Чтение онлайн

— Макс, — умоляюще простонала Рора, обвивая его руками и ногами. Хотелось вплавиться в него, невыносимо горячего, стать частью одного целого; дышать его запахом, заполняя лёгкие до предела; чувствовать его вкус на своих губах.

Макс вдавил её ладонь в подушку, не разжимая пальцы, второй рукой подхватил под колено, закидывая ногу себе за спину. Угол проникновения поменялся, и с губ Авроры слетел несдержанный, полный удовлетворения стон. Её острые соски тёрлись о его грудь, дыхание окончательно сбилось под дробный перестук сердца. С каждым движением навстречу под плотно сомкнутыми веками вспыхивали ослепительно яркие искры, ощущение наполненности кружило голову.

Губы Макса беспрестанно ловили её ключицы, блуждали по шее, пока от кончиков пальцев на ногах постепенно не начало расползаться тепло, поднимаясь всё выше, собираясь между бёдрами.

Макс напрягся, пытаясь оттянуть финал, обвил её руками, прижимая к себе, почти не двигаясь, задыхаясь, прошептал:

— Люблю тебя…

Когда она в ответ выдохнула своё «люблю», он с силой толкнулся в неё, доводя их обоих до оргазма несколькими резкими рывками. Аврора мелко задрожала, стремительно сокращаясь вокруг него, Макс запрокинул голову, удерживаясь на самом пике, чтобы потом ловить отголоски их общего наслаждения хаотичными, короткими движениями.

Аврора хватала воздух открытым ртом, тело наполнилось необыкновенной лёгкостью, в голове стало пусто, и лишь чувство полного единения и открытости никуда не исчезло.

Макс расслабленно откинулся на спину. Аврора прижалась щекой к его груди, слушая медленный, тяжёлый стук сердца. Поцелуи ещё полыхали на губах, а мышцы внизу живота поджимались, слабо пульсируя. Распирающее грудь счастье не давало закончиться тому парению, что до сих пор не покидало после близости.

Текли минуты, успокаивая сердца и выравнивая дыхания, но ни один из них не шевелился, и только кончики их пальцев, едва касаясь друг друга, танцевали медленный нежный танец.

— Рора…

— М-м-м?.. — Аврора повернула голову, встречаясь с ним взглядом.

Макс осторожно переложил её на подушку, а сам потянулся к верхнему ящику прикроватной тумбочки, что-то достал оттуда и вернулся к ней. Приподнявшись на локте, он смотрел на неё, а в его левой руке Аврора заметила кольцо: причудливое плетение белого и жёлтого золота, отсутствие какого-либо камня.

— Не пугаться, это просто ни к чему не обязывающий подарок? — улыбнувшись, спросила Рора, повторяя его же слова, когда он в прошлый раз дарил ей кольцо. То самое, которое она так и не сняла. И не только потому, что с ним чувствовала себя в безопасности. Она не хотела с ним прощаться, так же, как и с тем, кто его ей подарил.

— Не просто подарок, — поправил её Макс, и сердце Авроры на секунду замерло, а потом пустилось в галоп. — Но пугаться и правда не нужно, — поймав её ставшим растерянным взгляд, предупредил он. — Считай, что это выражение моих намерений. Ответишь, когда будешь готова.

Когда будет готова? Авроре хотелось смеяться, потому что никогда раньше такой уверенной в своём решении она не была. Все её чувства были сосредоточены на Максиме. И грустные, когда она думала о том, что причиняет ему боль своим молчанием или что могла его потерять, и радостные, как сейчас — когда она видела его рядом, касалась его, знала, что он любит её.

— На этот раз без камня? — рассматривая кольцо, спросила Аврора.

— Максимально прозрачно. Никаких скрытых подтекстов.

— Когда ты его купил? — поинтересовалась она, желая узнать, когда он решил делать ей предложение.

— Не я. Отец купил это кольцо, чтобы подарить моей матери на годовщину их свадьбы. Но не успел. С тех пор хранил, не мог подарить никакой другой своей женщине. Когда мы с тобой уезжали, он отдал мне его, сказал, что оно скоро понадобится. Я хотел сделать тебе предложение уже тогда, но ложь словно стена стояла между нами и я не мог себе это позволить. С одной стороны, я боялся, что, узнай ты правду, я потеряю тебя, но с другой — испытал облегчение, когда она открылась. Прости.

Аврора посмотрела на его лицо, потом снова на кольцо.

— Крайнов, ты всё-таки неисправимый манипулятор, — беззлобно заметила она. — Вот как я могу не принять его после слов о твоей матери?

— Это значит — да? — не решаясь поверить, спросил Макс.

— Да, и мне не нужно время, чтобы подумать.

Голубые глаза недоверчиво распахнулись, мелькнувшее в них удивление сменилось оглушительным облегчением. Макс протянул руку, но Аврора качнула головой.

— Нет. Наденешь мне его на свадьбе.

— Ты хочешь носить его, как обручальное? — спросил он и, когда она согласно кивнула, не сдерживая волнения в голосе, сказал: — Спасибо. Это много для меня значит.

— Поверь, для меня тоже.

Макс протянул руку к её губам, обвёл их контур указательным пальцем, наклонившись, коснулся мягким поцелуем. Аврора незамедлительно ответила, обняла его за шею, прижимаясь ещё крепче. Неспешные поцелуи вновь разожгли едва потухшее пламя, и вскоре он снова скользил глубоко в ней, двигаясь в одном ритме, дыша в такт…

Они выбрались из постели только к полудню. Спустились на кухню на поздний завтрак, но не успели сварить кофе, как на стене запиликал интерком. Макс нажал кнопку на панели, и оттуда послышался непривычно взволнованный голос Олега:

— Максим Александрович, к вам полиция. Я не мог их не впустить. У них ордер…

— Ясно.

— Ордер на обыск? — испугалась Аврора.

— Спокойно. В доме они ничего не найдут.

Аврора кивнула, она знала, что Макс уничтожил все компрометирующие его документы по сделкам.

— Чёрт! Пистолет, — вспомнил он, бросившись в гостиную.

Аврора поспешила за ним. Но Макс не успел сделать и шага к лестнице, как на пороге уже появился Логинов, а с ним группа задержания из трёх человек с автоматами и скрытыми за балаклавами лицами.

Аврора почувствовала, как внутри заворочалось предчувствие чего-то неотвратимо-ужасного. На обыск происходящее не было похоже. К тому же делами «КР-Инвест» занималась прокуратура. Причём тут Логинов?..

Павел окинул взглядом просторную гостиную, не глядя на Аврору, представился по форме и сразу перешёл к делу:

— Крайнов Максим Александрович, вы арестованы по подозрению в убийстве Полины Гладковой.

За окном уже начинало несмело сереть утро среды, а Аврора ещё не ложилась спать. Она сидела на кухне, согревая в ладонях опустевшую чашку кофе, и невидящим взглядом смотрела прямо перед собой. Пульсирующая боль сжимала виски, в глазах щемило от усталости, шея затекла, желудок саднило от голода, но при мысли о еде её тут же начинало подташнивать.