спокойствия, я подхватываю её на руки ловко и быстро, что Лаура не успевает сориентироваться, даже обхватить меня, поэтому её ноги просто висят и бьются о мои колени.

— Лили просила меня зайти на кухню, — шепчет Лаура, обхватывая моё лицо своими руками, выдыхая мне в губы. Я узнаю это чувство, исходящее от неё. Она хочет ласки. — Но мы задержимся.

— Не стоит задерживаться, — говорю одно, делаю — другое. Её губы чересчур привлекательны и соблазнительны, чтобы думать о чём-то ином. Я прильнул к ним, и Лаура первая задала темп поцелуя. Он был резким, изголодавшимся.

— Не стоит…

Моя кожа покрывается мурашками от её холодных ладоней, заползших под мою одежду. Короткие ногти искушённо «шагали» от пресса к груди, и я почти сошёл с ума, почти потерял голову. Но голос её тёти, зовущий на кухню, остановил нас.

Лаура очень нехотя отстранилась от меня. И её лицо было расстроенным. Ей явно хотелось чего-то большего или хотя бы того, чтобы поцелуй не закончился так скоро.

— Пойдём. Потом продолжим, — подскакивая с моих колен, девушка быстро проводит ладонью по моей шее, задевая кожу ногтями, и я расцениваю это за провокацию, от которой у меня натянулась ткань джинс в области паха.

— Подожди.

— Что?

— Поверь мне, чтобы ты сейчас не услышала за тем столом, я всё всегда делал ради тебя. Никогда против. Я слишком ценю тебя, чтобы обидеть. Помни это.

— Ты о чём?

Напряглась. Но моего ответа уже не было. Я вышел из комнаты, а Лаура за мной.

45 глава. Ты — всё, что у меня есть.

Мне плохо видеть мою девочку такой — растерянной, напуганной, как никогда. Лаура стоит посреди кухни, переминаясь с ноги на ногу, бросая взгляд на каждого из присутствующих. Марк громко и тягостно вздыхает, настраиваясь на речь, которую, вроде, говорит часто и это его работа, но говорить такое Лауре — ему трудно. Он, мне кажется, считает её близким человеком, ведь она племянница его женщины, и теперь помогать ей входит в его планы. Как и в мои. До конца.

Сделав несколько шагов вперёд, я отодвигаю стул и жестом прошу Лауру присесть. Её глаза излучают усталость и растерянность, но она молча садится. Думаю, что моя девочка чувствует, что этот разговор весьма серьёзный.

— Объясните мне, что происходит и почему вы все втроём меня позвали сюда, а я вообще не в центре ваших событий? — тишину оборвал именно её голос, который также был тихим и сиплым. Совсем не резкий и не сильный.

— В общем… — Марк затихает лишь на секунды, чтобы сделать вдох. — Пару недель назад Аарон рассказал нам о Юджине. Все детали и подробности. Всё это время мы действовали за твоей спиной, Лаура, да, но мы посчитали, что так будет безопаснее для твоего состояния. Мы собирали все доказательства и улики, но несколько дней назад, ты сама это знаешь, пропало всё. И по какому-то счастливому совпадению этот… малолетний урод, — мужчина стискивает челюсть и сжимает кулак, отчего слова становятся шипящими, — написал тебе недавно ночью. Аарон заметил и сообщил мне, нам, — Марк переводит взгляд на Лили, которая в это время сжимает его руку и с трепетом смотрит на Лауру, не отводя глаз. И я тоже смотрю на Лауру. Брови всё сильнее и чаще сдвигаются к переносице. Если бы я плохо её знал, сказал бы: «Кажется, она взволнована». Но я скажу иначе: «Она сдерживает слёзы». Не хочу даже предполагать в каком порядке крутятся её мысли, о чём она вообще думает. — И он встретился с ним сегодня…

— Аарон, зачем? — голос срывается из-за всхлипа, после которого Лаура прижимает руку к губам, боясь собственных звуков. Она так отважно хочет быть сильной, хотя бы казаться такой окружающим, но каждый раз её бьют по ногам, и она падает. — Зачем ты рассказал? Я же… просила… доверяла… зачем?

— Лаура, я сделал то, что должен был. Ты понимаешь, что это не закончилось, не сделав бы я так? Ты понимаешь, что мог сделать ещё этот урод, сколько бы ты ещё страдала? Не нужно меня винить в том, что я просто пытался всеми силами тебе помочь, забивая на всё и на всех.

Изо всех сил стараюсь фильтровать злость и речь. Не хотел звучать грубо, обвиняюще, но, кажется, не вышло, потому что хрупкие девичьи плечи задрожали более интенсивно.

— Мне так жаль, что я не узнала этого раньше, моя маленькая, — её тётя переложила руки на её ладони, сжимая их, пытаясь оказать как можно большую поддержку, пусть даже если Лаура решит её игнорировать. — Ты не должна была держать такое так долго в себе… И мы должны благодарить Аарона за то, что он рассказал всё, за то, что мы можем закончить это всё.

— Я не могла… мне так стыдно, я чувствую себя грязной и использованной, — раздирающее её горло рыдание, а заодно и моё сердце на мелкие части, вырвалось наружу.

Вот теперь она сломалась.

Больше не пыталась обвинить меня. Не пыталась злиться. Расплакалась. И ещё сильнее, когда я обнял её сзади, прижимая голову к своей груди. Моё сердце стучит в такт с её побитым. Мой пульс ускоряется в тысячу ударов в минуту, когда я понятия не имею, как мне успокоить её. Мне становится невыносимо больно оттого, как громко и дико она плачет.

— Тише. Всё хорошо. Я обещал, и я выполнил своё обещание, родная. Всё позади, я тебе обещаю.

Надеясь, что эти слова её успокоят, хоть дело было далеко не закрыто, я не прекращал её гладить. Вскоре девушка затихла от бессилия. И только тогда Марк выдвинул следующее:

— Милая, чтобы покончить с этим всем, нам осталось лишь одно: твоё заявление. Мне жаль, что тебе придётся вспомнить все события с того дня, но это необходимо, чтобы поставить точку, понимаешь? Сделаешь это?

— Вы обещаете, что он сядет?

Её пугает то, что Юджин может разозлиться лишь сильнее, узнав, что Лаура спустя четыре года осмелела для заявления, что его никчёмная, поскудная жизнь стоит под угрозой. Он больше не спрыгнет с ответственности за содеянное. У него не будет даже шанса и возможности покинуть границы Бруклина.

— Об этом точно можешь не переживать, Лаура, — мужчина кивает, тепло улыбаясь моей девочке, стараясь успокоить её этим. — Я позабочусь об этом лично. И я даю тебе слово, что он сядет. На долго. Как минимум на тринадцать лет, Лаура. Если учесть ещё распространение порнографии несовершеннолетней — ещё плюс пятнадцать лет. Понимаешь? Не факт, что он выберется оттуда живым.